Грейс Келли

Уже в течение трех лет мое утро начинается одинаково: кидаю вечно неловкий взгляд на Дина (и день, в общем-то, можно считать успешным); как только предмет моего обожания замечает туповатое выражение моего лица, я смотрю куда-нибудь в сторону, потому что, нет, что вы, я не залипаю вообще, нет, вам показалось. Сегодняшний день, как я считаю, начался просто отвратительно. Чтобы вы поняли всю мою боль: до трех ночи я пыталась доделать реферат по биологии (ну кто знал, что работать над ним нужно начинать, как только получаешь задание? Вот и я не знала). Утром маленькое чудовище в лице моего младшего брата занеслось в мою комнату и начало по мне прыгать. Видите ли, у этого карманного исчадия ада начались каникулы, и он поспешил принести мне эту замечательную весть. Вот где справедливость, а?! Ладно, с этим я еще как-то смирилась, но то, что последовало дальше, это просто... просто... просто воз-му-ти-тель-но! Я, как это обычно бывает, прогуливалась до школы пешочком (потому что мама напрочь отказывается меня возить). И тут из-за угла выезжает машина, в которой веселились выпускники, и окатывает меня из лужи. Нет, и как это понимать? Где, повторюсь, справедливость в этом мире? Я совершенно в нем разочаровалась. С горем пополам я добрела до школы, надеясь, что встреча с Дином хоть немного поднимет мне настроение, но, увы, сегодня все было против меня: Трейнор (знаете, а ведь мое имя очень даже смотрится с его фамилией... Нет, я не говорила вам этого, не докажете ничем!) опаздывал. Входя в класс, я обреченно вздохнула. Место рядом со мной было пустым, значит, лучшая подруга, Саманта, уже точно не придет. Ну и кому, спрашивается, я буду жаловаться на жизнь? (Как вы, разумеется, уже поняли, два моих любимых занятия - залипать на Дина и печалиться о своей судьбе) Пока голова моя была занята поистине философскими рассуждениями, прозвенел звонок. Я убрала наушники в карман куртки, снова вздыхая. Последнего лишают, садюги!.. Ну, то есть, не последнего, а... Да забейте. Учитель болтал что-то о шекспировской литературе, класс делал записи, а я чуть было совсем не разочаровалась, как вдруг в класс, красный, запыхавшийся и растрепанный, буквально вбежал Дин. Все, в том числе и я, обернулись, обращая на него крайне удивленные взгляды. А парень, как ни в чем не бывало, оглядывая класс в поиске свободных мест, подошел к моей парте. Сердце бешено стучало, я покраснела, ладони вспотели и стали холодными, а Трейнор, удобно усаживаясь и доставая из рюкзака вещи, тихо шепнул: — Твоей подруги, как там ее... Стеллы, да, ее же сегодня нет? Просто мое место занято, — Дин умопомрачительно улыбнулся самыми уголками губ, и, клянусь, в этот момент мое сердце было готово остановиться. Так, так, так, Грейс Келли, соберись, тряпка, ты ведь мужик или как?! Давай, думай, дурья башка, ему нужно что-нибудь ответить! Конечно, прямо на признание я даже не рассчитываю, мы с тобой еще не готовы, а вот... — Н-н-не, нав-в-верное, она заб-б-болела, — голос предательски задрожал, и я дала себе мысленную пощечину. Идиотка! — Ты заикаешься? Не замечал, — кто-нибудь, сейчас же, ущипните меня, потому что я не верю, что Дин Трейнор может вот так просто со мной болтать! — Д-да н-нет, — я была готова начать биться головой о парту прямо сейчас, но решила оставить это до перемены. — П-просто х-холодно, — лицо залила краска, я жутко-жутко нервничала. Мда, Грейс, не думала, что ты во время своего первого разговора с Дином будешь так нагло и беззастенчиво врать. — Ну ладно, — Дин снова улыбнулся, отвернулся от меня и, чуть прикусив губу, открыл тетрадь, записывая тему урока. Мне хотелось кричать, потому что со Вселенной явно что-то не так, это определенно какая-то фатальная ошибка, ибо такого не может быть в реальности. Я, должно быть, все еще сплю, или типа того... Но, как бы мне ни хотелось обратного, рядом со мной сидел самый что ни на есть настоящий Дин Трейнор, от которого пахло какими-то очень и очень вкусными духами. На уроке я так ничего и не записала, потому что, господи Иисусе, рядом со мной чертов парень, которого я люблю уже три чертовых года! Как будто бы вы на моем месте могли сосредоточиться на сонетах и "Гамлете", ну. Когда прозвенел (спасительный) звонок, все разбрелись по кабинету, Дин куда-то убежал, а я осталась на своем месте. Спрятав лицо в ладонях, я скатилась по стулу вниз. Кимберли, сидевшая позади, кинула на меня заинтересованный взгляд, но ничего не сказала.

***

Настало время большой перемены. Это значит, что я наконец-то смогу пожрать! Пардоньте, но это жизнь, и если вы думали, что я милая такая девочка, соблюдающая этикет и речевые нормы (да попросту правила приличия), то можете забыть про это, потому что я абсолютно бестактная личность (мое внутреннее эго, гордясь собой и мной, поправляет очки в черной оправе). А то, что случилось на уроке, так пфффф. Это просто исключение из правил, да, Дин во всем виноват. Я мирно сидела за любимым столиком у окна, который нам еще года три-четыре назад отбила Саманта. Эта девушка просто великолепна, серьезно. Как она тогда ругалась, ах!.. Чудные были времена. Передо мной лежала куча еды, которую я прямо сейчас хотела уничтожить, но, увы, этому не суждено было сбыться, поскольку, как только я поднесла бургер ко рту, намереваясь откусить, ко мне подсел Дин. ПОГОДИТЕ-КА, ЧТО?! — Эм, че, — я бываю, однако, очень красноречивой, вы заметили? — Че ты, собсна, тут забыл? — но я больше не заикаюсь, это явный прогресс. Просто этот... этот посягнул на святое — на время, когда я жру. Так нельзя, ребятки, нельзя. — Я заметил, что ты сидишь тут одна, и подумал, что было бы неплохо позвать тебя к нам за столик, — Дин лучезарно улыбнулся, и я почти простила его, потому что так сказало мне сердце, рухнувшее в коленки, но гордость вместе с внутренним эго протестовала. Что я хотела сказать: — Слушай сюда, щенок, когда ты видишь, что я в компании огромного количества еды, просто оставь меня в покое, окей? Надеюсь, мы договорились. Что я на самом деле сказала: — Ну лно, пошли, ток ты пжешь ме отети жрву, — кажется, мне нужно поработать над этим. Но потом, потому что, так уж и быть, Вселенная, я сыграю в твою игру и пойду обедать в компании еды и Дина, двух самых моих любимых предметов. То есть... Я не считаю Дина предметом... Ну вы поняли меня. (Мое внутренее эго делает фейспалм и уходит из кадра)