Яойные хроники

***

      Не так давно Нанами и Томоэ решили навестить гору Курама, ведь девушка обещала, что навестит Джиро, да и причина была одна. В прошлый раз Богиня забыла забрать персиковые пилюли, и был хоть какой-то повод увидеться с мужчиной, который признался ей в любви. На это хранитель никак не реагировал и не ревновал, все равно девушка любит его одного. А он сам... Пока не знает, кого любит, а кого нет. Сердце просто тревожно билось в сладкой истоме, но парень не знал, кто предмет его воздыхания.       Никто не ожидал, что Богиня прибудет в гости. Джиро был сильно удивлён, ведь он не думал, что девушка его хоть когда-нибудь навестит, но на сердце была радость. Ворон без лишних слов принял гостью, выделив ей и хранителю по свободной комнате. В честь дорогой гостьи, которая вернула мир на гору Курама, закатили очередной пир. Тэнгу были очень дружелюбны и как-то привыкли к тому, что Богиня — девушка, хотя Суиро все так же отводил взгляд от шатенки.       Томоэ сидел с саке в руках, рассматривая ворона без крыльев. Почему-то сердце билось быстро-быстро, словно сейчас выпрыгнет из груди. А может ли быть так, что Суиро и являлся тем самым предметом воздыхания? Может, это и так, но лису как-то не хотелось в это верить, и он твердил себе, что это ложное чувство, а сердце... Оно просто бьётся от волнения за хозяйку. Довольно хорошая отговорка.       После пира вороны разбрелись так же, как это было в прошлый раз во время выздоровления Джиро. Богиня и ее слуга отправились по своим комнатам, решив остаться ещё и на завтрашний день. Все равно особо важных дел в ближайшее время не было, да и Мизуки сможет сам со всем справиться, хоть лис ему и не очень доверял.       Была середина ночи, а Томоэ все ещё не мог уснуть из-за жары в комнате, и поэтому он ворочался в постели. Чтобы хоть как-то расслабиться, парень решил немного прогуляться по дворцу. Никто же не осудит его за это? Поэтому, поправив белоснежное кимоно и хорошенько завязав пояс, лис пошёл нагуливать сон.       Хоть в гостевой и было душно, но за пределами стен был лёгкий ветерок и ночная прохлада с ощутимой теплотой, которая никак не мешала. Со стороны чувствовался приятный запах садовых цветов, а по земле стелились розовые лепестки сакуры. Такое ощущение, что здесь она цветет круглый год и считается почитаемым деревом.       Блондин продолжил свой путь, наслаждаясь тишиной, которую разбавляли звуки ночных насекомых. Через минуту лис оказался внутри одного из коридоров дворца, по обе стороны которого располагались многочисленные комнаты. Здесь царило полное молчание, даже уличные звуки не проникали сюда.       Томоэ шел вперёд, прислушиваясь к каждому шороху, но все было напрасно. Полы тоже не издавали скрипов. Так было несколько метров, пока возле одной комнаты не послышался мучительный стон, еле различимый в этой гробовой тишине. Парень удивился и решил проигнорировать это явление, но любопытство было куда сильней.       Поэтому лис сам не понял, как оказался в комнате, откуда шел звук. Лёгкий шок вновь отразился в фиолетовых глазах хранителя, когда он обнаружил ангела горы Курама, который ворочался в постели и сжимал в тонких пальцах лёгкое одеяло. С губ во сне срывались тихие стоны, означавшие, что тэнгу снятся не самые приятные сны.       Сердце блондина пропустил удар, отдаваясь эхом во всем теле. Кончики пальцев похолодели от странного волнения, а в горле встал противный ком, не дающий сделать спасительный глоток теплого воздуха. Ноги стали, словно ватные, невозможно было шагнуть.       Поборов это все, парень двинулся навстречу спящему Суиро, который перевернулся на живот. Одеяло сползло до пояса, а длинные волосы цвета сирени разметались по подушке и хрупким плечам, оголяя фарфоровую кожу. Похоже, тэнгу спал обнажённым, и это от этого внутри Томоэ запорхали бабочки, будоража чувства.       Хранитель сел возле этого светлого ангела, рассматривая белоснежную спину, замечая длинные и не очень красивые шрамы, затянутые рваной кожей. Видимо, на месте этих шрамов были красивые смолисто-черные крылья, но из-за несчастного случая Суиро лишился их, и, скорее всего, их удалили из-за серьёзных повреждений.       Колющая боль поселилась в груди парня, и он сжал кимоно в области сердца, прикусив при этом губу от ноющей тоски. Резко захотелось прижать к себе отшельника и больше никогда его не отпускать. Это желание было очень сильным, от него сердце разрывалось на куски.       Не выдержав, блондин навис над вороном и прикоснулся губами к шраму, затем прошелся языком по всей длине, ощущая неровно сросшуюся кожу. По спине прошлись мурашки, и Томоэ вздрогнул, отстранившись. Суиро перевернулся и в упор взглянул на лиса сонными глазами. Парень не знал, что сказать в своё оправдание. — Томоэ... — слегка хрипловатым голосом прошептал отшельник, все ещё не до конца проснувшись. Постепенно осознание возвращалось, и через несколько секунд ангел горы мог трезво рассуждать. И первая мысль, возникшая в светлой голове: что здесь делает хранитель Богини? — Суиро, я... — слова комом застряли в голове, а краска припала к щекам, когда блондин рассмотрел ворона, оценивая природную красоту, которая манила и хватала в свои сети дикого лиса, очаровывая и заставляя любить отшельника.       Пряди волос прилипли к лицу, покрытому румянцем, капельки холодного пота медленно скатывались по шее, ключицам, груди... Как велик был соблазн прикоснуться к прекрасному ангелу, который, по странной случайности, почему-то родился вороном с чёрными крыльями. Суиро больше бы подошёл золотистый нимб и красивые белоснежные крылья. — Ангел мой... — слетело с уст Томоэ, который поздно спохватился о сказанном, но было уже не до этого, так как он тягуче медленно и нежно целовался с тэнгу, который хотел было сопротивляться. Чтобы остановить отшельника, лис перехватил руки Суиро и зажал его ноги. Вдруг ворон его пнет? — Т... Томоэ, перестань, пожалуйста... Мне больно... — проговорил тэнгу, повернув голову в сторону и разорвав поцелуй. Он задрожал всем телом и зажмурил свои красивые глаза. Парень пошатнулся и слез с отшельника, думая о том, что делает. — Прости... Я больше не причиню тебе боли, ангел мой... — прошептал Томоэ и резко обнял Суиро, прижимая его к себе. — Прости меня... Просто... Я... Люблю... Тебя... Я не хотел сделать больно... Прости... — Все хорошо... — тихо ответил ангел, чувствуя бурю эмоций в душе. Сердце забилось в бешеном ритме, и светловолосый в ответ обнял хранителя, все ещё дрожа. — Давай попробуем снова? — Да... — блондин вновь запечатлел поцелуй на губах возлюбленного, понимая, что тэнгу из принципа согласился это сделать. Значит, любовь Томоэ не взаимная, но, может, не все так плохо?