Будь моим волшебником!

— Мерлин, здесь больше наемников, чем я могу одолеть за один раз. Немедленно угрожай им магией! Не то чтобы слышать странные просьбы и приказы от принца Мерлину было в новинку. За те четыре года, которые чародей провел на службе у Артура, он помог ему спасти странного мальчика друида, прикрывал наследника, пока тот развлекался с Гвиневрой, сопровождал его на встречу со злой колдуньей и помогал выслеживать последнего Повелителя драконов. И это было лишь несколько пунктов из списка совершенных им вещей — заметьте, очень длинного списка, — скромно озаглавленного «Ради болвана». Тем не менее Мерлин ожидал, что скорее у Утера из ушей вырастут одуванчики и он снимет запрет на магию, чем то, что Артур отдаст ему такой приказ. — У нас мало времени, Мерлин, — напомнил принц, крепко сжимая в руках рукоять меча и пытаясь выглядеть угрожающе для огромной группы бандитов, которая преградила им путь. Волшебник прикрыл глаза, ожидая, что когда откроет их снова, услышанное и увиденное им окажется лишь кошмарным сном. Артур не мог просить его об этом. Как он мог узнать? Должно быть, это действительно просто сон. — Гм-м, Артур… — Мерлин, либо ты будешь угрожать им магией, либо я сам тебя убью! — Н-но… — о, Боги, Гаюс был прав! Он должен был быть более осторожен. — Но это незаконно, Артур! (Нет, вы только представьте. Значит, наследный принц королевства, в котором запрещена магия, приказывает человеку — самому великому волшебнику — колдовать, а тот напоминает ему о законах. Что может быть безумнее?) Мерлину показалось, что глаза принца сейчас треснут от гнева. Временно игнорируя приближающийся клан бандитов, Артур обернулся к нему, пробурчав под нос несколько ругательств. — Притворись! — крикнул наследник в лицо своему слуге. — Я понимаю, что ты слишком глуп, чтобы быть настоящим волшебником, но они-то этого не знают! Попытайся их спугнуть! (И тут Артур в первый раз в жизни пожалел, что его друг не колдун. Но принц счастливчик, ему и тут повезло.) Слуга выдохнул в облегчении. Конечно, так все становилось намного понятнее. Поблагодарив удачу и улыбнувшись иронии, колдун начал притворяться колдуном. Принц, безусловно, не мог найти никого лучшего на эту роль. Мерлин кашлянул, призывая свой самый страшный голос, и сделал несколько шагов навстречу приближающимся бандитам. — Стойте! Уходите прочь, мерзкие разбойники, или я вас убью… м-м-м, ударом молнии! — изображая колдуна, Мерлин зловеще размахивал руками. Не обращая внимания на Артура за его спиной, который пытался остановить его и переиграть план, Мерлин пронзительно закричал. Бандиты остановились и переглянулись. (Другими словами, можно сказать, что обычный ребенок сыграл бы колдуна лучше, чем наш Мерлин в данной ситуации. Ну, не доводилось ему притворяться колдуном, обычно он все делал наоборот.) Стоит ли говорить о том, что бандиты немедленно разразились в приступе смеха? Наивный и уверенный в себе, Мерлин был сбит с толку подобной реакцией, прежде чем вдруг почувствовал руку, опустившуюся на его плечо. — Молодец, Мерлин! Ты на самом деле бесполезен. — Н-но… — почему так сложно было поверить в то, что он колдун? — Ты сделал все, что смог, Мерлин. Теперь позволь мне самому справиться с этими пятьюдесятью наемниками, — сказал Артур, отталкивая слугу в сторону и принимая боевую стойку. — Просто держись за моей спиной, постарайся не спотыкаться, и мы переживем этот бой. — Я предупреждаю в последний раз! — вопреки указанию принца, Мерлин снова бросился в сторону бандитов. Он выставил вперед ладонь и, выкрикнув выдуманное заклинание: «Aegunilas!» — начал молиться всем известным Богам, чтобы это убедило преступников и спугнуло их. Затем неожиданно Мерлин вдруг ощутил, как магия затрепетала внутри него и вырвалась наружу, прежде чем чародей сумел ее остановить. Земля раскололась надвое, поглощая наемников одним огромным глотком. Даже после того, как все закончилось и на месте прежнего раскола вновь образовалась милая полянка, принц и слуга продолжали в молчании и шоке глядеть в одну точку. Ни слова, ни даже вздоха не раздавалось в лесной тиши. Пару минут они оба не шевелились и даже не моргали. Каждый был ошеломлен по разным причинам. Так могло продолжаться еще долго, если бы один из них не нарушил молчание. — Мерлин… — Да, сир? — машинально ответил чародей. Принц грациозно, как могут только королевские особы, повернулся к нему. С непроницаемым лицом он медленно поднял меч и направил его на грудь своего друга. Колдун сглотнул. — Я сказал тебе притворяться, идиот! При-тво-ря-ться!