Контроль

      - Я принесла учебники, - ты преувеличенно бодро демонстрируешь мне свою школьную сумку, потом зажатый в другой руке бумажный кулек, перевязанный тонкой розовой лентой, - И испекла печенье. В этот раз получилось гораздо лучше.       - Оно всегда замечательное, - закрыв за тобой дверь, я прижимаю к себе своего крольчонка, ты замираешь на долю мгновения, а потом прижимаешься изо всех сил. Бедный мой крольчонок. С тех пор, как я вернулся, ты сама не своя. Тебе все время кажется, что я могу вновь исчезнуть, испариться, пропасть из твоей жизни. Отсюда и все эти звонки, смски, «случайные» встречи на улице у библиотеки или университета, где я заканчиваю образование. Тебе нужно удостовериться, нужно точно знать, что я здесь, что никуда не делся, что в любой момент я рядом с тобой.       Каждый день ты печешь печенье и приносишь его ко мне домой. Это самое удивительное печенье в мире, ведь его испекла моя Усако. И ты никак не можешь поверить, что оно мне нравится.       В последнее время, ты налегла на учебу. Ами считает, что в тебе наконец проснулась ответственность и моя Усако задумалась о поступлении в университет. Луна и Артемис настаивают, что таким образом Принцесса готовится стать Нео-Королевой. Рей, Минако и Мако полагают, что мы лишь прикидываемся, что занимаемся, а на самом деле — заняты совершенно другими, более приятными вещами. Они все не правы. Ты приходишь ко мне и мы действительно занимаемся английским, физикой, алгеброй. Но тебе важно не хорошее образование или подготовка к обязанностям будущей правительницы. Это еще один способ знать, быть уверенной, что я в порядке и я с тобой. Бедный мой крольчонок.       Как бы я хотел взять на себя ту боль, что тебе пришлось пережить, когда меня не было рядом. Ты ведь думала, что я… Что я что? Погиб? Или разлюбил? Смерть никогда не останавливала меня от того, чтобы вернуться к тебе. А разлюбить тебя для меня невозможно. Порой мне кажется, что у меня нет ни души, ни сердца. Только наша с тобой любовь. Я дышу тобой, живу тобой. Всегда помни об этом и о том, что я никогда тебя не оставлю.       Мы проходим в комнату, где я уже разложил справочники для нашего сегодняшнего занятия. Я все еще не разжал объятий, да и ты жмешься ко мне так, что внутри все замирает. От нежности, от любви и от чувства вины. Вины за то, что не смог защитить тебя, что снова стал причиной твоей боли.       Все так же — держа в объятиях, опускаюсь вместе с тобой на пол у низкого столика. Одной рукой глажу тебя по голове, второй забираю из твоих сцепленных пальцев сумку и кулек с печеньем. Рука вновь чувствует твой тугой резиновый браслет.       Ты стала носить его через день после моего возвращения. Впервые я увидел этот браслет, когда мы гуляли в парке. Ты рассказывала что-то и поминутно оттягивала этот браслетик, позволяя ему больно бить нежную кожу твоего запястья.       - Зачем ты это делаешь, зайка?       - Я хочу знать, что это не сон. Что ты правда здесь, что я не проснусь и не окажется, что тебя снова нет, - сбивчивые объяснения таким тихим шепотом, что мне приходится сильно наклониться к тебе, чтобы расслышать сказанное тобой. Эти слова причиняют боль нам обоим. Не зная, как еще успокоить, я поцеловал тебя. Это был отчаянный и горький поцелуй, но он был так же прекрасен, как и все другие, что мы делили друг с другом. Все они — безмолвные свидетельства наших чувств.       С того дня, ты стараешься щелкать себя браслетом незаметно, в тайне от меня. Но я знаю, что продолжаешь это делать. Кожа на твоем запястье уже не успевает приобрести прежний молочно-белый цвет. Пришло время расстаться с этим браслетом. Я осторожно стаскиваю его с твоей руки, стараясь не причинить неудобства. Потом — беру руку в свою и бережно глажу покрасневшую кожу.       - Он нам не нужен, - стараюсь говорить так, чтобы ты поверила, - Если ты сомневаешься, спишь ли или все происходит наяву — я буду просто целовать тебя, - осторожно, лишь на пару мгновений, касаюсь твоих губ своими. Чувствую, как ты проводишь своими прохладными пальчиками по моей щеке, отрицательно качаешь головой, прижавшись своим лбом к моему.       - В моих снах ты очень часто целуешь меня, - вновь этот тихий, едва различимый шепот, - Во сне никогда не бывает больно. Поэтому, причиняя себе боль я могу знать, что все происходящее — реально.       - Реально, зайчонок. И ты не должна причинять себе боль. - подношу твою ручку к своей голове и прижимаю к волосам, - Чувствуешь? Немного колюче, потому что я недавно стригся, немного щекотно…       - Приятно, - тихо тянешь ты, ероша мне волосы. Теперь твоя рука скользит чуть ниже, пальцы проходят по моему лицу, оттуда к шее. Твое милое личико приобретает очень сосредоточенное выражение. Ты анализируешь, запоминаешь свои ощущения, чтобы связать их с реальностью. Я стараюсь не шевелиться и не мешать тебе. Это тяжело — твои прикосновения, даже самые легкие и невинные, слишком приятны. Я всегда нуждался в них и всегда буду нуждаться. Так же, как в твоем голосе, твоем смехе, твоем дыхании, блеске твоих глаз, шелке твоих волос. Так же, как ты нуждаешься во мне, моя Усако, мой любимый крольчонок.       Я знаю, что не удастся искоренить твои страхи за несколько минут. Но знаю, что ты очень сильная. А я упертый. Вместе мы со всем справимся.