Die, Die My Darling

There's not a word for what I want to do to you "You And Me And the Devil Makes 3" Marilyn Manson

Харли не спускает глаз с центральной улицы финансового района. Скоро здесь должен показаться фургон с инкассаторами. Она то и дело поглядывает на наручные часы. В свете тусклого фонаря, горящего неподалеку, сложно рассмотреть тонкие полоски-деления и определить точное время. Да еще толстое стекло шлема сокращает видимость. Но снимать его ни в коем случае нельзя – машина может появиться в любую минуту. Тогда она и второй мотоциклист сорвутся с места и поведут ее в нужном направлении. В нескольких кварталах отсюда, ближе к Ист-Энду ведется строительство большого развлекательного комплекса. Харли и ее напарник должны заставить инкассаторов отклониться от намеченного маршрута, свернуть в сторону стройки, где организована засада. Это их задача. Они - «загонщики», как выразился Джон. На улице давно стемнело, машина объехала все пункты приема денег, и сейчас движется к мотоциклистам. По общим прикидкам в багажнике должно быть полтора миллиона долларов. Легкие деньги. Харли заерзала на месте, и, не выдержав, потянулась к спине, на нее, как назло, напал нервный зуд. Тьфу. Через бронежилет ни черта не чувствуется. Джон все-таки настоял на своем и заставил нацепить эту штуковину поверх куртки. Она и второй мотоциклист рискуют больше остальных, а значит, обмундирование должно быть соответствующим. Джокер, на этот раз, приказал свести к минимуму потери среди наемников. Ему просто нужны деньги, без лишнего шума и фарса. Очевидно, для организации этого самого шума и фарса. Сам он не пожелал светиться из-за такой мелочевки и поручил Джону командование операцией. Девушка поправила лямку пистолета-пулемета, и принялась следить за проезжей частью. В этом закоулке довольно пустынно, всего пару-тройку раз мимо нее проехали легковые автомобили. Джей специально подбирал маршрут, проходящий через самые спокойные районы Готэма. Все-таки, хорошо, что он не принимает участия в этом деле. Так ей намного проще. Чувствует себя гораздо свободней, не опасаясь попасть ему на глаза. С того небольшого «происшествия» прошло ни много, ни мало – два дня. И за эти два дня они практически не пересекались. Даже о ее участии в операции сообщил Джон. Он постучал в дверь комнаты, из которой девушка практически не выходила, и попросил спуститься в гостиную, где ждали остальные наемники. Джея там не было. И Харли не знает, как к этому относиться. С одной стороны – так действительно проще. Она до сих пор чувствует себя очень и очень странно. Не то чтобы смущение или стыд, нет, скорее некоторая неловкость. И жгучая обида. Харли дуется. Так банально и так по-женски. Еще бы – он задел самые сильные, самые глубокие чувства, с наслаждением повернул рукоятку ножа, загнанного под ребра. Посмеялся над ней, выставил идиоткой. Разумеется – она сердится, имеет полное право. Только от осознания собственной правоты легче ей не становится. Вот ни на йоту. Два дня рефлексивных раздумий и полного бездействия сделали свое дело – она затосковала по клоуну и была готова простить его выходку, но… последняя капля гордости, тоненький голосок в мозгах пищит, твердит ей не делать этого. Пусть первый шаг останется за ним. Она сразу простит, если Джей догадается извиниться. Хватит одного-единственного ласкового слова, большего и не нужно, но… в этом-то вся проблема. Это ведь Джокер. Он всегда прав, а значит, не за что извиняться, ни на какие уступки он не пойдет. Это ее прерогатива – уступать, терпеть и вымаливать снисхождение. Только всему есть предел. И Харли продолжает дуться, играть в молчанку, понимая всю бессмысленность затеянной игры. Но, как говорится, нашла коса на камень. Естественно, это угнетает, обида и повисшая неопределенность не дают ей покоя. Но сейчас они отступили на задний план, остались где-то там, на арьерсцене, как мелькающее на горизонте грозовое облачко, неприятный осадок в сердце. Харли сосредоточена на деле. Голова занята предстоящей погоней. Снова охота, снова азарт. Ей безумно нравится это чувство. Блондинка усмехается, сильнее сжимает грипсы*. Кажется, она стала адреналиновой наркоманкой. Никакого страха, только предвкушение и нездоровое нервное возбуждение. Да где эти чертовы инкассаторы? Как по заказу, в начале улицы показался фургон с логотипом Центрального готэмского банка. Второй мотоциклист его тоже заметил, поднял руку вверх и махнул девушке, чтобы та была наготове. Харли кивнула, поставила ногу на педаль. Кусая губы от нетерпения, она сосредоточилась на приближающемся автомобиле. Ну же, еще чуть-чуть. Ползут, словно черепахи. Едва машина миновала арку, под которой скрывалась девушка, Харли сразу завела мотор и сорвалась с места. Второй «загонщик» последовал ее примеру. Они объехали фургон с обеих сторон и начали теснить по бокам, заставляя отклониться от намеченного маршрута. Едва водитель прибавил скорость и попытался свернуть на соседнюю улицу, напарник девушки открыл огонь. Короткая автоматная очередь, пули врезались в обшивку бронированного автомобиля, не причиняя тому большого вреда, но заставляя нервничать сидящих в нем инкассаторов. Харли заметила, как один из них прижал к губам рацию, рассчитывая связаться с ближайшим полицейским патрулем. Девушка усмехнулась. О, они закончат раньше, чем копы успеют притащить сюда свои задницы. У водителя не осталось других вариантов, до прибытия подкрепления, кроме как попробовать оторваться от мотоциклистов самостоятельно или сбросить их, бортанув на полном ходу. Фургон гнал вдоль пустой улицы, периодически лавируя, пытаясь зацепить или сбить «загонщиков». Харли и второй мотоциклист ловко уворачивались и вели их дальше, паля для острастки по кузову автомобиля. Рев моторов, автоматные очереди, хлопанье пуль о металлическую обшивку. Упоительная погоня. Харли, войдя в раж, то выезжала вперед, дразнила инкассаторов, мельтешила перед глазами, то сбрасывала скорость, позволяя себя обогнать, а затем снова стреляла по кузову. Девушка слишком увлеклась своей веселой игрой, и чуть было не поплатилась за это. Вовремя не заметила легковушки, летящей по встречной полосе, и пошла на очередной обгон. Водитель фургона решил этим воспользоваться, вильнул в ее сторону, оттесняя на встречку. Мужчина, сидящий за рулем легкового автомобиля нервно давил на клаксон. Харли, мельком взглянув на приближающийся седан, пальнула по лобовому стеклу и резко сбросила скорость, пропуская фургон вперед. Она ушла в сторону, пристраиваясь за ним, чудом избежав столкновения с истеричным водителем. Это немного поумерило ее пыл, заставило сосредоточиться на цели. И, вместе с тем, разозлило. А впереди уже показалось строительное ограждение. Улица заканчивалась тупиком. В нужный момент, на последнем перекрестке, мотоциклисты резко затормозили. Фургон вырвался вперед, надеясь объехать забор, но тут из соседней арки на полном ходу вылетел большой мусоровоз и преградил дорогу инкассаторам. Водитель не успел ничего предпринять, и машина врезалась в кузов грузовика. Мощный удар, лобовое пуленепробиваемое стекло пошло трещинами, передний бампер и капот всмятку. Мужчины, оглушенные этим ударом, дезориентированы. Тут же позади мотоциклистов возник черный фургон, в котором ехали остальные наемники. Харли и ее напарник, не теряя времени даром, спешились и побежали к кабине инкассаторского автомобиля, каждый со своей стороны. Девушка распахнула дверь, мужчина, сидевший на переднем пассажирском сидении, едва успел повернуться. Блондинка подняла пистолет и выстрелила ему в голову. Мужчина дернулся по инерции и безвольно обмяк на сидении, удерживаемый ремнем безопасности. Второй мотоциклист разобрался с водителем. Тем временем, из подъехавшего фургона выбрались двое наемников в черных масках с прорезами для глаз и рта. Никто ведь не должен знать, чьих рук это дело, Джей запретил брать обычные клоунские маски. Харли еще раз мысленно порадовалась, что ее не заставили надевать эту хренотень. С нее хватит и шлема. Один из мужчин, подрывник, установил на кузове инкассаторского автомобиля взрывчатку. Девушка и мотоциклист отбежали подальше, взяли под наблюдение боковые улицы, с минуты на минуту ожидая прибытия копов. Когда сзади раздался взрыв, Харли невольно присела. Оглянувшись через плечо, заметила, как второй наемник распахнул двери кузова и начал выбрасывать сумки с деньгами. К этим двоим присоединился водитель мусоровоза. Значит, в деле задействовано всего шесть человек, включая ее. Джон наверняка остался за рулем черного фургона, его не видно среди «грузчиков». Интересно, а кто же ее напарник? Когда они отправились на дело, парень вышел из дома в полной экипировке и шлеме. Харли не видела его лица. Вдруг в отдалении послышались завывания полицейской сирены, на другом конце улицы замелькали красно-синие огоньки. Черт. А копы приехали быстрее, чем она ожидала. - Быстро! Валим, валим, валим! – проорал Джон, высунувшись из окна машины. Наемники тут же засуетились, затаскивая последние сумки. Когда мужчины запрыгнули внутрь, фургон резко сорвался с места, дверь закрывали уже на ходу. Харли запрыгнула на мотоцикл и завела мотор. Девушка и ее напарник остались в арьергарде, чтобы задержать копов и прикрыть отступление. Едва полицейские автомобили приблизились на расстояние выстрела, мужчина открыл огонь. Он старался стрелять по колесам, Харли палила куда попало, в основном – по ветровым стеклам. Здесь всего три машины, должно быть, ближайший патруль. Когда патроны закончились, мотоциклисты рванулись с места, разъезжаясь в разные стороны. Сейчас свернут в закоулки, там за ними никто не угонится. Но, когда Харли собиралась исчезнуть под аркой, по ней начали стрелять. Кто-то из копов опомнился и выбрался из машины. Один обжигающий болезненный удар в спину, под лопатку. Господи, как хорошо, что Джон заставил надеть этот чертов бронежилет. Но следующая пуля попала в колесо мотоцикла и пробила шину. Харли тотчас потеряла управление и кубарем полетела вперед, через руль. Мгновенная дезориентация, мир вверх тормашками. Небо, дома, асфальт. Сильный удар. Не успев ничего сообразить, она шлепнулась на тротуар и прокатилась еще несколько футов, обдирая колени и локти. Несколько секунд лежала неподвижно, лицом вниз, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Наверное, это из-за шока она не чувствует боли. Сердце колотится в груди. Быстро-быстро. Харли не понимает, что происходит, не может сообразить. Растеряна, оглушена. Слышит вой полицейских сирен, слышит выстрелы. Кажется, допрыгалась. Сейчас ее точно повяжут. От этой мысли голова закружилась сильнее, но девушка заставила себя приподняться и сесть. Она повернулась в сторону полицейских, пытаясь прикинуть свои жалкие шансы. Один из патрульных бежит в ее сторону. Дерьмо. Вдруг за спиной копа, с противоположной стороны улицы, появился второй мотоциклист. Короткая очередь, полицейский, раскинув руки, падает навзничь. Харли, распластавшись по тротуару, едва понимая, что происходит, наблюдает за тем, как мотоциклист достает из сумки на поясе боевую гранату и швыряет ее в сторону полицейских машин. Оставшиеся копы бросаются врассыпную. Мужчина резко затормозил рядом с блондинкой и протянул руку. Харли не стала ждать повторного приглашения, тотчас вцепилась в его ладонь и рывком поднялась на ноги. Она забралась на мотоцикл позади своего напарника, тот сорвался с места и свернул на узкую боковую улочку, ведущую в обход стройки. Девушка впилась пальцами в плечи мужчины. Тот недовольно дернулся, и она переложила руки на его талию, вжалась в спину. Сердце колотится так отчаянно, что заглушает шум мотоцикла. В глазах все двоится после удара о землю. Хорошо, что Джонни заставил напялить шлем. Черт подери, такой дозы адреналина хватит на неделю вперед. Позади них прогремел взрыв, затем еще. Одна из полицейских машин взлетела на воздух. Но это не их проблема. Уже нет. Они оторвались, погони пока не предвидится. Можно выдохнуть. Мимо пролетают подсвеченные витрины и желтые фонари, мелькают малознакомые улицы и перекрестки. Харли, прижавшись к спине мотоциклиста, закрывает глаза, старается восстановить дыхание и прийти в себя. Она разбила колени, продрала свои кожаные штаны, холодный воздух щиплет ничем не прикрытые ссадины. Девушка кривит рот, усмехается. Да ладно, все обошлось, ей невероятно везет. Могла и вовсе свернуть себе шею, сломать позвоночник, но отделалась парой царапин, да легким испугом. Счастливица. Мужчина сбросил скорость, чтобы не привлекать внимания легавых. Они отъехали достаточно далеко от места взрыва и, если за ними не бросились сразу, то вряд ли вообще станут преследовать. Но лишняя осторожность не повредит. Харли все думает и никак не может понять – кто же ее сегодняшний герой? Она обязана ему, если не жизнью, то свободой уж точно. Этот парень спас ее от полиции, хотя мог бы просто уехать. В команде Джокера взаимовыручка не в чести. В голове вдруг возникла странная мысль. Так, нелепое предположение. А что, если… если Джей решил участвовать в этом деле? Передумал в последний момент, никому не сказал, кроме, разве что, Джона? Да. Такое вполне возможно. Харли озадаченно уставилась на своего загадочного спасителя. В целом, рост и фигура похожи. Но она не уверена. Черт. Теперь будет гадать до конца поездки, надеясь на чудо. Ведь если это он… Поддавшись своему порыву, девушка покрепче прижалась к мотоциклисту. Шансы, что догадка верна – ничтожно малы. Но все же, так хочется думать, что ее сегодняшний герой – это Джей. Хочется, чтобы эта поездка длилась целую вечность, а она прижималась бы к спине своего напарника, и представляла на его месте того, другого. Кожаная куртка могла превратиться в фиолетовое пальто. Сказка могла превратиться в быль. Как жаль, что у нее нет феи-крестной. Они выехали на объездную дорогу, ведущую к окраине города, где располагался заброшенный особняк, временно ставший их домом. Или штаб-квартирой. Это уж как посмотреть. Мотоцикл свернул с трассы и подъехал к полуразрушенному сараю, в котором бывшие владельцы держали рабочий инвентарь. Сарай, с чьей-то легкой подачи, был обращен в гараж. Мужчина остановился под навесом и заглушил мотор. Развернувшись вполоборота, он снял шлем и запустил пятерню в растрепанные каштановые волосы. Харли разочарованно выдохнула. Сказка закончилась, добро пожаловать в реальность. - Надо поставить в гараж, - произнес парень, оглядываясь через плечо. Блондинка тотчас отстранилась, разомкнула руки и слезла с сидения. По примеру своего «героя», Харли стащила шлем, и тряхнула головой, откидывая со лба спутавшиеся волосы. Мужчина завел мотоцикл в гараж, девушка зашла следом за ним, бросила шлем на ящик с какими-то инструментами. Исподтишка поглядывая на парня, заметила, что он тоже за ней наблюдает. Сколько Харли не напрягала извилины – никак не могла вспомнить имени своего напарника. Знала только, что у него есть брат, и он тоже в команде. Она видела их сегодня утром, в гостиной, когда Джон раздавал последние указания. Имен, естественно, не запомнила. - Тебя ведь Харли зовут? – неожиданно спросил парень. Очевидно, он бился над той же загадкой, что и девушка. Блондинка коротко кивнула, с интересом рассматривая своего нового знакомого. Каштановые волосы с рыжеватым отливом, довольно приятное лицо, высокий и складный. Примерно ее возраста, может, чуть старше. Он отличается от обычного контингента, набираемого Джокером для такой работенки. - Колин, - представился парень, протягивая руку в мотоциклетной перчатке. Харли осторожно ее пожала и сдержанно улыбнулась. - Спасибо, что вернулся за мной, - впервые подала голос девушка. - Да не за что. У нас, ирландцев, так принято. Своих не бросаем, - улыбнулся он. Харли усмехнулась. Странно слышать такие слова от наемника. Непривычно. Она не думала, что кто-то из них руководствуется подобными принципами. Джей научил ее не делить людей на «своих» и «чужих». Ведь все они просто пешки на шахматной доске. Кроме, разве что, Джона да самой Харли. Хотя насчет последнего она до сих пор не уверена. Как бы там ни было, ирландец пришелся ей по душе. Наверное, потому что на фоне остальных наемников он выглядел абсолютно вменяемым. Кроме того, благодаря Колину, она избежала встречи со своим старым знакомым – комиссаром Гордоном. Блондинка мило улыбнулась, и, заправив за уши растрепанные светлые пряди, дружелюбно произнесла: - Ну, надеюсь, когда-нибудь смогу отплатить тебе тем же. - Может, лучше отплатишь ужином? И заодно расскажешь, что такая красивая девушка делает среди сумасшедших? – ответил парень. «Красивая девушка», которая уже направилась к выходу из гаража, резко затормозила и обернулась. Такой откровенный подкат ее рассмешил. А последние слова и вовсе развеселили. - Сумасшедших? Ха, – состроив удивленную гримасу, она показала парню язык и прошмыгнула за дверь. - Эй, подожди! – Колин бросился вслед за девушкой, - Ты не ответила насчет ужина. - Прости, я не ужинаю. Слежу за фигурой, - наигранно вздохнула блондинка, насмешливо глядя на нарисовавшегося «кавалера». Черт, это даже забавно. - Да ладно, я ведь все-таки спас тебя, - толкая ее локтем под ребра, ухмыльнулся ирландец. - Сам сказал, что у вас так принято, - фыркнула девушка. - О’кей, - разочарованно вздохнул Колин, но тут же улыбнулся и подмигнул ей: - Но попытаться стоило, верно? Харли звонко расхохоталась и покачала головой. Этот наивный флирт поднял настроение и самооценку. Она уже и забыла – каково это. Быть объектом мужского внимания. Может, все-таки зря отказалась от ужина? Парень-то не промах. И характер легкий, смешливый… В отличие от некоторых. Когда они оказались в гостиной, Харли махнула рукой на прощанье и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Девушка поднялась в свою комнату и заперлась на ключ. Не хотела, чтобы кто-нибудь из обитателей особняка застал ее врасплох. Скорее всего, остальные ребята еще не вернулись, но, тем не менее. Она хочет побыть одна. Надо заняться ссадинами и отдохнуть. Харли стащила экипировку и разделась. Джонни оставил аптечку, которую принес по ее просьбе на следующее утро после той злополучной ночи. Разумеется, помощник Джокера обо всем догадался, догадался, чьи зубы оставили отпечаток на тонкой шее блондинки. Заметил синяки на запястьях и ключицах, увидел отекшие веки. Конечно, ничего не сказал. А что тут скажешь? Тем не менее, аптечка пришлась как нельзя кстати. Смазав ободранные колени йодом, Харли принялась осматривать остальные увечья. На бедре всеми цветами радуги наливается здоровенный синяк. Кожа на локтях ссажена, топорщится бахромой и присохшей кровью. Но, черт, все могло кончиться гораздо хуже. А это так – пустяки. Заживет, как на собаке. Промыв и обработав ранки, Харли рухнула на кровать и прикрыла глаза. Голова все еще немного кружится. Странно, что не болит. Наверное, все мозги отшибла, уже и болеть-то нечему. Громкий стук заставил ее поморщиться и приподняться. Кого там опять принесло? Завернувшись в тонкое одеяло, девушка сползла с койки и открыла дверь. На пороге стоял ее новый знакомый и широко улыбался. Черт. А вот это уже не смешно. Он навязывается. - Нет, нет, я не собираюсь приглашать тебя на ужин, - заметив ее недовольство, затараторил ирландец. Харли удивленно приподняла брови, с любопытством глядя на незваного гостя. - Хочу позвать в бар, - Колин расплылся в довольной ухмылке. - Еще лучше, - девушка устало закатила глаза. - Я, мой брат, Том и Стив идем пропустить по стаканчику виски в ирландском пабе. За знакомство и все такое. Вот я и подумал, может, ты захочешь присоединиться? – пожал плечами наемник, с неприкрытым интересом рассматривая блондинку. Харли плотнее закуталась в одеяло. Еще не хватало, чтобы он заметил синяки на плечах и шее. Она не стыдится. Просто не хочет сплетен. Уже убедилась, что мужчины любят перемывать косточки не меньше соседских кумушек. Первой мыслью было отклонить предложение о посиделках в пабе. Она слишком устала… к тому же, что скажет Джей? Наверняка будет недоволен. Но с другой стороны… ему разве есть дело до того, как Харли проводит свободное время? Ни разу не навестил ее после той злополучной ночи. Даже не побеспокоился, как она себя чувствует. Ему плевать. Вот и спрашивается – какого черта? Посидеть в баре, расслабиться. Напиться, в конце концов, глядишь - и отпустит. Станет легче дышать. Джей не заявлял на нее никаких прав. Она не его собственность. Вольна, словно птица. Может лететь, куда пожелает и делать все, что вздумается. Не перед кем отчитываться. Выпивка, громкая музыка… так, чтобы кровь из ушей. Дым и пьяный угар. Отличное средство от сердечной хандры. Надо забыться, выбросить из головы его нахальную физиономию, залить горькой воспоминания об обветренных губах, ухмыляющихся ей в рот. Харли хочет веселиться, кутить до зеленых чертей. Только бы вытащить занозу из сердца, хотя бы на один вечер. Она заслужила. Колин, дожидаясь ответа, топтался на пороге, раскачиваясь с пятки на носок, и рассматривал трещины на потолке. - Хорошо. Дай мне десять минут на сборы, - улыбнулась блондинка. - Ух ты, я уже думал, не согласишься, - присвистнул ирландец. Харли скорчила гримасу и вытолкала его за дверь. - Десять минут, - напомнил он из коридора. Девушка хмыкнула и повернула ключ. На всякий случай. Оглядев разбросанные по комнате вещи, она задумчиво почесала в затылке. Всего одни штаны - и те рваные. Утром она разжилась толстовкой – выпросила у Джона. И плевать, что, кроме самой девушки, в кофте могут поместиться еще двое такой же комплекции, главное – она чистая, практически не ношенная. Большего и желать нельзя. Харли вздохнула и начала одеваться. Черт, иногда она начинает скучать по своей старой квартирке. Точнее – по ванной, гардеробу и кухне. Особенно по гардеробу. Потратив на сборы десять минут, как и обещала, девушка спустилась в гостиную. Наемники уже ждали у лестницы. Колин болтал со своим братом Полом – коренастым мужчиной в сером кепи, из-под которого торчали медно-рыжие кудри. Рядом с ирландцами стояли еще двое. Долговязый парень с внешностью конченого наркомана. Кажется, его зовут Стив. И второй – невысокий, с большими залысинами. Харли признала в нем водителя мусоровоза. Том, или как его? Едва девушка показалась в комнате, все взгляды обратились к ней. - Ну, что, мальчики? Идем в паб? – усмехнулась блондинка, весело тряхнув головой. Волосы, собранные в два хвостика над ушами, хлестнули ее по щекам. - Идем, крошка, - сально осклабился Том, с навязчивым любопытством рассматривая единственную женщину. - Для тебя – мисс Квинн. Уж точно не «крошка», - ощерилась Харли, ткнув пальцем в нос наемника. Колин рассмеялся и, хлопнув по плечу мужика с залысинами, произнес: - Тебе эта штучка не по зубам, Том. Не приставай. Мы хотим повеселиться и хорошо провести время. Не надо усложнять. - Мисс Квинн, - повернувшись к блондинке, он галантно подставил локоть, предлагая поддержку. Но та только хмыкнула и направилась к дверям. Ирландец присвистнул и, усмехнувшись, махнул рукой остальным. Четверо наемников и Харли покинули особняк и направились к пабу. Ночь выдалась теплой, они решили прогуляться пешком. Колин сказал, что это не далеко. Всего пять кварталов в сторону Ист-Энда.

***

Джонни мыкался по дому, докуривая четвертую сигарету. Мужчина никак не мог определиться – стоит ли говорить боссу о том, что Харли отправилась в паб вместе с наемниками-новобранцами? Он видел, как она уходила. Смешная пигалица в обносках, с дурацкими детскими хвостиками и ярко-красной помадой. Словно девчонка, ограбившая косметичку своей мамаши. Какого черта она якшается с пушечным мясом? Джокер наверняка этого не одобрит. Сам он всегда держится особняком, даже имен не запоминает. А зачем? Все равно через пару месяцев придется набирать новых. Джон сидит на лестнице, вертит в руках зажигалку. Все-таки тяжело это, не по нутру. Он не хочет стучать на нее боссу, но своя шкура, как известно, дороже. А Джокер велел приглядывать за девчонкой. Наверное, надо было пойти в этот чертов паб, увязаться за компанию, но поздно спохватился, и теперь вот не знает, что делать. Если уж говорить начистоту, то он до сих пор не понимает – зачем боссу сдалась эта девушка? Что их связывает? Конечно, когда она позвала его в комнату пару дней назад, с опухшим от слез лицом, и попросила раздобыть аптечку, Джон был неприятно удивлен. Харли пыталась скрыть синяки и укусы, но он все равно увидел. Отчетливые следы зубов на шее, ярко-бордовый кровоподтек, черные тени под опухшими красными веками. Выглядела она ужасно. Словно жертва маньяка-насильника. Хотя Джон уверен, что босс не склонен к преступлениям на сексуальной почве, это было первым, что пришло в голову. Тем не менее, как бы хорошо он не изучил повадки Джокера, все равно может ошибиться. С ним ведь не угадаешь. Единственное, что Джон отчетливо понимает – ему жаль девушку. Почему она до сих пор не сбежала? Долбанутая на всю голову любительница острых ощущений? Как бы там ни было, надо что-то делать. А он никак не решится. Неожиданно позади него в дверном проеме нарисовался босс. Лениво потянувшись, он оглядел пустую гостиную и, пнув наемника носком своего ботинка, раздраженно спросил: - Где все? Джон тотчас подпрыгнул на ноги и обернулся. Психопат выглядел немного помятым и взъерошенным. Очевидно, только проснулся. Будто в подтверждение этой догадки, Джокер зевнул и вопросительно поднял брови, дожидаясь ответа. - Они ушли в паб. Я их отпустил, - произнес блондин, настороженно глядя на босса. - Ладно, скажешь, когда вернутся. Есть дело, - ответил Джей, разворачиваясь к нему спиной и собираясь уйти. - Девушка пошла с ними, - неожиданно для самого себя, ляпнул наемник. И тут же мысленно выругался. Вот дернул же черт… Услышав его слова, психопат замер в дверях и обернулся. Секундная вспышка в глазах. То ли ярость, то ли удивление. Джон не понял, быстро потупил взгляд, продолжая мысленно проклинать свою глупость. Вот не хотел же ничего говорить. Так какого хрена?.. Джокер приблизился к нему и хлопнул по плечу. На изуродованных губах мелькнула ехидная усмешка. - А почему ты не пошел вместе с ними? – с деланным безразличием спросил клоун. Джон напрягся. Знает он этот тон, ничего хорошего не предвещает. Мужчина нервно сглотнул и ответил: - Меня не позвали. Дурацкое оправдание. Ой, дурацкое. На Джокера не подействует. Психопат какое-то время молча созерцал пространство за плечом наемника. Затем его взгляд принял осмысленное выражение, и шрамы растянулись в широкой ухмылке. - Нехорошо получилось. Меня вот тоже не пригласили. Так куда, говоришь, они отправились? – психопат хитро прищурился и облизнул губы. - В ирландский паб на четвертой западной, - отчеканил Джон. - К О’ Коннору? Знаю это местечко, - хохотнул клоун. Наемник удивленно смотрел на босса, не понимая, в чем причина такого веселья. Впрочем, не важно. Главное, он не стал искать виноватых. Кажется, пронесло. - Джонни, мне нужна твоя одежда, - задумчиво произнес Джокер. - … ботинки и мотоцикл**, - на автомате добавил Джон. - А? – психопат с интересом уставился на помощника. - Сейчас принесу, - пробормотал блондин и, развернувшись, спешно ретировался к себе. Собрав чистые вещи, мужчина вышел в коридор и осторожно постучал в дверь комнаты босса. Тот забрал шмотки и ушел переодеваться. Джон, стоя посреди гостиной, докуривал пятую сигарету, когда Джокер показался на лестнице. Он смыл грим, спрятал зеленые волосы под шапкой. Бесформенная, мешковатая одежда, широкая кожаная куртка поверх серого балахона. Если не приглядываться к шрамам – узнать его практически невозможно. В принципе, наемник привык к подобным переодеваниям, но, тем не менее, всякий раз удивлялся, когда видел босса таким. Человеком из толпы, с рваной улыбкой от уха до уха. Однако сбросив клоунскую личину, Джокер все равно остается Джокером. Психопатом-убийцей. Менее заметным, но не менее опасным. Джон не хочет знать, что у него на уме. Не хочет думать, зачем понадобилось тащиться в паб вслед за девчонкой. Его дело – следовать приказам, а не рассуждать. И так сболтнул лишнего, теперь вот не может избавиться от дурного предчувствия. Кажется, накликал беду. Свистнув наемнику, Джокер направился к выходу из особняка. Мужчина тяжело вздохнул и потопал следом за клоуном.

***

В пятничный вечер в пабе было довольно людно. За барной стойкой почти не осталось свободных мест, все столы заняты, а с каждым часом народу все прибавляется. На огороженной площадке для танцев рядом с небольшим помостом, импровизированной сценой, не протолкнуться, поэтому все желающие потанцевать постепенно перемещались в зал, дрыгались в проходах между столами, едва не сбивая друг друга. Громкая музыка, гомон и смех, звон стаканов – какофония хмельного веселья, бьющая прямо в голову, опьяняющая похлеще, чем терпкий ирландский эль, разлитый по кружкам. Компания наемников расположилась в углу за одним из столов. Харли, успев пропустить парочку крепких шотов, с интересом наблюдала за царящим вокруг весельем. В таком освещении ей казалось, что в стаканах плещутся расплавленные драгоценности. Жидкий янтарь, вязкие сердолики, непрозрачная темная яшма с белой игристой пеной, ядовитые изумруды. Изумруды, изумруды. Повсюду эти чертовы изумруды. Яркими звездами вспыхивают под потолком, стекают бликами по рукам и тонут на дне бокала. Зеленая подсветка. Не травянисто-зеленая, как развешанные повсюду трилистники, а с примесью аквамаринового, словно гирлянда из светляков. И под этой красотой, под этим урбанистическим колдовским небосводом, в рваном, хаотичном ритме танцуют черные тени. Пляска святого Витта. То здесь, то там мерцают оранжевые огоньки, сизый смог поднимается к потолку, щекочет ноздри своими дымными пальцами, забирается в легкие. Не продохнуть. Накурено, шумно и шало. Инструментальная ирландская музыка вперемешку с тяжелым роком. Люди беснуются – им все равно, лишь бы громко да весело. Харли выстукивает незамысловатый ритм по деревянной столешнице, хлюпает трубочкой, цедит крепленый коктейль. Ананас с послевкусием водки. Мужчины провозглашают тосты, бьются кружками и напиваются. Сквозь шум девушка едва различает их болтовню. Задумавшись о своем, она не сразу обратила внимание на Колина, что-то кричавшего через столешницу. Чтобы привлечь внимание блондинки, парню пришлось хлопнуть ее по плечу. - Харли, ты чего такая кислая? – спросил он. – Все в порядке? Девушка улыбнулась и кивнула. Да, все в полном порядке, просто давно не гуляла по барам, отвыкла. И от выпивки слегка развезло. Но это скорее плюс, чем минус. Ей хорошо. Проблемы тонут на дне стакана, глохнут в шуме грохочущей музыки. Но, должно быть, ее ответ нисколько не убедил ирландца. Он поднялся со своего места и подошел к Харли. - Пойдем, - протягивая ладонь, произнес парень. Блондинка удивленно посмотрела на него снизу вверх. В голубых глазах мерцают зеленые всполохи. Багровая помада немного размазалась, застыла отпечатком на прозрачном стекле. Харли стучит ногтями по полированной столешнице, кусает губы. Никак не решится. Чего он хочет? - Ну, давай же, пойдем, - Колин нетерпеливо нахмурился, продолжая настойчиво тянуть руку. Подавив вздох, девушка приняла приглашение и поднялась с места. Мужчина улыбнулся и поволок ее за собой, в гущу танцующих парочек. Водоворот ликующих черных теней закружил их в своем неистовом ритме. Харли слегка растерялась, Колин притянул ее к себе, положил руки на талию. - Танцуем? – улыбнулся он. Девушка скривила губы, устало закатила глаза. Ой, да какого черта? Она пришла сюда веселиться. Отрываться на полную катушку. Колин прав – хватит киснуть. Блондинка хмыкнула, обняла парня за плечи. - Чур, ты ведешь, - рассмеялась она. Алкоголь потихоньку туманит разум, дурные мысли застревают на задворках сознания. Атмосфера общего безбашенного веселья так заразительна, музыка все ускоряется, кружит в каком-то безумном вихре. Харли давно не танцевала, тем более – так. Хорошо, что не на каблуках, иначе, давно бы споткнулась и рухнула на своего кавалера. Девушка запрокидывает голову, хвостики прыгают в такт, хлещут ее по щекам. Она улыбается изумрудным звездам на потолке. Здорово, черт возьми, как же здорово. Пузырь неподдельного счастья распирает ее изнутри, того и гляди – треснут ребра. Можно отключить голову, не думать ни о чем, кроме этого танца. Колин подбрасывает ее на вытянутых руках, словно котенка, и Харли смеется до слез, до зеленых искр из глаз, обнимает его за шею. Чужие ладони скользят по спине, чужое дыхание с примесью терпкого эля опаляет лицо. Щенячий восторг, неподдельная детская радость. Она ерошит волосы парня, зарывается лицом в его куртку. Но запах чужой, незнакомый. Отталкивает, предательски бьет под дых. Харли на мгновение замирает, морщится, отстраняется. Но тут же с остервенением бросается вперед, закрывает глаза. С отчаянием утопающего цепляется за ворот рубашки. Нет, нет и нет. Это ее праздник. Она не позволит его испортить. Колин улыбается, ведет в танце. Звонкие трели ирландской волынки врезаются в уши, ноги сами несутся в пляс. Как тут устоять? Когда песня закончилась, ирландец галантно подал ей руку, проводил обратно к столу. Харли совсем не галантно плюхнулась на сидение, умудрившись сверзить кружку эля, стоявшую рядом с Полом. - Ой, прошу прощения! – пискнула девушка, кокетливо хлопая ресницами. - Да ничего, малышка, - добродушно хмыкнул изрядно поддатый мужчина. – Улыбка у тебя… это… красивая, - добавил он, сфокусировав взгляд на лице блондинки. - Спасибо, - рассмеялась Харли. Колин, смотавшись до бара, принес еще три кружки ирландского стаута. Передвинув стул, он уселся рядом с девушкой и поставил перед ней выпивку. Харли благодарно кивнула и отхлебнула горького пива. Конечно, понижать градус – не лучшая идея, но очень хочется пить. Горло пересохло от танцев. Потянувшись за сигаретами, она поняла, что пачка пуста. Пол, заметив это, отдал ей свою и поднес зажигалку. Харли прикурила, весело подмигнула мужчине. Черт возьми, ей это нравится. Приятно быть в центре внимания. Нормального внимания нормальных ребят к нормальной девушке. Ни тебе ударов об стену, ни сжиганий заживо. Немного скучно, чуточку пресновато, но сойдет и так – для разнообразия. Алкоголь, словно жидкое топливо, струится по венам, сердце-моторчик стучит и работает без перебоев. Мерно, весело, с огоньком. Не барахлит, не замирает. Харли цедит темное пиво, смакует пенку, загоняет в легкие дым. Недалеко от их столика повздорили трое парней, девушка обернулась, равнодушно наблюдая за разгорающейся ссорой. Ан - нет, драки не будет, перепивших ребят разняли их товарищи, растащили по разным углам. Харли хмыкает, выпускает колечко дыма в пропитанный никотином воздух. Вдруг внимание девушки привлек странный субъект за барной стойкой. Показалось, или он и вправду глаз с нее не спускает? Мужчина, сидящий по соседству с подозрительным типом, толкнул его локтем и протянул рюмку. Тот отвернулся. Харли еще с полминуты понаблюдала за парнем в шапке, но он больше не смотрел в ее сторону. Девушка выдохнула и снова уткнулась в кружку. Такое необъяснимое чувство… что-то в фигуре того мужчины за барной стойкой показалось ей очень знакомым. Вдоль спины пробежал холодок. Странное ощущение. Но шалая беззаботность берет верх над дурными предчувствиями. Харли все посылает к черту, продолжает кутить. Тревога, маленькая ноющая заноза, застряла под сердцем, а она заливает ее алкоголем, спиртует, обеззараживает. Когда заиграла новая песня, братья-ирландцы, как по команде, поднялись на ноги. Пол, во весь голос завывая первый куплет, схватил блондинку подмышки и приподнял со стула. Харли, растерявшись от неожиданности, удивленно уставилась на мужчин. Колин обхватил ее плечи и, подмигнув, принялся подпевать своему пьяному брату. Девушка, не понимая, что происходит, заметила, что многие посетители паба тоже повскакивали со своих мест и присоединились к этому разухабистому дуэту. - Колин, что здесь творится? – ткнув его локтем под ребра, спросила блондинка. - Народная песня. Давай, подпевай, - рассмеялся ирландец. Прислушавшись, девушка смогла разобрать слова. Незамысловатая мелодия, простая, под настроение. Есть в ней что-то отчаянное и лихое. Горькое, как полынь, и разгульное, как портовая шлюха. Харли и сама не заметила, как начала подпевать, воодушевленная общим порывом. Припев запомнился быстро, всего пара строк, да рефреном бегущая фраза: - Джонни, я едва тебя знала***. Что-то о парне, который вернулся с войны. Вернулся без рук, без ног, к девушке, которая так ждала его дома. Харли дерет горло вместе с остальными, качается в такт. Последние ноты тонут в звоне разбитых кружек, общем крике «ура». Блондинка смеется, чокается с ирландцами, расплескивает через край, залпом допивает остатки пива. Когда она в последний раз так веселилась? Уже и не помнит. Наверное, в университете. Лет шесть назад. - Малышка, пойдешь танцевать? – наклонившись к ее уху, спросил Колин. Харли поморщилась, боже, как же от него несет перегаром. - Нет, потанцуй с кем-нибудь другим. Я устала, - пробормотала она, плюхаясь обратно на стул. Парень понятливо кивнул и, махнув брату, позвал его вместе с собой. Пока они искали партнерш для танца, девушка снова потянулась за сигаретами, благо, Пол оставил их на столе. Закурив, она уставилась на своего единственного соседа. Долговязый Стив, сложив голову на руки, мирно дремал, сломленный водкой, на которую налегал последние полчаса. Том тоже куда-то запропастился. Ну, да и черт с ним. Все равно он ее жутко бесит. Блондинка стряхивает нагоревший пепел, наблюдает за бушующим людским морем. Вон, Колин уже тискает какую-то крошку. Харли едва сдерживает смешок, улыбается. Все-таки, хороший он парень, легкий. С ним можно не заморачиваться. Отличный товарищ. Как здорово, что он позвал ее в паб, а то бы снова просидела всю ночь, считая трещины на потолке и силясь уснуть. Думая и гадая. Утопая в несбыточных грезах, гуляя по руинам воздушных замков. Душной волной накатывает уныние. Горючая тоска выжигает сердце. Гаснет улыбка, стекает с лица. Радость, вместе с помадой, стынет багровыми отпечатками на прозрачном стакане. Харли наблюдает за танцующими парами, за женщинами и мужчинами, такими счастливыми, беззаботными… Такими… такими простыми и скучными. Не знает, то ли завидует им, то ли презирает. Слишком много смешанных чувств в ее сердце. Колючим чертополохом стелется пьяная горечь. Наверное, все-таки зависть, змея подколодная. - Девушка, мжно… пригласить… ик… на танец? – икая и путаясь в словах, произнес нарисовавшийся рядом тип. Харли вздрогнула от неожиданности и с удивлением уставилась на него. Ой, ну и рожа. Да он же вусмерть пьяный. Едва на ногах стоит. - Нет, девушка не танцует, - вежливо ответила Харли, мысленно надеясь, что парень поймет ее настроение и попытает счастье за другим столиком. Но не тут-то было. - Да ладно… ну че ты… пойдем, - с пьяной настойчивостью пробормотал мужчина, продолжая нависать над блондинкой. Девушка тяжело вздохнула и отвернулась. Так, Стив все еще дрыхнет, Колин и Пол где-то на танцплощадке. Кажется, придется самой отваживать этого «ухажера». - Я не танцую, - сквозь зубы процедила она, поднимаясь из-за стола. Надо убраться подальше от этого типа – уж больно он непонятливый. Харли решила переместиться в бар – там более людно и безопасно, к тому же - у нее закончилась выпивка. Но едва она попыталась удрать, как мужчина сцапал ее за плечо и развернул к себе. Обдавая девушку смрадным перегаром, пьяница возмущенно воскликнул: - Ку… Куда это ты пошла?! - Слушай, я же сказала, что не танцую. Отвали от меня, – брезгливо поморщившись, Харли отступила в сторону и высвободила плечо из его цепкой хватки. Черт, неужели этот мудак решил испоганить ей вечер? Ну, что за дерьмо… - Так это… можем не танцевать… я угощу даму виски, - сокращая расстояние, приближаясь практически вплотную, пробормотал мужчина. - Нет, - отрезала Харли, отступая назад, ища глазами Пола и Колина. Да где они, черт побери? Конечно, она и сама в состоянии справится с этим кретином, но ей не хочется марать руки и привлекать внимание. - Ну, цыпа, ну че ты ломаешься, а? – шатаясь из стороны в сторону, пьяница продолжал наступать. Терпение на исходе. Еще чуть-чуть и дело дойдет до драки. Харли хмурится, кусает губы, считает до десяти. К ним подошел какой-то высокий парень в черной шапке, натянутой по самые брови. Ворот кожаной куртки поднят, затеняет нижнюю часть лица. Впрочем, в таком освещении его толком и не рассмотришь. Харли удивленно прицокнула языком. Это ведь тот мужчина, сидевший за барной стойкой. Что ему… Девушка замерла, вытаращив глаза. Внутри нее что-то оборвалось. Укол ледяного ужаса, мгновенно парализующий яд. Возглас изумления застыл на приоткрытых губах, запечатал ей рот. Боже. Что он здесь делает?! Мужчина весело подмигнул блондинке. - Кажется, она не в восторге от твоей компании, - усмехнулся Джей, хлопнув по плечу незадачливого «ухажера». - Че ты лезешь? Без тебя разберемся, – пьяница исподлобья уставился на психопата, и предпринял попытку притянуть к себе Харли: - Правда, крошка? Девушка ловко ушла от захвата и бросилась к Джокеру. Тот, не мигая, смотрел на парня и его взгляд не предвещал ничего хорошего. Блондинка нервно сглотнула и прижалась к мужчине. Она не хочет становиться причиной смерти этого пьяного идиота. Может, получится избежать кровопролития? Ну, хотя бы на один вечер? Разве это так много? - Джей, пожалуйста, - пробормотала она, вцепившись в рукав кожаной куртки. - Уходим, - сквозь зубы прошипел клоун, по-прежнему не спуская глаз с алкаша. В следующую секунду он схватил ее за руку и поволок за собой в сторону беснующейся толпы. Чтобы добраться до выхода, надо пройти через весь чертов зал. Харли, стараясь не думать о том, чем обернется для нее эта вылазка в паб, покорно семенила за Джеем. Но неожиданно, кто-то поймал ее за плечо и рванул в обратную сторону. Она громко взвизгнула, едва устояв на ногах. Джокер обернулся и прежде, чем Харли успела что-либо сообразить, ударил обидчика по руке. Тот разжал пальцы, непонимающе глядя то на клоуна, то на свое предплечье, распоротое от запястья до самого локтя. Изумрудные искры вспыхнули на кончике окровавленного ножа. Джокер подмигнул ошалевшему парню и спрятал лезвие в карман куртки. Размахнувшись, он ударил его кулаком в лицо и отшвырнул в толпу. Парень, и без того нетвердо державшийся на ногах, полетел на пол, сбив по пути танцевавшую женщину. Та, в свою очередь, налетела на кавалера и толкнула какого-то бородатого мужика. Тела, разной степени ужратости, посыпались на пол. Как костяшки домино. Харли, не удержавшись, хихикнула. Она повернулась к Джею, который с интересом наблюдал за этой кучей-малой. Бородатый мужик в байкерской куртке достал из-за пазухи пистолет и пальнул в воздух. Женщины тут же подняли вой, а наиболее адекватные посетители паба ломанулись в сторону выхода. Друзья стрелявшего байкера, выхватив пушки, метнулись к своему камраду, и его визжащей бабе. С пьяных глаз невдомек искать виноватых. Представители различных уличных шаек и преступных группировок, тусившие в пабе, тотчас вспомнили обо всех разногласиях, существующих между ними. За барной стойкой началась драка, в которую втянулись и более-менее трезвые посетители, пытавшиеся разнять своих товарищей. Атмосфера раскалилась добела, того и гляди – начнут палить без разбору. Женщина, сбитая с ног тем незадачливым пьяницей, начала орать, покрывая матом своего кавалера. Кто-то из байкеров посоветовал угомонить шальную бабу, за что немедленно получил кулаком по морде. Мужчины сцепились. В ход пошла рядом стоящая мебель и полупустые бутылки. Один из барменов, вытащив из-под стойки обрез, шмальнул в воздух, надеясь охладить пыл всех участников начинавшейся заварушки, но просчитался. Выстрел только больше их раззадорил. Дело принимает чертовски серьезный оборот. Те, кто желал побыстрее унести ноги, столпились у выхода, пытаясь покинуть зал до того, как запахнет жареным. После второго выстрела людей захлестнула паника, в дверях началась настоящая давка. Джей радостно цокнул, наблюдая за творящимся в зале переполохом. Такое веселье ему по душе. Харли, вытаращив глаза, оглядывалась вокруг, пытаясь сообразить, в какую сторону метнуться. Единственный выход перекрыт. Вот же черт. И что теперь делать? За спиной загромыхали выстрелы. Звон бьющегося стекла, отборная ругань и крики. Ни черта не понятно. Кто кого бьет, кто куда стреляет? Что за херня здесь творится? - Джей, пора сваливать, - пропищала девушка, дергая его за рукав. Но клоун только смеется в ответ. - Ты хотела повеселиться, тыковка? Вот оно, - он ткнул пальцем в сторону барной стойки, рядом с которой началась перестрелка, - Жаль, бармен занят, а то я бы еще чего-нибудь выпил, - с ядовитой усмешкой добавил мужчина. Харли уставилась на дебоширов. Бармен, о котором говорил Джей, валялся на стойке с прострелянной головой. - Наблюдать, как эти ублюдки истребляют друг друга – бесценно, - расхохотался Джокер. В целом, Харли согласна, но, черт возьми, где-то в толпе бьются и их люди… Колин, Пол и Стив, если выстрелы его разбудили… Дьявол. Вся кутерьма началась из-за того, что Джей проучил одного пьяного мерзавца. Он, вроде как, встрял за нее. Получается - она косвенная причина этого смертоубийства. Ха. А никто и не догадывается. Даже забавно. Но если подумать - повод им не нужен. Моральные качества этого сброда оставляют желать лучшего. Убийство себе подобных заложено в их природе. Несколько стаканов виски сделали свое дело - разум, ослабленный алкоголем, руководствуется инстинктами. Первобытная ярость, накопленная агрессия вырвалась на свободу. Как всегда - меряются, у кого хер больше. Не жалко таких. Джей прав - смотреть, как эти ублюдки уничтожают друг друга - бесценно. И весело. Люди вообще смешно умирают. Столько ненужного пафоса. «Передайте Молли, что я люблю ее». Девушка смеется. Все в порядке. Пусть делают, что хотят, ей плевать. Главное – Джей рядом, вступился, не дал Харли в обиду. С ним она точно не пропадет. Разумеется, блондинка тут же вытряхнула из головы все обиды, стерла воспоминания о том инциденте. Да и как можно дуться, когда сердце наполнено ликованием? Громкая музыка рвет барабанные перепонки, выстрелы оглушают. Воюющие стороны постепенно смещаются к центру зала. Какая-то женщина истошно орет, бьется в истерике над телом убитого байкера. Неожиданно, в непосредственной близости от блондинки взорвалась бутылка. Осколки брызнули во все стороны. Харли едва увернулась, прижалась к Джею. Тот наконец-то отвлекся от созерцания бойни и посмотрел на девушку. - А вот теперь пора убираться, - усмехнулся мужчина, снова сжимая ее запястье. Он потянул девушку за собой, в сторону, противоположную той, куда ломились желающие покинуть паб. Лавируя между столами, в обход беснующейся толпы, Джей продирался к черному ходу. Небольшая группа мужчин преградила путь неподалеку от барной стойки, мимо которой пришлось пройти, чтобы добраться до двери. Благо, кроме ножей и кастетов у них ничего не было. Джокер тут же выхватил пистолет и направил на предводителя шайки. Мельком взглянув на девушку, он вопросительно поднял брови и покосился на головорезов. Харли без труда догадалась, что он имеет в виду, и покачала головой. Нет, она вовсе не ожидала, что поход в паб обернется настоящим побоищем, поэтому не взяла с собой ничего, кроме маленького перочинного ножика, спрятанного в ботинке. Но пользы от него ничуть. - За поясом, - пробормотал Джей, делая шаг вперед, вроде как, заслоняя собой блондинку, и продолжая держать на мушке главаря. Остальные бандиты нападать не решались, но и уходить не спешили. Наоборот, начали окружать. Харли послушно выполнила приказ – вытащила пистолет из-за пояса его джинсов, сняла с предохранителя и направила на ближайшего головореза. То ли предводитель шайки был туп от природы, то ли алкоголь сыграл с ним злую шутку, и он занервничал под дулом пистолета, но в следующую секунду этот идиот бросился прямо на Джокера. Тут же прогремел выстрел, и мужик рухнул на пол с дыркой в башке. Остальные бандиты пришли в ярость и кинулись мстить за своего товарища. Харли открыла огонь. Пока Джокер и его спутница отбивались от шайки, преградившей им путь, Колин и Пол, обернувшись на звуки выстрелов, заметили блондинку. Разумеется, босса они не узнали. В такой кутерьме сам черт не разберет где свои, где чужие. Решив, что девчонке угрожает опасность, наемники поспешили на выручку. Когда последний бандит хлопнулся на пол с пулей в груди, Джей схватил Харли за шиворот и потащил к дверям. Вдруг рядом с ними, словно из-под земли, выросли двое ирландцев. Колин, не долго думая, бросился на Джокера. Блондинке понадобилось около трех секунд, чтобы признать нападавшего. Пол стоял рядом, наблюдая, как мужчины, сцепившись врукопашную, выбивают дурь друг из друга. Харли истошно взвизгнула и кинулась их разнимать. Джей, пропустив удар по больному плечу, заскрежетал зубами. Отшвырнув Колина к стенке, он выхватил нож и хотел уже прикончить ирландца, как вдруг между ними втиснулась девушка и, схватив клоуна за руку, попыталась остановить. - Джей, нет! Стой! Он и слушать не стал, оттолкнул ее в сторону, и бросился на соперника. Харли отлетела на пол. Словно в замедленной съемке наблюдала, как Джокер распорол ему горло от уха до уха. Кровь алой волной хлынула из раны, заливая руки убийцы и рубаху ирландца. Его брат с яростным воплем кинулся на клоуна, но не успел ничего предпринять. Девушка, действуя на автомате, подняла пистолет и выстрелила в спину наемника. Тот рухнул, как подкошенный, и больше уже не поднялся. Одурев от происходящего, блондинка уставилась на тело убитого мужчины. Вот же черт. Черт, черт, черт… Она не хотела, правда, не хотела, чтобы все так вышло. Из ступора ее вывел Джей. Он рывком поднял девушку на ноги и потащил за собой. Харли послушно плелась за ним, едва сдерживая подкатившую к горлу тошноту. Когда они наконец-то выбрались из здания и оказались на заднем дворе, блондинка, споткнувшись, потеряла равновесие и рухнула на колени прямиком в подтаявшую лужу. Бинты, которыми она замотала царапины, тут же размокли. Девушка поморщилась, но даже не попыталась подняться. Нет, она не может и не хочет никуда идти. Останется здесь, в чертовой луже, пока не придет в себя. - Харли, вставай, - нависая над ней, скомандовал Джокер. Блондинка отрицательно кивнула и упрямо насупилась. - Надо уходить, - проворчал он, смахивая кровь с разбитой губы. Девушка яростно замотала головой. Растрепанные хвостики хлестнули ее по лицу. Она, не мигая, уставилась на темную арку – единственный выход из подворотни. Почему это место кажется ей знакомым? - Будешь? – присев на корточки рядом с Харли, Джей достал из кармана измятую пачку сигарет. Блондинка заторможено кивнула и уставилась на мужчину. Ею овладело странное чувство… стойкое ощущение дежавю. Она вытащила зажигалку и отдала клоуну. Тот закурил и, выудив из пачки вторую сигарету, засунул в приоткрытый рот девушки. Не сказав ни слова, поднес зажигалку, подкурил, а потом спрятал ее в карман куртки. В очередной раз. Кажется, он их все время теряет. Затяжка, еще затяжка. Тошнота проходит. Сердце бьется так ровно, словно ничего не случилось. Убивать с каждым разом все проще. Немного жаль Пола и Колина, но, как известно, хорошие парни долго не живут. Какого черта они вмешались? Никто не просил… она не просила. Харли не чувствует себя виноватой в их гибели. Так уж вышло. Подфартило связаться не с той девчонкой. Бросив окурок в лужу, блондинка поднялась на ноги и отряхнула штаны. Джей тоже выпрямился и, зажав сигарету в зубах, направился в сторону арки. Мельком оглядевшись, Харли обратила внимание на пестрые вывески злачных заведений, сосредоточенных в ирландском квартале. Железная дверь, через которую они вышли из паба, кирпичная стена дома напротив. И темная арка, зияющая, словно раззявленная пасть голодного монстра… - Джей, подожди! – воскликнула девушка, бросаясь следом за клоуном, - Это тот самый паб?! Мужчина оглянулся и с наигранным недоумением приподнял брови. Выдохнув дым, щелчком отправил окурок в лужу и продолжил свой путь. Но Харли решила, что так просто он от нее не отделается. Она хочет знать, верна ли догадка. Почему это кажется таким важным? Черт его знает. Когда ты пьян, все обретает какой-то особый смысл. На утро это проходит, но… Сердце рвется от нахлынувших воспоминаний. Может, та встреча, шесть лет назад, определила дальнейшую судьбу? Вынырнув из переулка, Джокер заметил автомобиль, припаркованный у обочины. Немного повозившись с замком, он открыл дверь и забрался в салон. Харли плюхнулась на сидение рядом с водителем, едва не опрокинув оставленную кем-то бутылку американского виски. Отлично. Она не прочь промочить пересохшую глотку. Пока Джей перемыкал провода, чтобы завести угнанную машину, девушка открутила пробку и приложилась к бутылке. Зря, конечно, она это делает, выпитые коктейли уже дают о себе знать, как, впрочем, и пиво. Харли хочет в туалет, да и голова слегка кружится. Плевать. Ее тянет упиться до зеленых чертей. Раз начала – зачем останавливаться? Когда смотришь на мир сквозь бутылку отличного виски, жизнь не кажется таким уж дерьмом. Или кажется, но тебе насрать. Машина тронулась с места, понеслась вдоль темной улицы, нарушая установленный скоростной режим. Блондинка мрачно цедила виски, обжигая гортань и морщась, Джей, не глядя на свою спутницу, вел автомобиль по неведомому маршруту. Когда они выехали на объездную дорогу, Харли поняла, что домой он возвращаться не собирается. Машина летела к шоссе, ведущему за город. - Джей, куда мы едем? – спросила девушка, поворачиваясь к своему молчаливому спутнику. - Вперед, - ответил тот, мотнув головой в неопределенном направлении. Конечно, такой ответ ничуть не удовлетворил блондинку, но другого, очевидно, не будет. Харли вздохнула, потянулась к стереосистеме и включила радио. Гробовая тишина разъедает мозги. Пусть молчание – золото, но это явно не тот случай. Ночной ди-джей несет какую-то чепуху, к которой девушка почти не прислушивается, а затем ставит песню. Харли обрадовалась, что музыкальный вкус ведущего оказался не таким дерьмовым, как его шуточки. Кажется, Джей тоже не против музыки. Наблюдая исподтишка, Харли заметила, как он неосознанно отбивает ритм мелодии. Блондинка улыбнулась и, сделав последний глоток, обратилась к мужчине: - Джей, пожалуйста, останови машину. Мне нужно выйти. - Зачем? – осведомился клоун, не глядя на девушку. - Ну… - Харли слегка замялась, - в туалет. Джокер хмыкнул и, сбросив скорость, съехал на обочину шоссе. На этом участке довольно пустынно, встречных автомобилей нет, а футах в пятидесяти от дороги начинается лес. Отлично. Выбравшись из машины, девушка направилась в сторону подлеска. Вышагивая по сугробам, начерпала полные ботинки рыхлого снега, пару раз чуть не поскользнулась, но все-таки добралась до гряды невысоких хвойных деревьев. Закончив свои дела, она потопала обратно к машине. Джей тоже выбрался из салона. Облокотившись на крышу, он рассматривал ночное небо над Готэмом и курил. Харли приблизилась к клоуну и остановилась, прижавшись спиной к автомобилю. Так странно… он до сих пор ничего не сказал о ее сегодняшней выходке. Не разозлился? Или ему наплевать? Ну да… настолько плевать, что пришел за ней в паб. Настолько плевать, что покалечил пристававшего к ней пьянчугу. Может, потому и молчит? Думает о чем-то, исподтишка наблюдает за ней… Кто знает, может и он вспоминает их первую встречу? Обстоятельства располагают. Обрывки разрозненных мыслей витают в воздухе. Харли, с трудом фокусируя взгляд на клоуне, рассуждает о странном переплетении судеб двух абсолютно разных, на первый взгляд, людей. Если бы Джей тогда не спросил у нее зажигалку, то, возможно, не было бы всех этих откровений в Аркхэме. Каждый мог остаться на своем месте, не переступив черту в отношениях «врач – пациент». И Харлин бы увязла в чудесном выдуманном мирке, в розовой лживой сказке со своим милым принцем и белоснежным забором, за который никогда не проникла бы грязь и правда в лице человека, стоящего рядом с ней. Сердце билось бы так размеренно, никогда не металось в клетке ребер. Она могла превратиться в одну из этих самодовольных пресыщенных жизнью сучек, какие присутствуют на любом благотворительном мероприятии. Самые сливки готэмского серпентария. Джокер все изменил. Зря она завидовала тем парочкам в пабе. В каком-то смысле, ей повезло куда больше. - Джей, ты веришь в судьбу? – неожиданно, даже для самой себя, выпалила блондинка. - М? – мужчина отвлекся от созерцания темного неба и посмотрел на девушку. - Ну… как ты думаешь… есть ли некая сила, которая руководит жизнью? И все, что преднапределено… предопределено… обязательно случится, так или иначе? – перефразировала Харли, слегка заикаясь и путаясь в словах. Алкоголь, развязав язык, сделал ее косноязычной. Клоун на секунду задумался, затем облизнул губы и усмехнулся: - Попахивает фатализмом, ты не находишь? - А это плохо? – блондинка с интересом уставилась на него. - Это не хорошо и не плохо. Это просто теория, такая же бездоказательная, как теория о невидимом мужике, греющем свою всемогущую задницу на облаках. Зависит от того, во что ты веришь. Зависит от точки зрения, - медленно, привычно растягивая слова, прогнусавил Джей. – Видишь ли… людям нужны воображаемые друзья, истина и справедливость в последней инстанции, чтобы жизнь не казалась полным дерьмом. Чтобы спастись от абсолютного одиночества и оправдать свое существование, - прошипел он, - Они не хотят признавать, что мы одни во Вселенной, и никто нами не управляет. Что все достижения, вся эволюция - не более чем череда случайностей, деление клеток, усложнение их структуры. У нас нет когтей и клыков, мы всего лишь странные лысые обезьяны и нам пришлось приспосабливаться, чтобы выживать в этом мире. Видишь, чем дело кончилось? Никчемные обезьяны поработили планету, но все еще руководствуются инстинктами - жрать, спать, трахаться, отжимать друг у друга бананы, как и тысячи лет назад, - Джей хитро подмигнул и постучал пальцем по крыше автомобиля. Харли внимательно слушала, не сводя глаз с лица собеседника, а он продолжал говорить: - Это обросло целой кучей ненужной дряни. Потребность в банальной ебле заменили словом "любовь", запудрили мозги важностью семейных отношений. А чем больше у человека социальных связей, тем проще им манипулировать. Ну, и те, кто научился отжимать бананы лучше других, зовутся… м-м-м… "успешными бизнесменами". А суть все одна и та же. И ты серьезно думаешь, что этим кто-то управляет? Судьба… или высший разум? - оскалился он, насмешливо глядя на Харли. - Значит, ты считаешь, что нашей жизнью ничто не управляет… а как же все неслучайные случайности? – склонив голову на бок, улыбнулась блондинка. - Мы сами задаем вектор и распоряжаемся жизнью. Своей… иногда - чужой. Или чу-жи-ми, - ухмыльнулся психопат, - Разумеется, никто не в силах контролировать весь процесс, слишком много факторов и обстоятельств, от нас не зависящих. Будь то силы природы, интересы других людей или первый закон термодинамики, к примеру. Но. Если обладаешь достаточным знанием, многое можно предвидеть и правильно рассчитать, - кивнул Джей, доставая из кармана пачку сигарет. – Нет судьбы, кроме той, что мы творим сами, - добавил он, подкуривая себе и Харли, - А «неслучайные случайности» - это пересечение сил разной направленности в одной точке, - нараспев произнес клоун, затягиваясь и выпуская в ночное небо кольца сизого дыма, - Люди так любят искать во всем скрытый смысл… Каждый видит то, что хочет увидеть. Апофения, своего рода. Ты говоришь - судьба, а я говорю - хэй, дай-ка виски, - усмехнулся Джокер, кивая в сторону забытой в салоне бутылки. Харли весело улыбнулась. Давно они вот так не болтали. С последних сеансов в Аркхэме, наверное. Ей этого не хватало. В последнее время было совершенно не до того, а тут… некуда спешить. Так спокойно. И вовсе не страшно, можно говорить с ним о чем угодно. Да она ведь совсем пьяная. Распахнув дверь машины, блондинка забралась в салон и, схватив бутылку, передала ее Джею. Тот отхлебнул, чуть поморщился, когда алкоголь обжог ссадину на разбитой губе, и снова уставился на собеседницу. - А к чему ты это спрашиваешь? – подозрительно щурясь, спросил мужчина. Девушка хихикнула, смешно тряхнув хвостиками, и ответила: - К тому, что мы встретились не случайно. Если бы не тот переулок рядом с пабом... Я думаю, правда, думаю, что в Аркхэме ты бы не обратил на меня внимания. - Сложно не обращать внимания на того, кто сидит прямо перед тобой, - проворчал Джокер, снова прикладываясь к бутылке. - Я не об этом, Джей… Ты все понял, - ухмыльнулась блондинка. - Эти обстоятельства никак между собой не связаны. Ты все поняла? – передразнил он, опуская тяжелую ладонь на плечо девушки. Харли приподняла брови, удивленно таращась на Джея. Как это – не связаны? А она думала… - Фатализм, - причмокнув губами, выдохнул он, - как и вера в невидимых друзей, это отличный выход для тех, кто не может распорядиться собственной жизнью, для тех, кто ищет смысл и оправдание своему существованию. Людям почему-то так трудно смириться с бессмысленностью всего происходящего. И это смешно, - усмехнулся Джей, закатывая глаза и пялясь в ночное небо, - Все ищут и не могут найти ответ на извечный вопрос - зачем мы здесь и в чем наше предназначение? Но ведь это так просто… Ни в чем. Мы живем. А потом умираем. Нет никакого "до" и никакого "после". Со смертью сознание угасает, тело прекращает функционировать, разлагается, затем исчезает. Если ты примешь этот факт, все станет намного понятней и проще, Харли. Нет никакой судьбы. Ее, как и остальное, придумали люди. Не надо искать смысл там, где его нет. Психопат подмигнул блондинке и, отсалютовав бутылкой, отхлебнул виски. - Просто найди то, что любишь и позволь этому убить тебя****, - вытерев губы рукавом куртки, он забрался в машину и завел мотор. Харли, пытаясь переварить полученную информацию, вернулась на свое место. Прижав к груди полупустую бутылку, она задумчиво рассматривала снежинки, налипшие на ветровое стекло. Автомобиль летел по подмерзшей дороге, стрелка на спидометре перескочила отметку семьдесят миль в час. Не то чтобы Харли не любила быструю езду, но сейчас, когда машину занесло на очередном повороте, она вжалась в сидение и опасливо посмотрела на Джея. Тот кусал губы, по привычке облизывал шрамы и улыбался. Взгляд сосредоточен на темном двухполосном шоссе. Недобрый огонек в глазах. Очень недобрый. Девушке вдруг стало совершенно не по себе. - Джей, что ты задумал? – пискнула она. Психопат только хмыкнул и отобрал у нее бутылку. Отхлебнув, он нахмурился и с еще большим остервенением вдавил педаль газа. - Черт тебя подери, ты угробить нас хочешь?! – не выдержав, завизжала блондинка. Запаниковав, она вцепилась в локоть мужчины. Тот повернулся и, увидев страх, написанный на ее лице, рассмеялся. - Черт меня подери, именно это я собираюсь сделать! – радостно сообщил он, запрокидывая голову и хохоча во всю глотку. - Джей, твою мать! – выругалась Харли, отпустив его руку и вжавшись в сидение. – Я не хочу умирать! - Разве? Ты каждый день ставишь яблоко себе на голову, - постучав по макушке своей пассажирки, осклабился клоун. - Может, сегодня этому миру придет конец. Он исчезнет для тебя, а ты для него. И ни черта не изменится. Мир не заметит твоего исчезновения, не станет скорбеть об утрате. Может потому, что тебя вообще здесь нет, и ты просто галлюцинация? Побег от реальности пациента, сидящего в одиночной палате. Может, это я тебя выдумал, Харли? Девушка с недоумением уставилась на убийцу. Внутри нее что-то оборвалось, внутренности заиндевели. Черт возьми, он ведь говорит не всерьез? Или… действительно считает ее своей фантазией? Что?! - Советую пристегнуться, - подмигнул Джокер, застегивая ремень безопасности. Харли тотчас последовала его примеру. Вытаращив глаза, она вглядывалась в темноту за лобовым стеклом, пытаясь осознать слова психопата. Стрелка спидометра подбирается к отметке в семьдесят пять миль. Фары автомобиля высвечивают ограду вдоль опасного участка дороги. По встречной полосе проносится грузовая фура. Сердце колотится где-то у самой глотки. Страх отрезвляет. Нет никаких сомнений в том, что это последняя ночь на земле. И нет никого вокруг. Только они и мертвый космос с мириадами ярких кусачих звезд, рассыпанных по черному небосводу. Возможно, это их последние звезды. И снег, налипший на ветровое стекло. И желтая полоса, расчертившая подмерзший асфальт. Смерть, летящая по пятам. И виски, плещущийся в бутылке. Харли дрожащей рукой вытаскивает сигареты из кармана кожаной куртки. Джей любезно протягивает зажигалку, подмигивает ей, улыбается. Девушка дозирует вдохи и выдохи, наслаждается каждой затяжкой. Галлюцинация с вредными привычками и растрепанными светлыми волосами. Очаровательная голубоглазая шутка, лучше и не придумаешь. Харли нервно посмеивается, терзает зубами коричневый фильтр. И… то ли никотин вступил во взаимодействие с алкоголем в поплывших мозгах, то ли инстинкт самосохранения вывесил белый флаг, но она вдруг расслабилась. Откинулась на спинку сидения и, наблюдая за тлеющей искоркой на кончике сигареты, начала мурлыкать песню, выученную в злополучном пабе. Джей ухмыльнулся и, отпустив руль, вновь приложился к бутылке. Машина, никем не управляемая, летела по ночному шоссе, постепенно смещаясь к краю дороги. Девушкой овладело знакомое чувство нереальности происходящего. Словно немое кино. Черно-белые кадры сменяют друг друга, а она наблюдает с другой стороны экрана. Может, Джей и прав. Это галлюцинация, бред, агония угасающего рассудка. Только в одном он ошибся. Это ее фантазия, не его. Харли похолодела. Странная пугающая мысль прошла навылет, продырявила сердце, разворотила легкие. Ребра торчат наружу, кровь заливает брюки. Вот сейчас ей по-настоящему страшно. Все расплывается перед глазами, трасса вихляет за лобовым стеклом, Харли не может найти точку опоры, не за что ухватиться. Реальность просачивается сквозь пальцы, норовит ускользнуть. Обезумев, она вцепилась в мужчину, сжала тонкими пальцами его руку. Он здесь, кожа осязаемая и теплая. Не сон, не мираж. Джей не стряхнул ее ладонь, наоборот, стиснул покрепче, удержал от падения в кроличью нору, не дал соскользнуть раньше времени. Харли улыбается. Можно не сомневаться – он не отпустит. Он здесь, значит – и она. Фары высвечивают ограду на трассе, автомобиль летит прямо на нее, свернуть не успеют, разобьются через пару секунд. Может, они и умрут этой ночью. Бок о бок. Девушка тонко, надрывно смеется, какая-то сверхважная мысль проносится в голове. Но она не успевает ее поймать. Страшный удар, машина врезается в ограду, бампер, капот – сразу всмятку. Ветровое стекло вылетает из рамы. Тут же срабатывают подушки безопасности, вдавливают пассажиров в сидения. Харли больно ударилась затылком о подголовник кресла. Черные точки перед глазами, дезориентация, временное помутнение. Непонятное, непередаваемое чувство неконтролируемого падения. Еще удар, машину по инерции разворачивает, она таранит боком забор. Дверь рядом с девушкой вминается внутрь. Скрежет покореженного металла, грохот, звон в ушах. Ни черта не понятно. Харли трясет головой, не может сообразить, где она и что вообще происходит. Кажется, машина остановилась. Подушка безопасности давит на грудь, мешает дышать, стискивает ей ребра. Тем временем, Джокер достал из кармана испачканный кровью нож, принялся резать ремни. Надо выбираться отсюда, и как можно скорее. Блондинка пытается проморгаться. Хорошо же ее шибануло. В нос вдруг ударил резкий запах бензина. Она замерла, вытаращив глаза. Дьявол… этого еще не хватало. Осознание опасности мигом привело ее в чувства. Харли попыталась справиться с ремнем, но его заклинило. Да еще эта чертова подушка. Кажется, она здесь застряла, без посторонней помощи ей не выбраться. Джей, разрезав ремень, проколол ножом мешавшую ему подушку. Он действует быстро, а надо еще быстрее. Машина может взорваться в любую секунду. Мужчина хотел было выбраться из автомобиля через выбитое лобовое стекло, но что-то заставило его остановиться. Порыв, незнакомый и неприятный импульс в груди, острое беспокойство. Харли продолжала молча бороться с подушкой. Ей не спастись, если он не поможет. Нет времени на раздумья. Надо вытаскивать эту мелкую сучонку. Скрипнув зубами, Джей повернулся к ней, проткнул чертову подушку и, быстро разрезав ремни, схватил девушку за грудки, потянул на себя. Харли, не отдавая себе отчета, вцепилась в рукав его куртки, и мужчина, вместе с повисшей на нем блондинкой, выбрался из салона. Спрыгнув с развороченного капота, он потащил ее прочь от автомобиля. Они не успели отойти достаточно далеко от машины, когда та взорвалась. Джей тут же бросился на асфальт, подмяв под себя контуженую блондинку. Их обдало жаром, острым запахом бензина и гари. Психопат перекатился на спину и, приподнявшись, уставился на горящий автомобиль. Шапка слетела с его головы, грязные волосы с вылинявшей зеленой краской торчат во все стороны. Он вдруг хмыкнул, принялся хохотать, скаля желтые зубы и сплевывая кровь, сочащуюся из разбитой губы. Харли, тяжело дыша, тоже приподнялась и села. Сердце колотится, словно набатный колокол, ухает пульсом в ушах. Перед глазами все еще кружатся черные точки. Но, черт побери… кажется, они оба живы. Джей весело смотрит на ошалевшую девушку, в расширенных черных зрачках взрываются праздничные салюты, тлеют отблески догорающего пожара. - Эй, Харл, а тебе идет, - изобразил два хвостика над своей головой, - Мне нравится, - прокомментировал он и снова зашелся хохотом. Блондинка с недоумением ощупала волосы. Вроде бы все в порядке, конечно, топорщатся во все стороны… но что здесь смешного? Неожиданно для самой себя она сдавленно хихикнула. И, не в силах сдержать приступ истерического хохота, рассмеялась вместе с мужчиной. Нет, они только что чуть не разбились, каким-то чудом остались в живых, а он ей про хвостики… нравится ему, видите ли. Казалось бы – мелочь, и такой абсурд. Они чуть не погибли по его вине, из какой-то дурацкой прихоти. Ей бы сбежать отсюда, отправится прямиком в больницу, и к копам… Но, вместо этого, Харли морозит задницу на холодном асфальте и брызжет смехом. Ну, а что? Ведь все обошлось. Повезло, что не разбились насмерть, повезло, что машина не взорвалась, пока они были внутри. И тысячи других «повезло». Это просто невероятно. Упоительно. Сбивающее с ног ощущение – возможность дышать полной грудью, наслаждаться биением сердца, шумом крови в ушах, и радоваться каждой снежинке, пролетающей мимо. Эйфория, на вкус – словно праздничный торт в день рождения. Харли хохочет, заливается, до слез, пока не закончился воздух в легких. Облегчение, ненормальное, вывернутое наизнанку счастье. Ей кажется невероятно смешным и то, что такая глупая, нелепая смерть наверняка бы обескуражила старикана Гордона. И того парня в костюме летучей мыши. Джей мог обдурить их всех, уйти не попрощавшись. А она бы ушла вместе с ним, хлопнув дверью. Accesio cedit principali.***** Черт, заглянув в глазницы костлявой, почуяв ее смрадное дыхание на своем затылке, начинаешь с остервенением цепляться за жизнь. Наслаждаться мелочами, каждой секундой отведенного времени. Идешь на поводу своих слабостей, куда бы они ни завели. Хорошая встряска прочищает мозги, разве нет? Но Джей смотрит на Харли и не может подобрать подходящего слова, чтобы описать, почему он связался с этой девчонкой. Почему он ее вытащил? Нет никакого разумного объяснения. Просто зуд под ребрами, комок рваного смеха, осколок ветрового стекла, застрявший в ладони. Он сплевывает натекшую кровь с губы, разглядывает блондинку. Она улыбается, хлопает накрашенными ресницами, скалит белоснежные зубы. Живучая мелкая дрянь. Смотрит так преданно, искренне, ни тени сомнения, ни капли страха. Это и завораживает, и напрягает. Расшиблась бы Харли в лепешку, растеклась по капоту кровавой лужицей, он бы и не расстроился… Ну, разве что, самую малость. Совсем чуть-чуть. Тьфу. - Хочу апельсинов, - пискнула Харли, с улыбкой глядя на психопата, елозя ботинками по асфальту. Это странное желание возникло спонтанно. Сгрызла бы пару фунтов. Оранжевых, сладких, чтобы брызгали едким соком и одуряюще пахли цитрусом. Прихоть, дурость, ну, а что поделать? Джокер снова смеется, глядя на нее. Еще будет время подумать, что делать с этой девчонкой. Он никуда не торопится, а она его забавляет. Маленькая ручная мартышка, которую иногда нужно баловать. Чтоб не кусалась и не капризничала. Чтобы выполняла заученные трюки. Есть у него пара-тройка идей, как можно использовать эту малышку. Поднявшись на ноги, он протянул ей руку. - Вставай. Пойдем искать гребаные апельсины.