Туризм в наше время

Руд разочаровано вздохнул и понурил голову, однако шаг не сбавил. Маленькая точка, замеченная им примерно час назад, оказалась, как он и надеялся, населённым пунктом. Вот правда, это был даже не городишко, а маленький посёлок. Десяток домов, виднелось небольшое стадо браминов и, кажется, даже поле с посевами. Может быть там даже есть салун, в котором можно заночевать, но уж точно не будет ни памятников, ни зданий, несущих историческую ценность. Вообще не будет ничего, что могло бы заинтересовать туриста. Скучное и серое место. Но всё-таки цивилизация, до которой следует добраться до того, как сядет солнце. Руд или, как его окрестили при рождении родители, Рудольф Фитцджеральд, покинул свой родной город лет пять назад и с тех пор занимался тем, чем не стал бы заниматься никто другой в такое тревожное время: он был туристом, прошедшим множество сотен километров в поисках хоть чего-то интереснее развалин многоэтажек и развороченных машин, коих был полон его родной город. Нет, на родине тоже было на что посмотреть, и парень успел справиться с этим еще до Взрыва. Если говорить о Взрыве, то имеется в виду уж точно не взрыв атомной бомбы, как могли бы подумать многие. Речь идет о слишком любопытном мальчике двенадцати лет, который нашёл на улице череп странной формы и, конечно же, решил его осмотреть. А череп оказался замаскированной миной, которая разорвалась прямо в левой ручке ребенка, оторвав ему конечность, лишив глаза и изуродовав лицо. А в придачу, как подарок для тысячного клиента в магазине послевоенных сюрпризов, Руд получил ещё и тяжелую травму головы, повлекшую за собой потерю памяти. Мальчик пролежал в отключке достаточно долго. Очнулся уже тогда, когда даже его мать не верила в то, что он вообще выживет. Но Руд выжил. Правда, после Взрыва (пока что, самого значимого события в его жизни) Рудольф очень сильно изменился. Из тихого и кроткого мальчика, он превратился в настоящего непоседу, чье любопытство иногда пересиливало здравый разум и толкало его на просто невероятные поступки. Как, например, решение отправиться в путешествие с чисто исследовательскими целями. Заново осмотрев все достопримечательности родного города и перечитав все книги, найденные дома и в единственной уцелевшей в городе библиотеке (к слову, маленькой и скудненькой), к шестнадцатому году своей жизни Руд понял, что больше не может сидеть в этом скучном городе. Родители такого порыва своего чада не оценили и на целый месяц заперли сына в его же комнате, опасаясь, что упрямый, как толсторог, парень плюнет на родительское мнение и сбежит, во что бы то ни стало. Успокоились только тогда, когда Рудольф сам сказал, что и сам не собирался уходить вот так сразу. Из одной интересной книжки, посвящённой такому популярному довоенному занятию, как туризм, он узнал, что путешествовать вообще не просто. Туристу следует иметь при себе хоть какие-то сбережения, в зависимости от целей, предпочтений туриста и места, куда он собрался, следует иметь с собой экипировку, которая может пригодиться. Ни денег, ни собственного обмундирования у списанного со счетов как работо- и боеспособного калеки не было и это стало проблемой, задержавшей юного сорвиголову на родине ещё на два года. Алонсо, талантливый робототехник и, по совместительству, друг детства, собрал для Руда роборуку, что дало возможность Руду начать выполнять хоть какую-то работу в поселении и накопить стартовый капитал для исполнения идеи, которая уже стала мечтой и главной целью в жизни. Первый робопротез был немного тяжеловат и неповоротлив, им вообще было тяжело управлять. Поэтому, Алонсо, привыкший выполнять свою роботу идеально, на протяжении нескольких лет работал над улучшением руки. Облегчил её и в плане веса, и в плане использования. Так же, чересчур усердный парень вмонтировал в указательный палец фонарик, ножик в средний и запрятал в запястье пару бомбочек(не очень мощных, конечно же). Предполагалось, что они бы наводили страху лёгкими взрывами, дезориентируя врага. При таком раскладе можно было бы выиграть немного времени и нанести ответный удар, удрать или ещё что-то в этом роде выкинуть, до чего достаточно изобретательный Руд только мог додуматься в пылу боя. А не за долго до того, как Рудольф был полностью готов покинуть родных и уйти в свободное плавание, Алонсо удалось даже собрать робоглаз! И этот робоглаз оказался даже полезнее фонарика в среднем пальце, так как он активировался в темных местах или ночью и исполнял роль прибора ночного виденья. На настоящий глаз он не совсем походил. Просто красный шарик, сидящий в глазнице как настоящий глаз. У Руда даже остались веки, спокойно моргающие, открывающие и закрывающие имитацию глаза. Правда, в сочетании с нормальным зрением здорового правого глаза, робоглаз был не очень удобным, поэтому, при его ненадобности, Руд натягивал на него глазную повязку, которую и так носил с двенадцати с лет. А ночью или в тёмном помещении просто перетягивал повязку на другой глаз. И так, к восемнадцати годам парень был немного, как шутил его друг, «модернизирован» и достаточно богат, чтобы начать величайшее в его жизни путешествие. За пять лет он прошел столько, сколько не прошли все его знакомые вместе взятые за все их, так же, вместе взятые жизни. Повидал столько, что на три жизни хватит. Вот только это «столько» состояло, в основном, из однообразных маленьких городишек и поселений, которые мало чем друг от друга отличались. И еще бы! Что вообще должно было остаться в мире, медленно возрождающемся после войны? В это нелегкое время людям плевать на культурные памятки, им бы выжить и оставить потомков. Юный Фитцджеральд и сам это понимал, но его было не остановить. Он задерживался на одном месте не больше двух-трех месяцев, чтобы подзаработать еще крышек, которые постоянно заканчивались, а потом не выдерживал и шёл дальше. Без какого-либо особого направления, просто шёл, куда глаз смотрел. Только карту составлял, отмечая пройденный маршрут, чтобы не набрести случайно на уже изведанный город и чтобы не потерять дорогу домой. В конце концов, он хотел когда-то вернуться и рассказать о своем приключении, и, может быть, даже книгу написать. И вот, измученный длительным переходом от другого города сроком в целых сорок дней, Рудольф наконец-то набрёл на хоть какое-то, с виду, цивилизированное место. Вот только с виду никогда не знаешь наверняка, кто живет в таком тихом и умиротворённом городке. Так можно и на поселение каннибалов напороться, а Руд по своему печальному опыту знал, чем чревато полагаться только на первое впечатление. При ближайшем рассмотрении, поселение оказалось даже немного больше, чем казалось издалека. Дома были выстроены вокруг большого колодца, который, судя по всему, был единственным достоянием и главным источником воды в городе. По улицам ходили самые обычные люди, одетые, в основном, в рабочую одежду. Каждый был занят чем-то своим и, как показалось страннику, никто и вовсе не заметил приближение незнакомца. И пока Руд оглядывался в поисках места, похожего на гостиницу, к нему вполне успешно подкрались со спины и крайне невежливо ткнули пальцами в бока. - Ох ты ж, что за?.. – парень так и замолк, уставившись на девчушку лет пятнадцати. Ребенок, одетый в легкую кожаную броню, хмуро пялился на чужака из-под старой ковбойской шляпы. Вообще забавное зрелище: смешные веснушки на курносой мордашке и… револьвер в руке! – Эм, деточка, а не рановато ли тебе к большим дядям с оружием лезть? – Слышь, мутант-переросток, за базаром-то следи! Я не ребенок! – девочка, а точнее, девушка была зла, очень зла. Каждый день и тётушка, и дядюшка, и все соседи так и норовили назвать её малышкой, а ей ведь уже, чёрт возьми, почти двадцать семь! А всё из-за миленького личика и низкого роста! Ну да, куда ей со своим метр пятьдесят семь (между прочим, метр пятьдесят семь с половиной!) до этого гиганта с его ростом в почти два метра? – Ты вообще кто такой и с какой целью припёрся?! Рудольф, обладающий, к слову, не просто двумя метрами роста, а и целыми двенадцатью сантиметрами сверху, был полностью ошарашен такой наглостью от девчонки, что ему почти в пупок дышала. Хотел уже ляпнуть что-нибудь не самое приятное в ответ, но вовремя вспомнил, что это он чужак в этом городе и сея молодая особа имеет полное право тыкать револьвером в такую подозрительную личность, как он. – Прошу, прощения, мисс. Я Рудольф Фитцджеральд, можно просто Руд. Путешествую по пустошам, ищу что-нибудь интересное. У вас в округе есть что-нибудь занимательное? – Такое занимательное, как крышки? Рабочих мест нет. Лучше катись от сюда, пока я не начала стрелять! – похоже, одежда наёмника-патрульного, раздобытая во время последней работы, произвела неправильное впечатление. – Да нет же! Интересное в плане истории! Крышек у меня и своих хватает. – Да? А сможешь подтвердить свою кредитоспособность? Вот же приставучая. Но делать нечего: их стычкой уже заинтересовались прохожие. Так что Руд, готовясь даже к возможной попытке отобрать кровно заработанные крышки, достал из дорожной сумки мешочек с крышками. – Очуметь! – выдала злобная милашка. – И это там сколько? – Две тысячи… – неуверенно откликнулся чужак. – Никогда за раз столько не видела! У нас столько со всех жителей вместе взятых не наберётся! Ладно, воровать тебе, и вправду, смысла нет. Можешь остаться. Но постарайся потратить часть вот этого вот, – коротышка ткнула револьвером внушительный мешочек, – в гостинице моей тётушки. – Если меня там ещё и покормят – то с удовольствием. Коротышка усмехнулась и спрятала револьвер, снова оглядывая бородатого великана. Сначала он показался ей достаточно опасным, но теперь, когда он широко улыбнулся, она подумала, что он даже немного милый и угрозы не представляет. – Тогда следуй за мной. – Она обошла парня и направилась в центр городишки, где и стояла гостиница её тётушки Доры. Гостиница, собственно, так и называлась – «У Доры». Не очень оригинально, это да, зато это была единственная гостиница в округе, а, за одно, и бар, и закусочная. – Меня зовут Диана, я племянница местного шерифа и его заместитель. Ты извини за такой приём, к нам редко кто забредает. – Да ничего, меня и хуже приветствовали, – улыбнулся Руд, вспоминая, как в него однажды кинулись «приветственной» гранатой. Тут девушка остановилась и обернулась к нему лицом. А затем, состроив невероятно важное лицо, обеими руками указала на колодец, к которому была приделана большая буква «D». – Раз так, добро пожаловать в Большое Д. Да, наш город называется Большое Д, не выкатывай так глаз, а то он у тебя один, укатится ещё. Основателей города звали Дэниал, Дэрек, Дана и Дария. Найдя здесь колодец, к которому была приделана вот эта самая громадная буква, они подумали, что это прямо знак свыше – живите, мол, именно тут! Чуть позже к ним присоединилась еще пара человек, чьи имена, вот странно, начинались именно на Д. Ещё позже, им всем показалось гениальной идеей называть своих детей на эту букву. Городу чуть больше пятидесяти лет, основателей в живых уже нет, но зато город полон людей с именами на Д. – Да уж, в настолько занимательных городах я ещё не бывал! – отозвался Рудольф. Короткая история такой значимой для города буквы его заинтересовала. Можно даже сказать, что он не зря шагал все эти сорок дней и его страдания почти полностью окуплены. – Можно мне сделать фото колодца? – У тебя есть работающий фотоаппарат? – глаза Дианы так и полезли на лоб. – Да, вот правда плёнка для него почти закончилась. – Фотографируй, конечно! – девушка отошла от колодца подальше, желая посмотреть на процесс съемки. – Знаешь, а встань-ка обратно рядом с ним. Встань, как стояла в начале своей истории. Диана посмотрела на такого странного путешественника, на его фотоаппарат, на колодец. На лице расползлась смущённая улыбка. Ещё секунда сомнений и вот, она уже снова показывает обеими руками на самую большую Д в городе. Вспышка даже не ослепляет взволнованную девушку, напрягло только то, что после того, как на руку Рудольфу выпала фотография он уцелевшей правой рукой махнул ей, заставляя замереть снова. Вторая фотография ложится прямо ей в руки. – В качестве благодарности, – поясняет парень. Диана снова улыбается, разглядывая снимок. Она и не думала, что смотрится настолько забавно рядом с главной городской достопримечательностью. – Видишь те холмы? – Она махает рукой в сторону целого ряда высоких холмов, в сторону которых от города уходит дорога, ранее, похоже, полностью асфальтированная. Дорога шла прямо, теряясь где-то между двумя самыми низкими холмами. – Если пойдёшь прямо по дороге и перейдешь на ту сторону, то дальше по трассе 15 увидишь в дали два силуэта. Это статуи рейнджеров, установленные НКР. Там находится Аванпост Мохаве, где проходят многие торговые караваны. На Пустоше Мохаве много интересного: и довоенные заводы, и заброшенные отели, и музеи, да и города там занятные! Чего только Нью Вегас стоит! Я дам тебе карту, на ней, конечно, отмечены не все важные места, но многие. Поспрашиваешь у рейнджеров НКР, они тебе подскажут куда дальше идти! Рудольф Фитцджеральд, единственный в это время турист на земле, как будто заново родился. И ноги после долгой дороги не гудели, и спать не хотелось, и желудок не заливал голодные трели. Там! Прямо за холмами! Неужели он нашёл то, что задержит его в области надолго? То, что по-настоящему заинтересует? Он уже чуть ли руки не потирал в предвкушении, но Диана заметила так и горевшее на лице выражение «иду прямо сейчас». – Хэй, потише! Солнце почти село, куда ты на ночь глядя? И кто обещал раскошелиться в заведении моей тёти? Руд удивлённо уставился на девушку. Хотелось сказать ей что-то про то, что дорога его уже ждёт, но девушка схватила его за руку и потащила в гостиницу. Вырваться не удалось – хватка у такого хилого на вид создания оказалась крепкой. – Поешь, поспишь, а потом – делай что хочешь. Да и там ближе к вечеру касадоры слетаются, тебе такие проблемы нужны? – Да, ты права, прости. – Руд сдался под натиском заместителя шерифа. Маленькая передышка перед новым приключением всегда полезна. Да и, может, местные расскажут ещё чего интересного про этот забавный город Большого Д.