The House

      Снова. Курт снова поругался со своим отцом. Все было бы нормально, если бы он не начал спорить с Бертом по поводу того, то тот гомофоб. Да, Хаммел младший признался, что он гей, уже давно, но Берт не очень это оценил. Вот и сейчас, случайно подняв тему ЛГБТ, Хаммел старший взъелся и разругался с сыном в пух и прах.       Курт шел по дороге и тихо всхлипывал. Город уже давно погрузился во тьму; по всей улице горели фонари, слабо освещая все вокруг. На небе сияла полная луна, окруженная россыпью тысячи звезд, а из травы раздавалось стрекотание сверчков. Мальчик не заметил, как забрел на самый конец улицы, погруженный с свои мысли. - Дом Андерсонов, - тихо прошептал Курт, замерев на месте и сжавшись до размера молекулы. Ему не следовало уходить так далеко.       Все жители Лаймы знают историю семейства Андерсон. И каждый раз, слушая ее, невозможно остаться равнодушным.       Это было около двадцати лет назад. Здесь, в этом доме, жила семья: два сына, отец и мать. Девон - так звали отца - не любил своего младшего сына, Блейна. Он считал, что в семье Андерсон все мужчины должны оставаться мужчинами: любить женщин, ходить в спортзал и на работу, содержать семью. Блейн не любил женщин. Блейн был геем. Но он так же ходил в спортзал и на выходных искал подработку, чтобы подкопить на подарки для семьи на праздники. И, конечно же, Девону все равно не нравилось, он бил и унижал сына.       Однажды, придя домой после дня рождения своего лучшего друга, Андерсон старший был сильно пьян. Не долго думая, он направился в комнату Блейна, отпивая виски из бутылки. Молодой человек уже давно спал, поэтому не услышал, как отец вошел. - Ну привет, голубок, - усмехнулся Девон, включая свет в комнате. Блейн моментально проснулся, подпрыгивая на кровати и отползая в угол. - Сладко тебе спится здесь, м? - парень молча опустил взгляд, сглатывая - он знал, что если отец пьян, то ничего хорошего из этого не выйдет. - Ты должен лечиться. Я тебя воспитаю! - рычит Андерсон старший, беря сына за шиворот пижамы и поднимая на ноги. - От этого не лечат... - тихо говорит Блейн. - Я вылечу.       Девон пытался выбить "гейство" из сына. Он кидал его по всей комнате, протирая им полы и стены, крича и пиная, нанося удары по всему телу. В итоге, когда Блейн уже перестал сопротивляться и шевелиться вовсе, Андерсон старший успокоился, уходя в свою комнату.       Утром Блейн не проснулся. Кровоизлияние в мозг. Девон сильно ударил его головой о стену, и Блейн умер за считанные минуты.       И теперь ходят слухи о том, что призрак парня живет в этом доме. Его родители уехали оттуда, а дом никто не хотел покупать, поэтому он стал заброшенным.       Курт шумно сглотнул, осматривая здание. Три этажа, три широких балкона, когда-то увешанных вьющимися цветами. Крыша покрыта черной черепицей, местами уже облезшей и поломанной. Длинная дорожка вела к входной двери, перед которой была пара скрипучих ступенек и навес. Сквозь пыльные окна можно было различить очертания старых дорогих штор, мебель в комнате. Все было видно, несмотря на кромешную тьму.       Курт был бы не Куртом, если бы не начал разглядывать каждое окно. Сделав пару шагов к дому, он подобрался поближе, открывая себе взор на первый этаж получше. Комнаты были уставлены мебелью, словно из дома и не переезжали вовсе, а просто-напросто бросили его. "Может быть, они не переехали, а сбежали, чем-то напуганные?.. Или кем-то..." - подумал шатен, делая еще один шаг вперед. Любопытство пожирало его изнутри, хотелось осмотреть все тщательнее и, может, даже зайти внутрь. Переведя взгляд на следующее окно, Хаммел заметил темный силуэт и тихо ахнул, сжимая кулачки. Блейн. Силуэт становился все более отчетливым, и вскоре Курт четко увидел парня. На нем была рубашка в клеточку и галстук-бабочка. Волосы уложены гелем, а на лице не читается ни одной эмоции. - Блейн? Ты Блейн?.. - тихо спрашивает Курт.       Призрак лишь молча разворачивается и уходит вглубь дома, скрываясь из поля зрения.       Хаммел глубоко вздохнул, пытаясь успокоить участившееся сердцебиение. Ему интересно, Курт хочет знать все.       Когда юноша направился к дому, то услышал громкий стук и лязг металла,пронзающий барабанные перепонки. Он будто предупреждал: не ходи. Но это не напугало шатена, лишь еще больше разжигало любопытство. Переступив через порог, Курт хотел было по привычке потянуться к выключателю, но потом вспомнил, что в заброшенных домах нет электричества, и дал себе мысленный подзатыльник. Повсюду была пыль и сухие листья, разбросанные по полу. Выцветшие обои в некоторых местах были порваны, и обрывки так же валялись на полу. Мебель была красивая, хоть и потрепанная местами. У семейства Андерсон был хороший вкус. Курт тихо хмыкнул, проходя вглубь дома и оглядываясь. Деревянный пол тихо поскрипывал под ногами, заставляя морщиться от шума и останавливаться на каждом шагу. - Блейн? Ты здесь? - громко спрашивает шатен, прислушиваясь. На втором этаже что-то грохочет и Курт спешит туда, отчаянно желая увидеть хозяина дома.       Зайдя в одну из спален, судя по всему, Андерсона младшего, Курт замер. Здесь было чисто, будто кто-то до сих пор тут живет. Однако, опустив взгляд вниз, Хаммел увидел темную лужу. Скорее всего, это была кровь. Шатен в испуге отскочил от пятна на полу и прикрыл рот рукой. Он понял. Это кровь Блейна. Въевшаяся в ковер кровь Блейна.        Когда Курт обернулся, он увидел перед собой того самого парня. Вблизи Хаммел заметил, что юноша невероятно бледный - ну конечно, он ведь мертв. - Курт... - сказал он и посмотрел на Хаммела, а после развернулся и пошел на первый этаж. Откуда он знает его имя? Хаммел сразу же бросился вслед за ним. - Ты ведь Блейн, да? Тот самый, которого убил его отец? - осторожно спрашивает шатен, и парень мгновенно поворачивается к нему, злобно рыча. - Да. Уходи.       Его глаза темнеют, а в доме становится холоднее. Окна распахиваются, впуская в дом новую порцию листьев, что вихрем кружатся у потолка. Недалеко от Курта вспыхивает свеча, и теперь он видит Блейна лучше. "Он красивый" - проносится в голове Хаммела. - Ты не слышал? Я сказал:"Убирайся"! - кричит Андерсон, и его голос эхом разносится по всему дому. - Нет... - тихо отвечает Курт. Блейн снова рычит, и через секунду наступает кромешная темнота: такая, что в глазах с непривычки рябит.       Последнее, что помнит Курт, это холодные объятия - такие, будто юношу выкинули зимой на улицу без куртки -, и тихий шепот на ухо:"Он убил меня. Он убил меня, когда мне было всего лишь 16. Я умер, не успев прожить нормальной жизни. Я страдаю, Курт".