Вы маньяк, Ковальски

*** - Вы маньяк, Ковальски, - Шкипер хрипло смеется и затягивается. Ковальски невольно сглатывает, залипая на этом жесте. Сейчас он действительно выглядит как маньяк. Глаза безумно мечутся из стороны в сторону, на лбу выступили капельки пота, на губах замерла смущенная улыбка, а пальцы впиваются в хромированную рукоятку странного прибора. - Шкипер, вы не понимаете… - говорит он дрожащим голосом. - Я гений, знайте, я гений! Я создал ЭТО! Я изменю мир! Я… - Отставить, - Шкипер как всегда холоден и немногословен. – Что это? Он указывает на изобретение Ковальски. Тот начинает улыбаться ещё шире. В такие моменты он выглядит даже безумнее Рико. - Это… Это дверь в новый мир! С помощью этого прибора любой человек сможет стать гением! Гением в своем деле, понимаете? - Поясните, - Шкипер делает ещё одну затяжку и выпускает сероватое облачко дыма. Оно неторопливо поднимается вверх и рассеивается. Руки Ковальски дрожат. - Побывавший под излучением данного прибора приобретает набор качеств, которые позволяют называть его гением. Например, Рико после облучения станет непревзойденным мастером подрывного искусства… - Но он и так неплох в этом деле, - Шкипер усмехается. - …А вы стали бы непревзойденным командиром… Шкипер смотрит так выразительно, что Ковальски ойкает и начинает бормотать какие-то оправдания. Шкипер тушит сигарету в пепельнице и решительно встает. - Ковальски! - Да, сэр, - ученый торопливо отдает честь, вытягиваясь по струнке. - Вы уверенны, что ваш прибор безопасен? Ковальски мгновенно сникает и невольно начинает заикаться. - Я… Я ещё не проводил опытов, и… - Отвечать четко и по делу! Какова вероятность того, что вместо обещанной гениальности ваша машина попросту расплавит мозги подопытного? - 87% - печально говорит Ковальски. Шкипер закатывает глаза. - Ковальски. - Да? – ученый по-прежнему печален. - Вы когда-нибудь изобретали прибор, не грозящий нам или же всему миру неминуемой гибелью? Лейтенант отрицательно качает головой с видом человека, только что похоронившего все надежды и мечты. - Никаких опытов на людях, - Шкипер медленно обходит свой письменный стол, на ходу вытаскивая новую сигарету из пачки. - Но… Шкипер! - Особенно на Рико. Шкипер легко хлопает Ковальски по плечу и выходит из кабинета. - Вы ничего не смыслите в науке, - шипит ученый сквозь зубы. – Ничего. Неучи… Неучи, погрязшие в невежестве… Он знает, что Шкипер его уже не слышит. *** -Ковальски! -Да, сэр! – выдернутый из своих размышлений ученый вздрагивает. - Повторите, что я только что сказал. Ковальски мнется. Он чувствует три взгляда, направленных на него: сочувствующий – Рядового, насмешливый – Рико и требовательный, но вместе с тем готовый испепелить – Шкипера. - Простите, сэр, я прослушал. - Опять витаете в облаках, Ковальски! На планерке вы обязаны слушать то, что я говорю. Вы знаете это? – Шкипер отправляет в рот очередную порцию невкусной, но, несомненно, полезной для солдата овсянки – так называемая планерка, как обычно, совмещена с завтраком. - Знаю, сэр. Это больше не повторится, сэр. - То-то же. Рядовой вздыхает и утыкается в свою тарелку. Ковальски лихорадочно пытается вспомнить, о чем думал за минуту до этого. Это было что-то очень важное и необходимое… Утеряно навсегда. Ковальски чуть ли не плачет от разочарования, но сдерживает себя, как положено бойцу. Шкипер поглощает овсянку. *** - Ковальски, варианты! Ученый сосредоточенно листает блокнот, пару секунд тратит на оформление мысли, после чего демонстрирует результат Шкиперу. - Превосходно! – возвещает тот. – Вы превзошли самого себя, Ковальски. Вы, безусловно, полезнейший член нашей команды. Ковальски удовлетворенно кивает, слыша тихий вздох Рядового. Он снова гений. Он снова на высоте. Он снова превзошел самого себя. Кажется, Шкипер наконец-то им доволен. *** -Ковальски! Лейтенант, доселе мирно сидящий на крыльце, вздрагивает и оборачивается. За его спиной стоит Шкипер с неизменной сигаретой. Он без приглашения присаживается рядом и затягивается. - Дивный вечер, не так ли? – спрашивает он и, кажется, улыбается. - Да, хороший, - осторожно соглашается Ковальски. Они оба замолкают. Сонная ночь тихо входит в свои права. На горизонте медленно догорает закат, где-то вдали поет сверчок, становится прохладнее. Ковальски невольно ежится и думает, что пора бы уходить, но не шевелится. Ему кажется невежливым просто взять и уйти, оставив Шкипера здесь. Шкипер курит и глядит вдаль. Курит, не переставая. От скуки Ковальски начинает его разглядывать. - Что у вас в голове, Ковальски? От неожиданности ученый вздрагивает и утыкается взглядом в стремительно темнеющий горизонт. - В к-каком смысле? – спрашивает он после недлинной паузы. - В прямом, - Шкипер откидывается и упирается локтями в предыдущую ступеньку. Он абсолютно спокоен. «Наверное, ему не холодно» - думает Ковальски, а вслух произносит: - Не понимаю. Шкипер усмехается и тушит сигарету прямо о ступеньку, на которой сидит. - Всё вы понимаете, Ковальски. А вот мне никогда не понять вас. Они снова замолкают. И слышно только ночь. Алеющая полоска заката окончательно исчезает. Теперь светится только тлеющая сигарета Шкипера – которая за этот вечер? Ковальски вновь успевает расслабиться и даже начинает подремывать, как Шкипер вновь нарушает тишину. - Ковальски… - Да? - Мне… гм… неловко об этом говорить, но – Шкипер мнется, пытаясь подобрать нужные слова. Ковальски просыпается окончательно. – Но я чувствую, что должен это сказать вам. Он делает паузу. Ковальски молчит. - Спасибо. Спасибо за ваши варианты и за ваше присутствие в моей… в нашей команде. Без вас мне было бы очень трудно. Сердце Ковальски замирает. Он молча поправляет очки. - Ах, да, - будто бы вспоминает Шкипер. Ковальски уверен, что он и не забывал. – Извините, что я иногда давлю на вас. Обязанности командира принуждают меня и… - Спасибо, - прерывает поток оправданий Ковальски. – Спасибо, мне очень приятно это слышать. Шкипер затыкается. Он снова молчит и курит. Сверчок где-то вдали играет свою серенаду. Ковальски чувствует, что ещё немного, и он окоченеет. Он нерешительно встает и направляется к двери в помещение. Шкипер остается на месте. У самой двери ученый останавливается, задумывается на минуту, оборачивается к Шкиперу и добавляет: - Это очень мило с вашей стороны. После чего он уходит. Шкипер остается сидеть на крыльце, о чем-то задумавшись.