Dead Flowers For Him

— Прости, если я захожу к тебе слишком редко. Мне, честно, хотелось бы делать это чаще, но… это сложно, — уставший парень присел на влажную почву, опираясь спиной о надгробный камень, - Мне тяжело, мама. Я думаю, ты поймешь. Лондонское небо было затянуто тучами, и казалось, что оно просто не знает, как выглядит солнце. Зеленые глаза юноши обрели темный оттенок, когда он старательно обвел пальцем выгравированную надпись на камне (будто это имело значение). — Ведь совсем неважно, сколько времени прошло и как давно это было, я все ещё помню каждую минуту того дня, — каштановые волосы спадали на его лицо, и он мог чувствовать, как прозрачная жидкость накапливается в его глазах. — Я просто не чувствую себя хорошо, мама, некому заботиться обо мне больше. А сам я, если честно, не особо обеспокоен этим. Мальчик слышал шум в своей голове, который становился громче, поэтому он запрокинул ее назад, позволяя слезам скатываться по бледным щекам. — Я общаюсь с отцом, — через некоторое время продолжил он, выбирая в легкие больше воздуха, — но я, на самом деле, не уверен, что ему действительно интересно, как я себя чувствую. В смысле, я говорю, что со мной все в порядке, потому что в любом случае не хочу приносить какие-либо неудобства ему, — юноша снова опустил голову, наблюдая за тем, как горячие слезы разбиваются о холодную землю. — Я далек от того, чтобы быть в порядке, мама. Он снова замолчал. Ему, почему-то, стало стыдно. Ведь каждый, кто знает его, считает его сильным и самостоятельным человеком. Каждый, кто знает его, думает, что мальчик неплохо справляется со всем этим. Каждый, кто знает его, не задумывается о том, что он врет каждому из них, не желая показать насколько слабым он является. — Все это неправильно, — он резко замотал головой, напрягаясь всем телом, — так не должно быть. Я должен быть на твоем месте, мне надоело чувствовать себя виноватым. Парень тяжело вздохнул, закрывая глаза. Целый ураган мыслей промчался в его голове, создавая дискомфорт души. — Я не хочу жить больше, мама, — он сказал это тихо, будто боясь, что его мать в самом деле может услышать это. В тот же момент он почувствовал, как холодный ветер ударил его в грудь, пронизывая насквозь. Кудрявый обернулся, осматриваясь по сторонам в надежде увидеть того, кто за ним наблюдает, потому что он абсолютно точно ощущал на себе чей-то устремленный взгляд. Он снова покачал головой, отбиваясь от навязчивых мыслей, затем спокойно встал на ноги, вытирая глаза тыльной стороной руки. Мальчик задержал внимание на могиле еще на некоторое время, затем сунул руки в карманы куртки и направился в пустующую квартиру. Шаг был довольно медленный, ведь желания возвращаться туда, где тебя никто не ждет, не было. Совсем. Странное чувство, образовавшееся в грудной клетке, не покидало его всю дорогу, и даже когда он оказался дома, и даже в последующие дни. Но он не знал, что наконец-то был услышан.

***

Нельзя сказать, что Гарри Стайлс был поклонником общественных мест (любого типа), но, как и в каждом правиле, исключение было. Заведение, в котором парень мог чувствовать себя уютно. Небольшая кофейня с неважной популярностью и посещаемостью, но с достойным обслуживанием и комфортной обстановкой. Парень мог сидеть здесь часами, просто наблюдая за людьми из окна. Персонал, работающий здесь, привык к этому молчаливому молодому человеку, поэтому сейчас никто не возражал, даже если он ничего не собирался заказывать. Прошла неделя спустя последнего визита Гарри к могиле его матери, сейчас все еще чувствовал то непонятное ощущение, которое образовалось еще на кладбище, но мальчик решил не обращать внимание на это, поэтому, так, как и все остальные проблемы, он убрал это на самую дальнюю полку. (Ночью он будет разбирать по буквам каждую из них, углубляясь в самокопание и ненависть к себе.) Гарри сидел на своем привычном месте — за дальним столиком в углу кофейни — и так же занимался своим привычным делом — писал о некоторых вещах в свой изношенный блокнот, иногда прикрепляя к записям непонятные рисунки. Закончив очередной рисунок, юноша отпил немного кофе из почти пустой чашки. Что-то внутри него болезненно сжалось, когда он почувствовал на себе чужой взгляд. Гарри поднял голову и, неожиданно для него самого, встретился с парой кристально голубых заинтересованных глаз. Парню вдруг стало не по себе от этого. Он съежился от только что возникшего холода и тут же устремил взгляд в исписанную страницу. Гарри закусил губу, желая стать невидимым здесь и сейчас. Немного поразмыслив, он встал из-за стола, быстрым шагом пересекая заведение. И он все еще чувствовал, как голубоглазый мальчик наблюдает за ним. Стайлс мысленно сказал себе, что ощущает дежавю, потому что подобное чувство его преследовало и на кладбище. Он просто не любит быть центром чьего-то внимания. Оказавшись дома, он начнет злиться на себя, потому что… Неужели ты не можешь справиться хотя бы с зрительным контактом? Кто вообще этот парень, что заставил тебя чувствовать дискомфорт в самом уютном месте? Где твой блокнот, Гарри? Неужели ты настолько невнимательный, что оставил его на том столике? Как можно быть таким идиотом, Гарри? Черт, Гарри, кто-то стучится в твою дверь уже во второй раз. Может быть, ты откроешь наконец?