Дикий кот

— Как же я люблю этот мир! Лениво потягиваюсь, глядя на освещенный солнцем лес. По идее, можно вспомнить детство и отправиться на охоту за крокодилом. А лучше сразу за двумя — народа-то явно побольше, чем раньше было. Да и сам я жру как не в себя. Идеально! Обращаюсь в демонического кота и легкой трусцой бегу меж деревьев к знакомому болотцу. Надо же, не забыл короткую дорожку. Время идет, а тут все как и прежде! Кажется, что вот-вот раздастся звонкий голос Сабо, за которым последует заливистый смех Луффи. Словно снова вернулись те времена, когда самой большой проблемой был выбор — поймать с братьями на ужин крокодила или попытаться наловить много-много рыбы. «Крокодила!» Только вот теперь мы трое стоим по разные стороны баррикад. Так что открыто совместный шорох мы наводить не можем. Вернее, может, но этим многое испортим. И взаимный обмен информацией, они же развед. данные, и эффект неожиданности при защите родственника. Ха, тут любой застопорится, когда дозорный начнет защищать пирата или революционер прикроет спину дозорному в бою. Так соскучился по ним, что даже вероятность попадания их задниц в неприятности не пугает как обычно, а радует предстоящей встречей. Свои-родные придурки! Эх-х… Стряхиваю с себя задумчивость, словно воду с шерсти. Пора на охоту! Крокодил поймался легко, стоило только хвостом поманить. Все же годы практики даром не проходят. За хвост тащу добычу в дом и бужу Магру, как местного супер-повара. В четыре руки быстренько готовим завтрак. На вкусный запах пришли сони-засони. Даже мой сын — очаровашка-золотая кучеряшка — проспал и встал со всеми остальными. Хотя обычно чуть ли не в пять утра подрывается с постели. Самый главный сюрприз был только впереди — Дадан еще не пришла. — Доброе всем утречко! Как спалось? В ответ раздались вялые ругательства. Все запомнили, что с нами ребенок, так что и ругались по-детски. «Вяленая сгнившая селедка» да «Заплесневелая задняя часть морского чудища». Н-да, тут с них скорее поржешь, чем разозлишься или обидишься. Мои ж вы дурики! «Сено, пропущенное через корову», придумали же! — Че за разговоры с утра по-раньше? Забыли своего атамана и первые жрать удумали? А, утырки?! — Э?! А ты кто?! Я не выдерживаю и начинаю угорать. Привычка не смотреться в зеркало по утрам сыграло с Дадан забавную шутку. Мои родненькие достают заранее припасенное зеркало в полный рост и ставят напротив женщины. Да уж, вполне себе симпатичная рыжая ведьмочка! Чую, скоро из города толпами повалят женихи. Никакая разбойничья банда не спасет. Дадан внимательно всматривается в зеркало, а я поясняю особенность подаренного Дьявольского фрукта. — Это чё… Я, что ли?! Сдерживаю рвущийся из меня счастливый смех. Да, мать, угодил я тебе подарком, по сверкающим глазам вижу! — Ты, матушка, ты! Или мне теперь лучше звать тебя старшей сестренкой? — Пф, скажешь тоже! Не выдумывай! Смущается, а потом подходит ближе и порывисто обнимает. Мягко обнимаю в ответ за талию, выжидаю пару секунд и кружу новоявленную первую красавицу гор. Ребята понимающе усмехаются, а бандиты потихоньку отходят от шока. Как бы из города женихи не зачастили. Хотя… Горные бандиты шуганут всех, кто посмеет ее обидеть. Да и сама Дадан не промах! Кто бы знал, как браво она размахивает топором и саблей! — Так это чё, Дадан что ли?! Вот от кого, от кого, но от деда этого вопроса не ожидал. — Угу! — подтверждаю «удивительную догадку» я. Все мертвые детективы мира должны сейчас юлой в гробах вертеться от такого «гениального» открытия. — Так она же никогда такой не была! — А теперь стала! Тут уж подаренные мною платья пришлись в тему. Дадан тут же облачилась в новое одеяние и выглядела настолько потрясающей и ослепительной женщиной, что ее бандиты лишний раз боялись моргнуть. Тут я даже готов их понять. Изменения поразительные! Потом мне стало неловко и я понял, что пора валить. Дадан все благодарила и благодарила, обливая мою чистую рубашку слезами вперемешку с соплями. Эдвард заревновал меня и начал перетягивать мое внимание на себя. Дед старательно поражался преображению старой подруги. Ну да, конечно, так я тебе и поверил! Дедуль, не пойти бы тебе в театр, спектакли свои показывать?! От громких восклицаний аж голова разболелась. Стоило только намекнуть, как команда мгновенно собралась, а сын успокоился и строил из себя пай-мальчика. На душе было тоскливо, да так, что хотелось скулить в укромном уголочке. Знать не знаю, отчего ж так внезапно взгрустнулось. Сердечно прощаюсь с Дадан, горными бандитами, дедом и его командой. Поднимаемся на свой корабль и спешно отплываем. Весь оставшийся день смеюсь, пою песни с прошлой жизни, подговариваю команду разрисовать одну из кладовых с пола до потолка. Кажется, я балагурил, как никогда. Кажется, я разлил себе на волосы фиолетовую и голубую краски. Я не помню. Все это прошло мимо меня. — Капитан… — возвратил меня в реальность голос Стивена. Интересно, что же ему от меня понадобилось? — Да? — Вы действительно жили там в детстве? — дождавшись моего кивка, он продолжил. — Так же ужасно! Помойка! Горные бандиты! Вы же совсем другой! Взгляд, осанка, манеры! Даже когда дурака валяете! Мы с ребятней даже подумывали, что вы из аристократской семьи сбежали! Вы же такой благородный! Ласковый! Добрый!.. Фыркаю на эту пламенную речь. Во мне аристократизма, что в оборотне вампиризма. Большой и целый ноль от бублика. Вежливость — да, есть такое дело, но аристократизм, не. Особенно, если вспомнить местных аристократов. — Аристократической, не аристократской. Мой отец был пиратом, о матери я знаю еще меньше. Был другой мальчик, сбежавший от своей крови, не я. Чудом доживаю до ночи, ни разу не навернувшись и не свалившись за борт. Укладываю сына, рассказываю ему поучительную историю про лисицу и виноград, целую в лоб, желаю приятных снов и… сбегаю. Из груди рвется то ли вой, то ли скулеж. Мне срочно нужно либо в ласковые ручки Лекаря, либо в бордель к мальчикам-зайчикам. Нет, девочек-снежинок нет. И от борделя там только название. Это кто-то из наших придумал учредить место, где тебя встречает толпа счастливых твоим визитом молодых юношей. И все они наряжены зайчиками — кто в пижаме, что просто ободок с ушами надел. Типа хост-клуба, только платишь за это только по собственному желанию. Хочешь, притаскиваешь всем по жемчужине, хочешь, осыпаешь золотом. А хочешь, делишься яблоком. Сам думал туда пойти подрабатывать. Весь день сидишь, болтаешь, книжки читаешь, фильмы с мультиками смотришь или лопаешь чего вкусненького. Да тебе еще за это перепадет чего. Могут остров подарить, а могут просто улыбнуться. И никто не в обиде. Спокойно там. Спокойно и уютно. Словно вернулся в дом с десятком младших братьев. Все тебе рады. Кто-то на шее виснет, а кто-то массаж предложит или компота выпить. В Ковене встречают песнями и персиками в меду. Поди свадьба у кого или похороны, тут же не угадаешь! Сначала поют «Мэри Мэг», потом вспоминают «Пир во время чумы», «Я видел волка», «Бес джиги» и «Балладу о скелетах в шкафу». Я подпеваю насколько могу, где слова подзабыл, где настроение совсем иное, чем в песне. Когда горло начинает хрипеть, а кружка разбивается о стол, я отправляюсь к Лекарю. Знать не знаю, когда и откуда в моих руках появилась кружка с элем, но от угощений я никогда не отказывался. Лекарь позволяет уткнуться ему в живот и заскулить, пока он ласково перебирает мои волосы. Мне плохо и хорошо одновременно. Сейчас выпущу эмоции, наплачусь и наскулюсь и будет либо хорошо, либо никак. Пусто на душе. По опыту знаю, не в первый раз так прихожу. — Лекарь… — произношу я чуть подуспокоившись. Было… Непонятно было. Я еще не до конца отошел от своего срыва. — Лекарь. — вновь зову его. Златоглазый всегда заботился о нас. К нему можно было придти в любое время дня и ночи и он неизменно встречал всех ласковой улыбкой. А кто заботился о нем самом? Эта мысль не покидала мою голову. Стоило бы обсудить это. — Что ты хочешь спросить, огонек? Или мне звать тебя котенком? — Ребенком. — фыркаю я. — Мы тебя еще не загребли? Сколько ковенских к тебе ходит за успокоением? У тебя же должна быть и своя жизнь! Я помню твою историю, ты из моего, пиратского мира. Ты мой брат. В твоем мире мама была дочерью Белоуса, а отец все так же являлся Королем пиратов. Не то брат, не то отражение. Хочешь, я уведу тебя на корабль? Клянусь, никто и не узнает!.. — Она есть, кои, все хорошо. Во-первых, я не единственный Лекарь на весь Ковен. Как бы вы не верили в меня, не могу раздвоиться. Точно также, как и ты не единственный Эйсу в Ковене. Во-вторых, мы сами выбрали такую жизнь. Не все хотят сражаться с несправедливостью и искать приключения на свою буйну головушку. Я, хоть и переродился, остался домашним ребенком. Тут и накормят, и погладят, и от опасности спасут. И все, что от меня требуется — это морально поддерживать мою большую семью. Считай, что я продолжаю дело Белоуса, только в более безопасном варианте. Я соглашаюсь и вновь падаю духом. М-да, не вышел из меня ни спаситель, ни спасатель. Впрочем, этого следовало ожидать, это же Ковен. Тут всегда все хорошо. Просто я так привык к пиратам, преступлениям и отсутствию справедливости в жизни, что уже везде вижу несчастных и обиженных. Пора бы уже с этим завязывать. Я пью сладкий травяной чай вместе с братом. Тишина нас не угнетает, со всеми недопониманиями мы уже разобрались. Я плету Лекарю аккуратный колосок, который впоследствии украшаю заколками и искусственными цветами. Целую в макушку и собираюсь обратно, на свой родной корабль. — Заскакивай, дорогой. И сына с собой захвати! Я прощаюсь и возвращаюсь домой, едва сдерживая хихиканье. Лекарь конечно та еще краса и дива, но сейчас он мне так напомнил Иву своим «дорогой». Пф, придет же ерунда в голову. Точно пора спать! Иду ночевать вместе с Эдвардом. Он делится одеялом, с подушкой я только в карцере сплю. Теперь-то уж точно спокойной ночи!

***

Стивен: — Мы вас раскрыли! Вы — сбежавший аристократ! Эйс: — Да ну! Чо, правда?! А где же мой большой особняк и богатство? Хули я тогда за белли на Дозор корячусь?! Стивен: *неловкое молчание* Монки Д Гарп: — Дадан так изменилась… Может мне это… Еще детей завести? А что, мой сын пойдет к Эйсу на корабль… Он детей вроде любит… *задумчивое молчание* *погоня за Ден-ден-муши* Алло, Главный штаб Дозора? А, Сэнгоку, это ты? Выпиши мне срочно отпуск! Пойду еще детей заводить! Сэнгоку: *крестится* *молится* Эйс: — Лекарь, давай сбежим! Лекарь: — Как-то нет. В Ковене еда, безопасность и всеобщая любовь Эйс: — Почему на первом месте еда?.. Лекарь: — Мгм.