Stiles is not Stiles

- Стайлз Стилински, будьте так добры, закройте тест, я ведь еще не дал команду его открывать! - обратилась к тому молоденькая учительница Бекки Херш, только в этом году пришедшая в школу Хилл Вейли на работу. - А, что?.. Простите, мисс Херш, - сразу же среагировал Стайлз. Он предпочел не замечать, что на него теперь глазеет добрая половина аудитории. Так было почти всегда, ведь на гиперактивных подростков так интересно смотреть! Стилински быстро закрыл листы теста и отложил карандаш. - Отлично, мистер Стилински! - с легкой улыбкой ответила Бекки. - Хей, мистер Стилински! - резкий тычок остро заточенным карандашом в спину - не самое приятное ощущение. - Как поживает твой папаша? Не сошел с ума еще с таким-то сыночком? Это Джеффри. Стайлз лишь промолчал и крепче сжал в пальцах вновь взятый карандаш. За годы угнетения одноклассником парень уяснил себе одно: главное - этоникогда не реагировать. Он сам отстанет. Сам. - Господа учащиеся, можете приступить к работе, - так вовремя проговорила Бекки Херш. Стилински сразу подписал титульный лист теста корявым почерком. Теперь там значилось одинокое "Стайлз". Других Стайлзов в этой школе нет. Первый вопрос. Что послужило причиной феодальной раздробленности в средневековой Франции?.. Стайлз уже готов был лезть на стенку. Если все вопросы будут в таком духе, это же с ума можно сойти, а тут три столбика одних таких заданий! Юноша схватился за голову, но послушно стал закрашивать кружочки перед номерами ответов. Преимущественно наугад. Откуда же ему знать, когда северная Италия перешла в республиканскую форму правления? Или года правления третьего князя литовского... Стилински сидел над тестом до самого звонка, а сочинение по Виторту (князю все того же литовского княжества) так и осталось лишь заданием. Но юноша посчитал, что и так сделал слишком много, и сразу поспешил сдать работу и убежать из кабинета. Ну вот кто дает тесты в такую солнечную погоду, да еще и на последний урок? Парень выбежал из здания школы и направился прямиком к полицейскому участку. Сегодня отец взял отгул после полудня и ждал сына в участке, чтобы вместе пойти в какой-нибудь ТЦ и отдохнуть. Давно они со Стайлзом никуда не выбирались. Подросток вновь чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он незаметно огляделся - благо работа отца научила - на предмет необычных людей на улицах. Вон там, возле крыльца какого-то офиса. Девушка с книгой, то и дело озирается по сторонам. Нет, вряд ли. Скорее всего, она ждет своего парня. А там, на противоположной стороне улицы. Подросток, ровесник Стайлзу. Оборванец, подозрительно пристально глядит на прохожих. Нет, тоже нет! Он просто ждет, не подаст ли ему кто-нибудь на еду. Но потом Стилински встретился взглядом в человеком на автобусной остановке и все понял. То был тот самый человек в черном, и он опять следил за Стайлзом. Юноша напряженно сглотнул и направился туда же, на остановку. До участка отсюда минут десять ехать, около часа идти. Он сел и принялся ждать нужный автобус. Тот приехал довольно быстро, но под взглядом необычайно красных глаз это казалось вечностью. Стайлз быстро забежал в к несчастью пустой автобус и сел на место в конце него. Удача! Рядом не сел этот странный субъект, а полноватая дамочка бальзаковского возраста. Которая вышла на следующей же остановке... Но сначала она села рядом со Стайлзом, который быстро откопал наушники в рюкзаке и стал слушать музыку. Here I am... Will you send me an angel Here I am... In the land of the morning stars. Первая аудиозапись в плейлисте с незамысловатым названием Scorpions была самой любимой у обоих Стилински. По крайней мере, из этой группы исполнителей. Стайлза даже потянуло подпевать, но он сдержался. Сказалось неумение петь, да еще и то, что он в автобусе с людьми, а рядом дурнопахнущая и, видимо, сквернословящая бабулька. После трех песен эта самая дурнопахнущая бабулька соизволила покинуть общественный автотрансорт, оставив Стайлза в одиночестве на сиденье, когда даже ор музыки в наушниках не мог заглушить чувства опасности и пристального взгляда на себе. Что ему надо, этому человеку? Почему он так заинтересован гиперактивным худощавым подростком шестнадцати лет? Голову, помимо музыки, теперь еще и наполнили мысли, вопросы и догадки, да так, что та начала ужасно болеть. Потому Стайлз выдернул наушники из ушей и засунул в боковой карман рюкзака к телефону и плееру. Он не поднимал взгляд, потому что знал, что встретится с красными глазами того человека. Говорят, при опасности лучше нк показывать, что тебе страшно, и все, опасность минует. Видимо, наигранный пофигизм младшего Стилински не убеждал преследователя. Или Стайлз просто был недостаточно хорошим актером. Через две остановки стало заметно, что терпение человека заканчивается. Что сейчас он подойдет и заговорит с подростком. А ведь до участка каких-то три остановки осталось! Только бы не подошел этот мужик, только бы высидел! А потом увидел бы, кто отец Стайлза, и все проблемы улетучились бы. Но желания имеют плохую привычку оставаться желаниями, а страхи - сбываться. Он встал. Тот человек медленно, через весь салон направился к застывшему от ужаса Стайлзу. Юноша глядел в окно на маячившую впереди метрах в ста остановку. Человек ближе. Остановка ближе. Стилински все отчаяннее ерзает на кресле. Мужчине до Стайлза - три шага. До остановки автобуса - пять секунд. Мучительных пять секунд. Слышен характерный звук остановки автобуса. Юноша решил, что до участка три квартала можно и пешочком пройтись. Он выбежал из транспорта прямо перед носом преследователя, которого тряхнуло при остановке, и тот был вынужден притормозить. Двери закрылись прямо перед носом мужчины с красными глазами, который упорно орал нечто, похожее на имя Стайлза. Он опредеденно кричал "Стайлз!" Определенно. Стилински даже передернуло, таким страшным казалось лицо этого... психопата. Определенно психопата. Короткая пробежка не помешает даже худосочному Стайлзу. *** - Па-ап! - на громком выдохе крикнул юноша, распахивая дверь в кабинет шерифа. В этом участке его знали уже все, поэтому никто даже не спросил к кому он и зачем. Просто поздоровались, как с добрым другом. - Пап, я пришел! - входя внутрь, добавил Стилински, хотя отец был в паре метров перед ним. - Ну что, идем? - Да, конечно! Мы же этого так долго ждали, сынок! - с улыбкой, редкой улыбкой, на лице ответил старший Стилински, взлохмачивая сыну волосы и подталкивая к выходу. - Ты готов развлечься? - Всегда готов! *** Стайлз с громким и противным звуком попивал газировку через пластиковую соломинку. В этом торговом центре он не раз бывал. Один или с друзьями, но с отцом - никогда. Ощущения меняются. Все вокруг становится... роднее и привычнее, когда рядом любящий папа. - Пап, давай зайдем в этот магазин! Смотри, там свитера, как раз для тебя! - улыбаясь, предложил юноша отцу, указывая на магазинчик напротив них. Они еще ничего не купили кроме еды в закусочной, зато перемерили кучу одежды, обуви и аксессуаров. Просто так. Джон даже вывел из себя продавщицу-консультатнта, когда просил принести ему свитер на размер поменьше, хотя сам выбирал на витрине самый маленький. Просто так. Ни для кого, для себя и для сына. - Давай, сынок, - согласился старший Стилински и поспешил к входу, сын лишь поспевал за ним. Этот красный свитер с белыми оленями был как раз для отца Стайлза. Ну вот просто идеален, ни к чему не придерется даже сам шериф. - Покупаем? - лишь спросил у сына тот. - Покупаем! - согласился Стайлз и сложил свитер аккуратненько, чтобы не помялся, отнеся на кассу и расплатившись. *** - Пап, ты точно не хочешь себе те черные ботинки? - чуть настороженно спросил младший Стилински у отца. - Нет-нет, лучше ты купи себе что-нибудь, - уже без былого энтузиазма ответил шериф, настойчиво теребя что-то в кармане нового свитера. - Например, ту клетчатую рубашку. Самое безвкусное создание белого света. Синяя, с красными полосками... Отец никогда бы не купил сыну такое, будь все в порядке. Особенно, когда уже купил ему такую же красную. - Пап, что происходит? - уже настойчиво, требуя ответа, проговорил Стайлз. - Что-то не так? - Нет-нет, все в порядке... - Папа, я знаю, когда у тебя все в порядке, а когда нет! Что такое? - младший Стилински остановил отца и остановился сам. - Меня вызывают по срочному делу... Но это не должно испортить нам день, Стайлз! - воскликнул отец. - Из-за меня ты не должен уходить с работы! Иди, тебя там уже ждут. Я доеду на автобусе, иди-иди, - тоном, не требующим возражений, сказал юноша и подтолкнул отца к лифту, а сам ушел в другую сторону, не дожидаясь ответа. Только потом он понял, что это было поспешным решением. *** В этом автобусе, как назло было настолько много людей, что то, что Стайлз сидит, а не стоит, уже было чудом. И, словно по мановению волшебной палочки, почти все люди вывалились из автобуса на следующих же двух остановках. А на третьей вошел он. Опять. Как вообще возможно найти одного единственного подростка в немаленьком городе? Человек сел рядом со Стилински. Ему некуда было бежать, да и не успел бы он. Юноша смотрел в лицо мужчине и теперь мог разглядеть его во всех подробностях. Красные-красные глаза, маниакально светящиеся желанием... Острые скулы, прямой нос, сжатые губы, светло-коричневые волосы... Все, кроме глаз, кажется самым обычным. Кроме глаз и слов, сказанных следом. - Я следил за тобой, Стайлз Стилински. Каждый день, уже месяц. Я ждал, когда мы окажемся так близко, чтобы сказать тебе... Я люблю тебя, Стайлз Стилински.