Ретроспектива

Ты видишь меня в ретроспективе, запутанного в твоих сетях из флирта и умело расставленных игривых ловушках, в которых ты распинаешь меня, связывая мои руки лилиями и шипами роз, и все это кажется таким диким и нереальным, что кружит голову. Горят телефонные номера и счета из ресторанов, магазинные чеки и салфетки с комплиментами из баров, и бело-серые хлопья пепла оседают на красном ковре, словно снег. Искусственный свет люстры меняет цвета окружающих предметов, заливает мягким золотом твои волосы, словно рисует нимб над твоей головой, и ты задумчиво смотришь, как рассыпается настоящее в твоих руках, утягивая в черную воронку наше будущее и оставляя после себя лишь воспоминания. Ты знаешь, я (бы) хотел вернуть это все. Твои ретроспективные воспоминания, в которых ты видишь меня кружащимся по комнате под песни радио с бокалом вина, и от горящих в пепельнице салфеток поднимается тоненький дымок, забивая мои легкие частицами пепла, словно надеясь осесть у меня внутри и не дать будущему исчезнуть. Небеса не могут нам помочь, пока мы так безнадежно влюблены и отчаянно смелы, если решились сойтись, зная, что ничего не выйдет, и каждый наш шаг уничтожает одну за другой все возможности нашего совместного будущего, а затем и настоящего, и лишь прошлое без разрешения продолжает жить, продолжает пульсировать, продолжает затягивать петлю на нас обоих - то ли душит, то ли связывает. Ретроспектива, в которой мы с тобой вместе, словно склеенная фотография, где ты видишь меня таким счастливым, потому что мы наконец удрали из города, давившего на нас обоих, чтобы совершить несколько десятков ошибок, пожалеть о них, вернуться и начать все сначала, и каждый новый «лист» в последствии будет гореть в керамической пепельнице. Я (не) хочу, чтобы все это бесследно исчезло. Но оно растворяется. И воздух тяжелеет. Ничего никогда не выйдет ни у нас вместе, ни по отдельности; мы с тобой обречены героически погибнуть, напарываясь на созданные нами же проблемы, чтобы, в конечном счете, умирая, видеть эти ретроспективы и жалеть о том, что ничего не вышло - мы могли устаканиться, сойтись, пробовать сначала снова и снова и не возвращаться в тот город никогда. Просто дышать. В конце концов, если у всего есть причина, почему я не могу быть твоей причиной? Я мог бы быть Римом для всех твоих чувств и мыслей, и, бьюсь об заклад, что даже если однажды ты оставишь меня на платформе смотреть, как старый поезд увозит тебя от меня, эти воспоминания последуют за тобой по вагонам, принося с собой мой запах и тепло моей кожи, и я буду думать, что даже спустя годы ты позволяешь себе обернуться на них и вспомнить, что где-то когда-то был мальчишка, влюбленный в тебя, с которым ты убежал из города, чтобы начать сначала и сжечь потом все попытки. И пепел поднимается и оседает, будто искры от фейерверка, и мы лежим на ковре, представляя вместо потолка небо и размышляя о том, может ли любовь быть ядовитой, а холодный чай - вкусным. Мне тяжело (научиться) любить так, как это делаешь ты. И где-то в своих сумасшедших мечтах ты видишь нас вместе, где мы получили шанс попробовать еще раз, и мы спорим из-за совместных фотографий, едим, сидя на полу, и пьем так много кофе, словно решили не спать до конца наших дней, и когда ты смотришь на меня и видишь под моими глазами тени от бессонных ночей, ты знаешь, что твои мечты никогда не сбудутся и мы ограничены во времени. Ты знаешь, что еще немного - и нас потянет обратно, в давящий город, мимо окостеневших людей и рассыпающихся стен, и мы сжигаем салфетки из баров дотла, чтобы не сорваться не позвонить тем, кто их оставил, потому что если мы не можем удержать друг друга, то никто уже не поможет. Ты видишь меня в своем настоящем, и эти ретро-цвета из года в год возвращают тебя в эту комнату, где наша одежда валяется на полу, а я сплю, раскинувшись на кровати, и если ты коснешься меня, я не исчезну. Ты видишь меня запутавшимся, будто ночь заворачивает меня в защитный кокон, и знаешь, что тебе достаточно протянуть руку, чтобы разрушить его, как однажды ты уже сделал это, притормозив передо мной на улице и предложив удрать из города, и по моим глазам понял, что город рушится за моей спиной. Ты знаешь, что я (был) влюблен в тебя? Дешевый номер, холодный чай, полотенца, ковер и радио, и жизнь даже обретает смысл между строками хит-парадов и стуком чайной ложки о края чашки. И твой голос так знакомо звучит для меня, словно мы проходили это тысячу раз с одним и тем же результатом, оставаясь отчаянными романтиками и безнадежными мечтателями, и ты уже даже ничего не говоришь мне, когда я стою ночью у открытого окна и не могу надышаться холодным ночным воздухом. Мы привязали к мебели и светильникам разноцветные ленточки, и каждый день, пока ты спишь, принимаешь душ или пьешь кофе, я развешиваю полароидовские фото на эти ленточки, и десятки наших счастливых лиц смотрят на нас и на наши старания задержаться в этом городе, в этих отношениях еще немного. Ты знаешь, что я (все еще) влюблен в тебя? Ты видишь ретроспективное время, где стрелки часов движутся назад, где ловушки из простыней обвивают мои ноги, где огонь такой холодный и яркий, и цифры с именами поднимаются по дыму в воздух и исчезают, и ты прикуриваешь от чьих-то попыток подцепить нас на одну ночь. Я прошу тебя пообещать мне, что ты еще увидишь меня, даже если для этого тебе придется раскрасить свое настоящее в ретро-цвета и заманить прошлое обратно, потому что будущего у нас нет. Небеса не смогли помочь мне разлюбить тебя. Но я все еще прошу их об этом. Закаты и рассветы, сигареты, чай, волны радио, смятые простыни и бесконечная кинолента сновидений, перетекающих из реальности в постель, а из постели в реальность, и наступает момент, когда ни ты, ни я уже не можем понять, что из этого правда, а что - сладкий кошмар, напоминающий нам о том, что наше время на исходе. Я вижу тебя одиноким, не успевающим за временем и уставшим, и эта ретроспектива разрушается, когда я возвращаюсь в реальность, потому что все это происходит в моей голове, и я на самом деле не знаю, где ты, с кем ты, и развешиваешь ли ты полароидовские фото на разноцветные ленточки, будто рождественские игрушки. У нас было так мало времени вместе, что мы подписывали эти фото не по датам, а по часам и минутам. Так нам казалось, что мы будем вечны. Ты знаешь, что я говорил тебе, как сильно я люблю тебя, пока ты спал? И это (даже) не было ложью. Ты видишь меня рядом, видишь не меняющимся, навечно застывшим в этом возрасте, в этот период, в этих чувствах, и если бы я мог дотянуться до тебя через время, я бы разбил твое представление и заставил жить настоящим. Я бы попросил тебя потерять любую связь со мной, но ты уже пообещал мне никогда не забывать. Ретроспективное обещание, ретро-музыка и солнце садится. Ты втайне снимаешь меня, пока я смотрю на закат, и потом эти фотографии будут висеть на спинке нашей кровати, и я буду видеть десятки закатов над нашими головами, когда мы засыпаем в беспробудной темноте. Я беру время у времени и пытаюсь удержать тебя рядом. Ты говоришь, что вкусы и взгляды меняются, мечты разбиваются, надежды устаревают, а поезда никогда не ждут, и я знаю, что ни одна дорога больше никогда не приведет меня к тебе. Скажи, что ты запомнишь... Моя привычка кусать губы, подтаявшая плитка шоколада, рассыпанная в нелепой попытке погадать чайная заварка и ежедневный гороскоп в журналах - и я засыпаю поперек кровати, свесив руку с плеером, и подборка пятидесятых играет в комнате, словно музыка способна высветлить яркие стены и вернуть нас в прошлое, в котором мы никогда не были. И в половине пятого утра у неба цвет твоих глаз. Ты (у)видишь меня в ретроспективе, и эти воспоминания тенью будут следовать за тобой, потому что мне никогда не удавалось по-настоящему терять тех, в кого я (был) влюблен. Пообещай, что... Твои сумасшедшие, дикие, яркие мечты будут жить даже в этом давящем городе без солнца, и, бьюсь об заклад, настанет момент, когда это будет самым ценным, что у тебя есть, с того момента, как поезд тронулся с места, унося тебя вдоль платформы все дальше и дальше от меня, и я смотрел на рельсы, считал их и гадал - сколько тысяч шагов нужно сделать, чтобы догнать тебя из прошлого в настоящем? И я ненавижу очевидность, потому что все вокруг кричит мне, что это невозможно, а я думаю, что если было возможно внезапно сорваться в другой город вдвоем, то почему нельзя догнать тебя и сказать, что мы должны продолжать бежать от времени. Вдвоем. Ты ведь знаешь, что я (не) буду любить тебя вечно? Я буду слать тебе салфетки и записки из разных концов света всю оставшуюся жизнь, полароидовские фото вместо открыток и камешки с пляжей с запахом закатов и прибрежных волн, и я просто надеюсь, что ретроспектива, в которой ты видишь меня, будет продолжать жить даже тогда, когда все остальное сотрется из памяти, и, может быть, какой-нибудь яркий запах через несколько лет оживит в твоей памяти нашу постель или мою кружку с чаем, и, возможно, ты даже вспомнишь мои губы, глаза и имя. Просто скажи, что ты будешь помнить... ...нас с тобой, нашу отрешенность, независимое желание быть влюбленными, неумелую романтику, внутреннее одиночество и тихое пение, и эти ретроспективы будут складываться изо дня в день, из года в год, в мозаику, которой вымощены окна в старых храмах, пусть даже нам уже поздно молиться о нас. Никогда не было рано любить и молиться. Но я влюбился в твою молитву о надежде сбежать из города. Однажды ты вспомнишь, и прошлое оживет, сжигая настоящее, и воск твоей нынешней спокойной, размеренной жизни потечет вниз, обжигая твои вкусы, привычки и всех твоих любовников, образуя причудливую форму, в которой ты увидишь меня и наши несколько дней в другом городе, и, бьюсь об заклад, эти воспоминания ничего от тебя не оставят. Мы были мертвы уже тогда. Мы просто решили, что агония от любви - это безумно романтично. Просто запомни... ...или никогда не забывай. (Ты знаешь), я все еще тебя люблю. (Возможно) это ошибка. И когда я стою на платформе и смотрю на удаляющийся поезд, даже спустя годы я вижу ту ретроспективу, в которой ты уезжаешь от меня и не слышишь, как я мысленно кричу тебе, чтобы ты остался со мной в этом городе. Я бьюсь об заклад, что эти воспоминания убьют меня, и я оказываюсь прав - я думаю об этом, когда тушу сигареты в керамической пепельнице и прикуриваю от горящих полароидовских фотографий, связав края разноцветных ленточек и бросив их из окна, словно по ним можно спуститься с небес на землю. И даже спустя годы твой голос звучит знакомо, пусть даже это лишь в моих воспоминаниях. Ты увидишь меня в ретроспективе, связанного с тобой всю ночь напролет и сжигающего любую связь с реальностью, и, бьюсь об заклад, эти воспоминания будут следовать за тобой. Просто запомни меня, даже если мы не можем забрать город с собой в могилу душных комнат и давящих стен. Я буду рядом с тобой в твоих воспоминаниях, твоей ретроспективе, твоих запутанных ловушках. Я всегда буду влюблен (в тебя), и даже если моя любовь немного устареет... ты знаешь, ретро никогда не выходит из моды. Я всегда (был) влюблен в тебя. Однажды ты уже увидел меня в прошлом... и если ты еще раз притормозишь и предложишь мне сбежать из города, я снова соглашусь. Только пообещай мне увидеть меня снова, даже если это будет всего лишь ретроспектива.