Imagines

Захожу в наш дом и ставлю чемодан на пол, который бьется о паркетное покрытие пола и эхо от удара разносится по всему помещению. Снимаю пальто, бросая его в сторону – меня не волнует сейчас то, где оно будет лежать: пол, тумбочка, диван в гостиной или вешалка. Качаю головой и прохожу прямиком к лестнице, мельком оглядывая дом: мягкого бежевого цвета шторы распахнуты, но на дворе уже ночь; на журнальном столике пару разбросанных журналов и бокал с недопитым виски, запах которого до сих пор не выветрился; несколько разбитых бутылок из-под спиртного осколками лежат у стены, украшающую темного цвета пятно. Вздыхаю и разворачиваюсь, поднимаясь на второй этаж. Меня встречает всё та же спокойная обстановка, к которой я привыкла. Шкафы закрыты, дверь в ванную комнату распахнута, и я не понимаю, почему. Обычно, я закрывала её перед уходом на работу, а сейчас тем более – меня не было больше двух недель. Меня настораживает эта обстановка и я, отпустив ручку чемодана, который тащила наверх, бреду в конец комнаты – к ванне. Охватывающее чувство тревоги пробегает по телу, и я хватаю вазу около зеркала, после чего аккуратно прохожу в помещение, осматривая помещение. Страх мигом сменяется удивлением, когда я вижу сидящего на плитке парня. Его руки сложены на груди, голова откинута назад, а глаза прикрыты. Вокруг него валяются те же самые бутылки, что я видела на первом этаже, но я думала, что это осталось с первого раза – после наше ссоры, когда я впопыхах выбежала из дома и направилась в аэропорт – куда глаза глядят. Меня охватывает чувство вины. Я понимаю, что вижу человека, без которого не представляю свою жизнь и чья жизнь для меня безумно важна. Закрываю глаза и даю волю слезам, стараясь себя не выдать. Мне нравится наблюдать за ним, и я готова продолжать смотреть на него часами подряд. Его ресницы слегка подрагивают, что вызывает у меня улыбку – он однозначно не спит, но явно не замечает меня. Мне хочется сесть рядом с ним, а лучше к нему на колени и плакать, что есть мочи. Меня разрывает одиночество, преследовавшее на протяжении долгих двух недель, и когда я понимаю, что сдерживаться нет смысла, начинаю рыдать, закрыв лицо руками. Мне хочется бить руками по полу, что-нибудь разбить – и ваза, несколько мгновений назад находившаяся у меня в руках – летит в стену над ванной, разбиваясь. Я устала терпеть. Устала молчать и прятать свои чувства. Устала плакать в пустой квартире, где никто не может утешить. Встаю, спиной встречаясь с холодной плиткой, но ноги не держат и я, последний раз взглянув на человека, которого люблю, проваливаюсь в пустоту. Меня будит мягкий голос – я слышу его каждое утро, открывая глаза. Он смотрит на меня, проводя пальцем по щеке, а из моих глаз медленно начинают течь слезы, потому что я не могу выдержать этого. Я чувствую под собой мягкую постель и понимаю, что парень перенес меня. Его рука путается в моих волосах, а тыльной стороной второй руки он стирает мои слёзы. – Зачем ты здесь? – шепчу я, когда очередной всхлип срывается с моих губ. Шатен смотрит на меня, качает головой и опускает её на мою грудь, вздыхая. – Я не уходил, – отвечает Луи, перебирая мои волосы. Я задыхаюсь от его прикосновений, горю, живу, смотрю на мир по-другому и люблю всё, что окружает меня только из-за него. – Почему? – Я так долго провел времени в нашей спальне, думая о том, как обидел тебя, как мне не хватает тебя – и мне стало чертовски плохо от всего, – Томлинсон смотрит на меня, а я снова плачу, выпуская наружу внутреннюю боль. – Я вспомнил твоё лицо, когда ты уходила, и мне показалось, что ты больше не вернешься. – Тут были мои вещи, Луи, – произношу я, приподнимаясь на локтях, после чего сажусь. – Я бы вернулась. – Но я боялся, – твердит парень, после чего сжимает меня в своих объятиях, и я понимаю именно в этот момент, как сильно скучала по всему, что нас связывало. Мне хочется кричать, выть, стонать от отчаяния, но я не осмеливаюсь это делать – я в объятиях любимого человека, и это успокаивает. – Ты перенес меня, да? Луи кивает, а я лишь смотрю на его губы, которые кажутся мне слегка припухшими. Видимо, это всё алкоголь и сигареты – но последнего я не заметила в доме. – Поцелуй меня, пожалуйста, – просит шатен и я, незамедлительно, прижимаюсь к его устам, обнимая за шею и путаясь в волосах. Он только мой и ничей больше.