Младшая Сальваторе

Тея улыбалась, глядя в глаза брату. Она не могла передать, как сильно скучала по улыбке Деймона, по хмурому Стефану. Но девушка не могла не понимать, что к ней есть вопросы. Тея сидела на диване под недоумёнными, но всё-таки радостными взглядами. - Давайте, спрашивайте, - вздохнула девушка. - Я не смогу без выпивки, - признался Деймон, наливая в стакан. Между ними была добрая сотня лет, которая создала множество вопросов. Нет, здесь определённо стоило выпить. Мужчина не мог сосчитать, сколько раз ему снилось бледное лицо сестры, её кровь на рубашке и собственные слёзы, которых он не стыдился. В одно мгновение Деймон потерял большую часть себя и пронёс это через бесконечный поток дней. Время лечит, но ему не удалось затянуть дыру, которая образовалась после смерти Теи. Тогда почему от улыбки девушки становилось ещё больнее? Почему мужчине казалось, что лучше бы младшая Сальваторе никогда больше не переступала порог родного дома? Стефан хмуро смотрел на Тею и о чём-то думал. - Ты вампир, верно? – спросил он. - Так точно, братишка, - отозвалась девушка. - Кто? - Угадай. Стефан почувствовал лёгкий укол. Разумеется. Кто мог превратить «назойливую и грубую девчонку Сальваторе», если не автор этой реплики? Кэтрин ненавидела Тею, но было неясно, почему вампирша просто не выпила их сестру до дна. Зачем нужно было оставлять Тею наедине с вечностью и вечным голодом, который становился только сильнее? Деймон поджал губы и процедил: - Сучка. - А я вам что говорила? – горько усмехнулась Тея. – Мне Кэтрин с самого начала не понравилась. Как вас угораздило влюбиться в эту чокнутую сучку?! Стефан улыбнулся, Деймон спрятал усмешку в бокале. - Она мертва, - сообщил он. – Можешь расслабиться. Повисла пауза. Тея смотрела на братьев и не могла налюбоваться. Прошло больше ста лет, но они по-прежнему были её братьями. Она заранее готовилась к вопросу, на который она не могла ответить. - Где ты была, Тея? – спросил Деймон, садясь напротив. Он был взволнован и озадачен. – Знаешь, за полторы сотни лет можно было дать о себе знать. - И что бы я сказала? – спросила девушка. - Не знаю! – пожал руками мужчина. – Например, «привет, братишки, я жива»! Тея, ты умерла на моих руках! Я заслуживал знать, что ты осталась жива! Тея прикрыла глаза и откинулась на спинку. Она помнила лицо брата, который умолял не умирать, не оставлять их. Но она оставила, покинула братьев не по прихоти. Тея на добрые сто лет забыла, каково это – быть частью семьи. Всё было сложно. Намного сложнее, чем ей казалось.