Провал

Когда пришла в голову идея признаться? Точно она и сама сказать не может. Просто начали бесить какие-то посторонние взгляды на то, что нашла первой она, а не какой-то парень из кафе, которого они видели в параллели и который оказывает красноречивые знаки внимания. Она. Нашла. Первой. И остается только сказать заветные слова. *** Наверное, стоит начать прямо с первой же реплики утром. Это ведь будет отлично. Шикарный план в исполнении шикарной Жан не должен знать поражения. Все выглядит, как обычно, поэтому Марика ничего не должна заподозрить, она же немного глупая. По крайней мере, Кирштайн зачем-то заставляла себя в это поверить всю сегодняшнюю ночь, наглым образом проведенную в бодрствовании и ожидании этой самой секунды. И сколько до секунды осталось? Пару минут! В этот момент Марика наверняка уже покупает кофе или, того хуже, сделала это и бежит в эту сторону. А что Бодт будет бежать - это остается без вопросов. Нет, Жан не волнуется, что вы. Она уверена в себе, как и всегда. И руки у нее не трясутся. О чем это вы? Просто ей немного холодно, несмотря на температуру двадцать четыре градуса по Цельсию. И она совсем не покраснела. Вот из-за поворота показывается веселая Марика. Да кто бы сомневался в ее прекрасном расположении духа? Давай, черт возьми, снеси своей энергией Жан к чертям, она и без того еле на ногах стоит! Но нет, Кирштайн подавляет в себе желание (убежать)отступиться от идеи признаться и вспылить на слишком радостную подругу и набирает в рот побольше воздуха: -Ты выглядишь прелестно, - получается слишком тихо и хрипло. И, как назло, тонет в ответной реплики Марики. Хотя, не ответной, а приветственной. -Доброе утро! Это твой коф... Что? - а может, слова до нее и дошли. -Я... Я сказала ты выглядишь ОТВРАТНО! - выкрикивает Жан, не справляясь с напряжением. - Спокойной ночи, Марика! Не задумываясь более о смысле своих слов, девушка кидает последнюю фразу уже в повороте и уходит в совершенно другую сторону, а не туда, куда стоило бы идти к началу занятий, оставляя Марику в полнейшем недоумении. Склонив голову набок, Бодт всматривается в удаляющуюся фигуру Кирштайн, продолжая сжимать в руках бумажный стаканчик с горячим кофе. -Но... Твой кофе... и... Утро, вроде... А еще... Она сказала, что я выгляжу прелестно? И никто не замечает, как Конни и Саша в отдалении наблюдают за развернувшийся сценой, а Браус пытается отобрать у Конни ее порцию мороженного. *** Ладно, один провальный план не значит, что все должно пойти под откос, а Жан решит отказаться ото всех своих идей. Она же их генератор! Лучший среди всех, пора бы признать! Вторая попытка обязана быть успешной! Жан и Марика часто собираются вместе даже просто для того, чтобы сыграть в приставку. Поразительно, что Марика, не смотря на свою мягкотелость предпочитала остальным девушкам, схожими с ней, а так же парням, готовыми окутать ее заботой, общество Жан, что славилась несколько дурным характером. Ко всему, некоторые любили давать некоторое напоминание о том, что Кирштайн сбрила себе часть волос с правой стороны, предпочитая остальное челкой перекидывать на левую. И никто не задумывался о том, что она специально открыло правое ухо с одной сережкой и двумя клипсами. Да, она "не решилась" проколоть левое ухо, как сделать дополнительные проколы в правом. Но кому нужно было, тот должен понять! Вот и сейчас они сидят и играют. Точнее, играет только Марика, а Жан предпочитает скашивать на нее взгляды и набираться сил разрушить тишину. -Я хотела сказать... Тут-то Бодт решает активироваться и откладывает в сторону джойстик со словами: "Кстати говоря, я тоже!". -Ты мне нра... - начала было Жан, но, к несчастью, слова проглочены словами подруги. Снова. -Вчера я гуляла вместе с Райнером и еще кое-кем. И знаешь, теперь у меня есть новый друг! Мне он настолько нравится, что... - она наклоняется куда-то вбок в сторону большой коробки, но Жан этого уже не видит, вскочив на ноги и направляясь к двери. -До свидания, Марика! -Это он, смотри! Мы назвали его Бертхольдом!- девушка вытягивает вперед руки, не замечая, что девушка уже не сидит рядом, с черным котом на руках, что спал до этого как раз в коробке. - Жан? Но Кирштайн уже скрывается за дверью в коридор, спугнув при этом Спрингер и Браус, что принесли, наконец, пиццу. -Но... Почему, Жан? - моргает Марика, продолжая сидеть на полу и ничего не предпринимать. -Мяу?... *** Так. Это будет третья попытка. А Бог троицу любит. Жан долго сидела и рисовала эту открытку, поэтому никаких проблем произойти не должно. Да, она сидела вечерами и рисовала ее, делала новые варианты, изменяла размеры, следила за своим почерком, которым выводила слова. Момент пришел. Дождавшись. когда Марика наконец отвлечется от книги, Жан протягивает ей открытку. Праздника сегодня вроде никакого нет, поэтому Бодт не очень понимает, зачем ей это, но, улыбаясь, пальцами перехватывает послание на украшенном картоне и читает. В это время Кирштайн не знает, куда себя деть. Она уже немного попрыгала на месте, потопала ногой, почесала за ухом, посмотрела в небо, шепча молитву. -Жан, - осторожно зовет Марика, поднимая взгляд. От одной только этой интонации Жан вздрагивает и с надеждой смотрит на подругу. Да, это случилось. Она все поняла и... -Жан, я изучаю немецкий, а не... Шведский. Прости, но я ничего не понимаю. Кирштайн кажется, что на нее уронили огромную плитку. Сидя на соседней скамейку, Конни поднимает заготовленную табличку, где маркером жирно выведено: "Провал". На шведском. *** -Слушай, Жан, я понимаю твое стремление признаться, но все твои попытки обречены на провал. Полнейший, - протягивает Конни, отпивая через трубочку лимонад. -Ага, а еще ты смотришь глупо, - подхватывает Саша, до этого молчавший в тряпочку. Может, потому что был занят своим подносом с едой. - Твой позавчерашний романтический ужин был ужасен только потому, что ты его плохо приготовила. Я-то знаю, ты это делать умеешь отлично, но когда слишком сильно нервничаешь - есть невозможно, честное слово. -А тебя это никто делать и не просил, Браус, - отрезает Жан, складывая руки на груди и хмурясь. Да, она знала, что ничего не выйдет. Да еще и с днем прогадала! У нее же были данные, что в тот вечер Марика пойдет с родителями на какую-то очередной оркестр. Она постоянно там пропадает! И всем без разницы, что ей нужен пример, как играть на виолончели правильно. -Ты можешь быть не такой нервной, а? Возможно, во всем виноваты именно нервы. Подумай, ты начинаешь мельтешить туда-сюда, делать глупости и непозволительные ошибки. Даешь только поводы Эрен над тобой посмеяться. На твоем месте я бы действовала иначе. Вот смотри, Марика часто ходит на концерты. Почему бы и тебе с ней не сходить? -Конни, вспомни случай недельной давности. Их же выгнали! - вскрикивает Браус, за что получает от Кирштайн пинок под столом. Этот возглас привлек к себе слишком много ненужного внимания. -Ты хочешь, чтобы нас и отсюда вышвырнули?! - шипит Жан, непроизвольно краснея. - Ладно, ребята, я вас сюда не для того созвала. Мне нужна помощь от вас. -Да ладно? А мы не догадались, да, Саша? -Угу. -Ладно, Кирштайн! Ты будешь у нас в должниках и отдашь мне своb наушнику. -Которые ты мне не вернула? -Именно. -А мне потом сделаешь заказ пиццы, - отрывается от созерцания пустого подноса Браус, решив принять в разговоре более живое участие. -Надеюсь, я не разорюсь... -А теперь слушай, - наклоняется через весь стол Спрингер с видом человека, готового на заговор. *** Жан не знала, как они вообще ее на это уговорили. Нет нормального объяснения тому, что она сейчас упираясь ногами в подоконник висит на каком-то канате, что держат эти двое психопатов. Да, Саша и Конни согласились подержать веревку, пока Кирштайн будет заползать в окно Марики. Хорошо хоть, что Конни живет точно над девушкой, а то лезть вниз через крышу прельщало не очень. Так же плюсом было то, что Бодт часто жаловалась на жару и не закрывала окно. Как и сегодня. Стараясь не запутаться в занавеске, Жан переваливается внутрь и приседает на корточки, как тут из темноты на нее что-то кинулось с диким мявом. Не прошло и пары секунд, как толкнув лапами девушку в грудь, ее завалил на пол кот. Падение, удивительно, долгим не было, а шума почти не произвело. Но этого вполне хватило, чтобы Марика активно зашебуршилась в кровати. -Берт?... Снова комары? - сонно поинтересовалась она, садясь и откидывая в сторону одеяло. -Мяу? - подала голос эта пушистая тушка, причем не самых малых размеров, устраиваясь у Жан на груди поудобнее. Девушка витиевато выругалась. -Жан? - недоверчиво протянула Марика, щелкая выключателем на светильнике над собой. Свет быстро заливает комнату, а Кирштайн от неожиданности дергается в сторону, ударяясь на стеллаж и скидывая на себя пару книг. Ох, кажется, не спалиться будет тяжело. В коридоре раздается отчетливое постукивание каблуков. Человек там явно идет не особо быстро, но считая, что коридоры тут не длинные, у Кирштайн нет времени спрятаться или выпрыгнуть обратно в окно и повиснуть на канате. Увидят. -Жан, что ты тут делаешь? - шипит Марика, а потом начинает указывать ей на место под кроватью. - Живо туда! Сегодня же дежурство Леви! она с тебя шкуру сдерет! Забыла разве, что она военная в отставке? - Бодт продолжала запихивать подругу под кровать и просовывать ей еще плед, как дополнительную защиту. -Вообще-то, ни одна ненормальная учительница по физике не будет дежурить по ночам в общежитии! -Только если ты не в общежитие с Йегер, которая разбила окно, а так же перевернула кладовку вверх дном! Не высовывайся, - свистящим шепотом приказывает Марика и, вскочив, босиком отправляется в сторону двери, что уже отзывается тихими стуками, казавшиеся очень громкими в ночной тишине. Сколько Жан пролежала под кроватью, смотря перед собой? ну, наверное, минуты три, пусть они и показались довольно долгими. Под кровать заполз Бертхольд и улегся прямо перед носом девушки, перекрывая весь обзор, а шерсть ползла в нос, отчего Жан чихает, еле успев прикрыть рот ладонью, на за это поплатившись ударом локтя о низ постели. -Твою же!... -Жан, вылезай, - тихо зовет Марика. - Я все уладила. *** Они лежат на кровати, а Жан просто довольствуется тем, что соприкасается плечом к плечу Марики, смотрящей в потолок. Но вдруг последняя решает нарушить утреннюю тишину. -Жан, а Жан, а когда ты признаться собиралась? -Что? -Ну... Я о том самом, мол, "ты мне нравишься, стань моей на всю жизнь", - взмахнув рукой, Марика поворачивает голову в сторону Кирштайн, но та начинает зло сопеть. -Ты издеваешься?! Я это делала уже тридцать восемь раз! Тридцать восемь, Марика! -А, так вот что это было! А я-то думаю... Эй, стоп! Ты сейчас убьешь свою потенциальную девушку! -Марика, ты права, тебе конец! Я отыграюсь за все тридцать восемь раз! -Получается, это тридцать девятый, м? Смотри, с третьего тринадцатого раза ты... -О боже, заткнись! -Хэй, щекотно! Только Бертхольда не раздави! В этот момент где-то на крыше Конни и Саша делают зарядку под бодрый счет Леви Аккерман. Кто же знал, что выбираться в пять утра через кухню будет такой глупой идеей. Ох, а впереди же дополнительные лекции по физике... И сейчас двое помощников думают, что просить наушники и пиццу было мало. А Саша настроен разорить Жан.