Танцы с демонами

       Боль проносится по всему телу, особенно сильно заставляя чувствовать её в области живота. Девушка выгибается до хруста в костях и пытается вырваться, но ничего не выходит. Она кричит, но крик застревает где-то в горле, а наружу вырывается лишь малая его часть, приглушённая кляпом во рту.        — Так, так, так, что бы мы могли ещё сделать с твоим тельцем…        Боль распространяется по телу, и вскоре позволяет к ней привыкнуть. Теперь уже она может открыть глаза, но сквозь пелену слёз видно лишь яркий свет и группу людей в белой окровавленной одежде. Она не может понять, холодно ей, или же жарко, потому что стоит острому скальпелю коснуться побледневшей кожи, как тело бросает в огонь. Железные холодные щипцы же наоборот: окунают в ледяную воду.        — Думаю, пока достаточно, пусть оно приживётся в тебе немного, через часок продолжим.        — Боже-боже, какая утрата… такое тело жалко отдавать на отдых!        Люси медленно перебирает ногами, быстро стуча зубами от холода. Нет, в помещении жарко, но из-за длительных опытов её тело получило сильные повреждения. В животе что-то неприятно дёргалось, но успокаивало то, что она была уверена в его неживой природе. Тело налилось свинцом, сложно было что-то разглядеть, но Ключница посчитала, что будет лучше, если она не увидит то, что творится вокруг.        Её сопровождающий — мужчина с тёмной щетиной среднего возраста, одетый подобно мяснику — бесцеремонно толкнул её ногой в спину, прежде распахнув дверь. Бедная хвостатая кубарем полетела на холодный пол, тихо вскрикнув. Изо рта полилась кровь, и не было сил даже принять нормальное положение.        — И ты ещё называешь себя волшебницей Хвоста Феи? Неужто все заклинатели духов такие жалкие отбросы? — презренно бросил мужчина, весело хохотнув.        Следующее, что слышала девушка, это как хлопнула железная дверь.        «А ведь он прав, — добивает её существо, которое, кажется, называют альтер эгом. — У тебя действительно нет права называть себя хвостатой феей»        В последнее время Люси часто слышит его. Её вторая личность появилась недавно, дня три назад, когда её, словно скот, бросили в общую камеру. На её глазах умирали люди, причём умирали явно не своей, жестокой смертью. Девушка начинала слышать его, стоило ей оказаться одной. Болтовня её второго я сводила с ума, но сил не было даже для того, чтобы нормально лечь на твёрдую псевдо-кровать. И лишь оно начинало говорить, как Люси уже не могла его заткнуть…        «И ты так просто сдалась? Ничтожество»        Одними губами Хартфилия шепчет «заткнись», потому что слова, как и прежде, остаются где-то внутри, хотя кляп из её рта давно уже вытащили.        «Только посмотри на себя! Ты действительно решила так просто проиграть? И правда — слабачка»        Тело безумно ноет. Не получается почувствовать магию, как она не пытается. Причину девушка знает: на шее у неё повешен ошейник, блокирующий магические силы, а если и удавалось прорвать его магию, он больно бил током.        В одиночке очень холодно, но радует одно: нет противного трупного запаха и не приходиться слушать чужую мольбу о помощи. Здесь были дети, пожилые люди, молодые волшебники, женщины, мужчины… они были человекоподобными подопытными крысами.        «Пытаешься найти плюсы? У тебя в животе — бомба замедленного действия. Серьёзно? Ты жалкая»        Серые стены, серый потолок, серая дверь, такая же псевдо-кровать, даже волосы посерели. Некогда яркие золотистые волосы сейчас имели грязноватый оттенок, дополняемый застывшей кровью. А глаза? Они пустынные, словно две огромные чёрные дыры.        «А Нацу не сдался. И Эрза с Греем тоже. Так почему же ты не пытаешься сбежать? Они уже давно в гильдии, небось, и забыли уже про тебя»        — Зат… кнись…        Небольшое окошко на железной двери открывается, но ни намёка на свет. Иногда им включали лампы, когда служащие сего тёмного альянса проходились по камерам, проводя отбор.        А Люси осталась жива. Она выдержала, и её всё ещё не ликвидировали. Кажется, кто-то из них говорил, что она будет ценным кадром, и убивать её пока рано.        — Что-что ты там бормочешь? — ядовито улыбаясь, спрашивает один из врагов.        Златовласая заклинательница не может толком понять, что её спрашивают. Его слова перемешиваются у неё в голове, иногда игнорируя гласные буквы. Получается что-то не членораздельное, поэтому девушка прекращает попытки что-то разобрать.        Окошко снова громко закрывается. Люси скручивается в комочек, продолжая дрожать от высокой температуры. Из глаз полилась странная смесь из крови и слёз, больно обжигая побитое лицо и разбитую губу. На спасение остаётся только надеяться. Хотя нет… надежда умерла два дня назад.       Слышно шаги — её наблюдающий уходит прочь от камеры. Это не может не радовать. Теперь можно двигаться и отвечать своему альтер эго.        — Мне жалко тебя, — вдруг слышит девушка голос со стороны. Сначала в голове проскакивает мысль о том, что теперь её второе я ещё и материальное, но то, что голос другой, заставляет думать иначе. Люси крепко сжимает кулаки и находит в себе силы перевернуться на другой бок.        — Кто… ты… — слетает тихое с губ. Ни намёка на тишину: со всех сторон доносятся крики и мольба о помощи.        В темноте получается смутно различить что-то вроде туфлей с закрученным концом, но это явно не женщина, да и вовсе это не туфли. Границ их не видно, словно они — неотъемлемая часть её гостя.        — Твой свет в кромешной темноте, Люси, — едва понимает, что говорит незнакомец, девушка.        В темни виднеются яркие красные зрачки. В какой-то момент в голове у Хартфилии проносится мысль, которая просто не может не радовать: среди её мучеников его не было. Но рядом с ней в одну ногу шагает и предположение, что перед ней — демон.        — Я умираю?        — Нет. Но когда умрёшь — я обязательно отберу твою душу себе. На вид ты весьма ценный кадр.        «Ценный кадр… — задумчиво и с ноткой издевки шепчет её другое я. — Что в тебе ценного? Ничего. Потому что ты — неудачница»        Демон подходит ближе, становясь на корточки перед девушкой. Она всё ещё не может понять, как он выглядит, и видит только его яркие красные глаза. Становится страшно: вдруг он пришёл за ней?        — Хочешь спастись? Отомстить, стать сильнее, показать им, что ты не слабое звено? — соблазнительно говорит демон, проводя когтями по горячей коже златовласки.        Выбора у неё нет. В любом случае придётся умереть. Сейчас уже просто всё равно, что станет с ней дальше. Спасает только живой интерес к тому, на что будет способно после её тело.        — Да…        — Тогда… я открою тебе своё имя. Я Баэль, Туз-дух Ориона, Король Ада на Востоке. Рад служить вам, моя Госпожа.