Свет в темноте

От лица Драко Малфоя Прошло примерно минут 15, прежде чем на пороге кабинета появился мой сын. За это время я успел представить 10-летнего мальчишку малфоевской породы. В моем воображении это был светловолосый мальчишка и серыми глазами, аристократическими чертами лица. В общем то моя миниатюрная копия. Мне трудно было представить иной образ своего ребенка, даже учитывая выдающуюся внешность его матери. О моя милая Гермиона…Как бы я хотел, чтобы сейчас ты была здесь, со мной. Что бы мы вместе забирали нашего мальчика из этого дома и вместе растили его…Но ты ведь всегда с нами, да? Мои сентиментальные мысли были прерваны, когда дверь кабинета открылась и в комнату вошел высокий и очень худой ребенок лет 10. Я ошарашено уставился на него пытаясь понять – действительно ли это мой сын? Темно-каштановые непослушные волосы, которые были явно давно не стрижены, потерянный и напуганный взгляд серых, как кусочки льда, глаз, острые черты лица, прямой нос с глубокой свежей царапиной, высокие скулы, которые тоже украшали синяки и царапины, бледная кожа. Под глазом виднелась фиолетовая отметина, а нижняя губа – разбита. Черт возьми, кто же так обращается с ребенком?! От внезапно подступившего гнева я едва ли сдерживал себя. Чем этот ребенок заслужил такое отношение? Неужели ни персонал, ни сама миссис Блек не смотрят на то, что кто то избивает кого-то? Или здесь это является нормой? Дабы не закатывать скандал мирового масштаба я с трудом успокоил свои нервы и вновь пристально всмотрелся в лицо стоящего напротив подростка. Про себя усмехнулся – Натаниэль не только был похож на Малфоев, но и умещал в себе черты матери, которые ни с чем не спутаешь. То же воронье гнездо на голове вместо платиновой и идеально ровной шевелюры, как и у меня. Интересно, что скажет Нарцисса? - Натаниэль, познакомься – это мистер Малфой. – прерывает мои раздумья голос Элеоноры и возвращает в реальность. - Мой сын смотрит на меня так же заворожено и внимательно – оценивает. Что же, правильно малыш! Но едва ли он взглянул на миссис Блек, как сразу же в глазах промелькнул страх и появилась настороженность. Что же та женщина сделала ему, раз мой мальчик буквально трясется перед ней от страха?! Во мне снова вскипала злость. Но Малфоевское воспитание дало о себе знать – я умело скрыл свой гнев за улыбкой. Передо мной ведь стоит Натаниэль. И все мое внимание теперь отдано ему. - Он хочет усыновить тебя. Верно, мистер Малфой? До меня не сразу доходит вопрос Элеоноры и потому несколько мгновений я молчу. Ребенок смотрит теперь на меня. С недоверием. Да малыш, я действительно тебя усыновлю и заберу из этого кошмара… - Да, миссис Блек. Я хочу забрать Натаниэля домой. Сегодня же. Глядя на сына, я улыбаюсь, словно хочу показать, что мне можно верить. - Надеюсь юный мистер Малгрей не будет против этого? – я интересуюсь непосредственно у мальчика, хотя уже наперед знаю ответ. Этот ребенок спит и видит, как его забирают домой родители. Или родитель… Сказать, что мальчик ошарашен – не сказать ничего. Он, похоже, не ждал такого поворота событий. С широко открытыми глазами Натаниэль смотрел на меня, словно не веря ушам. Но в одно мгновение его удивление сменилось на обреченность, и мальчик потупил взгляд в пол. - Я вряд ли вам подхожу, мистер Малфой… Я странный. И у меня плохое поведение…Так все говорят… - едва слышно проговорил он, не глядя на меня. Я в который раз за день почувствовал, как по всему телу разливается волна злости. Кто мог наговорить подобные вещи моему сыну?! Чертовы маглы! Им нельзя доверить даже воспитание ребенка! Но я продолжал держать себя в руках. Позже поговорю с миссис Блек, когда в комнате не будет мальчика. Не хочу устраивать скандал на глазах сына. Ну а пока я спокойно отвечаю на фразу ребенка: - О твоих странностях мне известно. Но это ни в коем разе не изменит моего решения. Я уже подготовил все документы и, если ты захочешь – я заберу тебя прямо сегодня. – и тут же обращаюсь к Элеоноре, которая все это время наблюдала за нами. - Миссис Блек, вы можете оставить нас одних. Не на долго. Я не спрашиваю, а приказываю. Женщина послушно покидает кабинет, оставляя меня наедине с сыном. Успеваю заметить ее взгляд, полный презрения и ненависти, который она послала Натаниэлю…Да как смеет эта женщина так вести себя! Но я быстро успокаиваю свои эмоции. Сейчас я наедине со своим мальчиком. С самым дорогим человеком во всей Вселенной… С моим светом в непроглядной темноте жизни. Я смотрю на него и понимаю, что уход миссис Блек позволил немного расслабиться. Это заставляет меня мысленно улыбнуться, но внешне я остаюсь спокойным. Ребенок поднимает взгляд на меня и негромко задает свой вопрос: -Вы действительно усыновите меня? – в его голосе звучит неподдельная надежда. Улыбка трогает мое лицо. Натаниэль, была бы у меня возможность – я забрал бы тебя от сюда еще 10 лет назад… А если бы не война в нашем мире, то и вовсе бы не отдавал. И мама была бы рядом… Я отхожу от окна и подступаю ближе к сыну. Мне хочется прикоснуться к нему, обнять… Но как только я вытягиваю руку, чтобы это сделать, он рывком отступает на два шага, а зрачки расширяются от страха. Такая реакция сына – как нож по моему сердцу. Мне больно видеть его страх, и я мысленно задаюсь вопросом – кто же выработал у моего ребенка такой рефлекс? Кто посмел причинить моему сыну боль? Так же в мыслях я обещаю себе найти обидчиков и как следует наказать. Никто не смеет причинять моему ребенку вред! - Не бойся… Я действительно тебя заберу от сюда, мой мальчик. Верь мне… - не смотря на кипящий внутри гнев я говорю ласково. И все-таки касаюсь плечика Натаниэля. Он чуть морщится, и я на мгновение хмурюсь. Но его вопрос заставляет меня вырваться из мыслей о возможных наказаниях для тех, кто 10 лет изнурялся над мальчиком: - Почему? Я ведь странный…я не такой как другие. Меня все считают плохим. Нет, сын мой. Ты не плохой. Ты значительно лучше меня и моих предков…Ты похож на свою мать своей светлой душой, я знаю. Я смотрю в серые глаза сына, ловлю его непонимающий взгляд и решаюсь дать ему самый верный ответ. Я решаюсь признаться ему. - Потому что я твой отец, Натаниэль Малфой… Я замолкаю ожидая его реакции. Кажется, я даже забываю как дышать.