Кофе и ваниль

Настолько ли это легко завоевать желанное, как об этом думает самовлюбленный Лухань? Переполненный чувством любопытства, а также во время охоты на помеченного омегу, Хань направился в туалет, самолично следуя за развитием событий. Отворив дверь в мужскую обитель облегчений, альфа бросил взгляд на каждую из стоящих перед ним «маленьких помещений». Шмыгнув носом, парень ухмыльнулся и дерзко ворвался в одну из них. То, что кабинка была заперта на защелку, не остановило Луханя. Он осмотрел парня, а точнее альфу, стоящего к нему спиной. Не узнав его, блондин сказал: - Прошу прощения, я, кажется, кабинкой ошибся, - нелепо изобразив чувство вины, произнес Лу. Но затем его взгляд приковал другой, уже знакомый ему паренек, сидящий на крышке унитаза. – А нет, не ошибся. После чего, внимательно разглядев альфу, стоящего перед желанным омегой, директора осенило. - О, это же ты тогда!.. Возле входа! – показав на него указательным пальцем, заголосил Хань. – Но ты же тогда был… Ничего больше не успев сказать, его толкнул этот, в какой-то мере, незнакомец. Злобно посмотрев на Лу, он сказал: - Весело отбирать? – иронично произнес альфа. Затем он посмотрел на омегу, все еще сидящего и не способного ничего сказать. Бедняжка лишь жалобно смотрел на уходящего альфу. – Не выношу измен. Сказав эти громкие слова, парень резко двинулся с места, заставив Луханя пошатнуться. - Каков игрок, - ухмыльнулся альфа и перевел свой взгляд на омегу. Но будто бы в душе его что-то задребезжало. Испытав неизвестное доселе чувство, Хань немного опешил. Перед ним сидел беспомощный, будто бы покинутый всем миром, бесхозный щенок. Опустив взгляд вниз, он просто сидел неподвижно. Быстро взяв себя в руки, Лухань хотел уже что-то сказать. Но омега опередил его слова, и стоило ему лишь поднять голову, как альфа снова потерял дар речи и растерялся. Зеркально чистые слезы, выступающие на глаза бедняги, блестели под светом ярких ламп. «Да что с ним такое?» - никак не мог разобраться директор-блондин. - Подумаешь, с парнем разбежался, большое дело, - не чувствуя своей вины, совершенно бездушно произнес Хань. И ведь правда. В это современное время все думают лишь как бы им здорово провести ночь. Никто не задумывается о серьезных отношениях. Лухань в первый раз видит такое глубокое отчаяние по отношению к разрыву. Ну, погуляли вместе, ну потрахались пару раз, что такого? Не конец света же. Но только не для Сехуна, так трясущегося над своими отношениями. Услышав подобное, омега больше не мог терпеть. Поднявшись на ноги, он смело посмотрел наглецу в глаза и прописал нехилого леща своей на вид миниатюрной ладонью. - Бессердечный эгоист, - серьезным тоном произнес парень, не отводя взгляда от пораженного Ханя. Но удивление держалось на его лице каких-то жалких две секунды, после чего сменилось фирменной ухмылкой. Омега продолжил. – Для тебя секс на первом месте. - Хорошо, предположим, что так и есть, - согласился альфа. – Но ведь для твоего так называемого парня все также. - Что ты имеешь в виду? – не понимая, о чем говорит собеседник, спросил Сехун. «Он действительно этого не знал?» - подумал Хань и начал объяснения: - Этот «невинный» парень трахал другого омегу, одновременно играя с тобой в счастливую парочку, - уверенным тоном заявил альфа, наблюдая за реакцией омеги. - Что за бред… - Хочешь, верь, хочешь - нет, - вздохнул Лухань, но затем передумал и схватил беднягу за руку. – Нет, все-таки ты мне поверишь. Двигаясь в неизвестном направлении, Лу тянул за собой Сехуна, крепко держа за руку. Тот пытался вырваться, хотя такое против натренированного альфы неэффективно, а тем более – даже может оказаться опасно. Молча идя следом, омега молчал. Ему оставалось лишь гадать, куда же ведет его незнакомец. По пути он много думал об этом. Одна навязчивая мысль все никак не выходила у него из головы, даже не смотря на последние слова Ханя – «неужели, он меня изнасилует?» Однако в этот раз в директоре Лу открылось новое качество, как «герой справедливости». Внюхиваясь в запах бывшего альфы Сехуна, Лухань постепенно к нему приближался. И вот, оказавшись за зданием, в метрах шести-семи от преследующей парочки находилась еще одна – любовная, возглавлял которую «парень» брошенного омеги. Увидев эту картину, Се не мог поверить своим глазам. - Э-это не правда, - заикаясь, шептал омега, ошарашенный зрелищем. - Дожили, перестали собственным глазам доверять, - словно бабка, тяжело вздохнув, произнес Хань. «Хорошо, раз так…» Альфа развернул парня к себе и поднял вверх его правую руку, поставив перед глазами омеги метку. - Это ведь из-за этого? – спросил Лухань, решительно посмотрев на собеседника. Тот неуверенно кивнул головой, и блондин продолжил. – Не странно ли то, что вместо того, чтобы поставить наверх свою, он просто назвал тебя изменщиком? Если бы ты ему нужен был, он бы держался за тебя до конца, как ты за него. А уж если все так, как я вижу, то ты ему нахрен не сдался, понимаешь? Отпустив руку Сехуна, Хань развернулся и просто ушел, оставив омегу наедине со своими мыслями. Но несмотря на то, что на сей раз он его бросил в одиночестве, альфа не собирался от него отступаться. Ведь ваниль – это его предначертанная любовь… Альфа не стал возвращаться на банкет. С подорванным настроением он сел в такси и отправился домой. Гнев просто охватил Лу и его подсознание. На душе погано, а хуже еще то, что альфа никак не мог понять, откуда это чувство вообще берет свое начало. «Какого лешего?! – возмущался директор, поглядывая в окно. – С какого перепугу я полез в его проблемы? Хочу просто выебать поскорее и все. Тоже мне, дело государственной важности. Неужели так сложно? Для меня то...» Парень игнорировал все звонки от отца. Сейчас Луханя совершенно не волновало то, что этот «надзиратель» может с ним сделать по приезду. Раздеваясь на ходу, альфа поднимался на второй этаж. Завалившись в свою комнату, тяжелой тушей он рухнул на кровать. Ничем не прикрытая голая спина и широкие плечи, гладкая светлая кожа, прильнувшие к мягкому одеялу ключицы – все принадлежит Ханю. Даже снимая огромное количество омег каждую ночь, он не желал с ними этим делиться. Найдется ли вообще тот, кому он захочет все это отдать? Утро пришло раньше, чем этого ожидал Лу. Полностью измотавшись за день, парень даже не заметил, как уснул. Для него настал следующий – судный день. Альфа проснулся достаточно рано, однако, не желая видеться с отцом какое-то время, проказник притворился спящим. Вопреки ожиданиям альфы, старший раскусил его задумку и с воплями: «Я тебе что, баба разводная?!» скинул сына с мягкой постели на холодный, жесткий паркет. - Кто разрешал тебе уходить вчера так внезапно и притом не предупредив меня, маленький паршивец?! – не мог сдержать своей злости папаша. Уставший, Хань поднялся на ноги. Паренек почесывал затылок и, широко открывая рот, зевал, не обращая внимания на угрозы бати. - Все равно уже ничего не поделаешь, - смиренно произнес Лу, убеждая отца в том, что если не получилось однажды, то не получится и дважды. Однако старший даже и не собирался сдаваться сынку-неумехе. Влепив ему неслабую затрещину, снова заговорил: - Сильно уж губу раскатал. Тебе придется с ним познакомиться, чего бы это ни стоило, понял, засранец? Спускайся завтракать, уже двенадцать на часах, – немного успокоившись, сказал альфа и вышел из комнаты сына, сильно хлопнув дверью. Этому поспособствовал сквозняк, созданный открытым окном в комнате младшего. Легкий ветерок тормошил мягкие, взъерошенные волосы Ханя. Немного постояв в прострации, Лухань успел очистить свой разум даже лучше, чем, если бы ушел в буддийский храм на неделю. После чего, альфа оглядел себя с ног до головы. - Да я ж совсем голенький, - спокойным тоном произнес парень. Натянув первые попавшиеся семейники, Лу двинулся на завораживающий запах отцовых блинов с сиропом. Буквально телепортировав себя на кухню, альфа за долю секунды сел за стол и стал ждать блюда. Перед началом завтрака, телефон разразился громким звоном. Неспешно встав из-за стола, отец Лу проследовал к аппарату и ответил на звонок. Дожидаясь повара, Хань уже успел заскучать, но вскоре, решив свои дела, батька вернулся к проголодавшемуся, на удивление верному сыну. Отец спокойно сел обратно за стол и, злобно улыбнувшись, сказал: - Раз уж ты не удосужился вчера встретиться с сыном председателя О, то я позвал их сегодня к нам на ужин, отца и сына. Ждем их к пяти, - радостным тоном произнес мужчина и принялся за трапезу. Ошарашенный сын никак не мог понять, почему же его отец так стремиться познакомить их. Даже если и ради бизнеса, то все равно непонятно, почему так настойчиво. Они ведь могли и в компании поговорить. «Да он же специально издевается надо мной, - подозревал родного батю Хань. – Знает же, что не люблю официальные и групповые встречи». - Нет ну, мне, конечно, не принципиально… - неуверенно начал Лу, не смотря старшему в глаза. Затем, приобретя чуть больше уверенности, решительно посмотрел на альфу и продолжил, - …но ты точно мой биологический отец? - Раскаленной лопаткой захотел получить, недомерок? – в очередной раз вышел из себя родитель и начал кидаться угрозами и разными попадающимися под руку приборами домашнего быта. Старший, в отличие от младшего, с нетерпением ждал предстоящей встречи. В душе первого горел не тушимый огонь радости и хороших впечатлений. В то время как у второго по кровяным сосудам в сердце медленно, как ей и свойственно, перетекала лень. И вот, как следует, подготовившись, пришло время открывать гостям двери. Конечно же, встречать их должен как хозяин дома, так и сын. В шикарном черном костюме, белоснежно чистой, выглаженной рубашке и белых тапочках, Лухань выглядел серьезно, чего не сможешь сказать после того, как он выронит хоть слово. И вот, открыв входную дверь, перед семьей стоял высокий, статный мужчина с пронзительными серыми глазами. С первого взгляда можно было сказать – властный альфа. «Ух ты, харизмой несет за версту…» - на шее Лу выступили небольшие капельки пота от удивления и от проявившегося впервые за долгое время давления со стороны кого-то. Однако, почувствовав любимый запах ванили, альфа заподозрил что-то неладное. И в это мгновение из-за спины «большого» мужчины вышел улыбчивый паренек с удивительно хорошим настроением. - Приятно познакомиться, я О Сехун, - радостно проговорил так хорошо знакомый Луханю омега. Однако, переведя взгляд с отца Лу, Се заметил не очень приятного для него альфу. Тогда-то на лице Ханя всплыла его обычная ухмылка, заставившая стоящего перед ним Сехуна сглотнуть слюну. - Приятно познакомиться, я Сяо Лухань. «О Сехун, значит…»