Король или королева?

Одна корона. Одно королевство. Один трон, ощетинившийся стальными остриями. Их двое: голубоглазый бастард короля-узурпатора и девочка-северянка с серыми, как неприветливое небо над Винтерфеллом, глазами. Ни один из них не имеет права на Железный Трон, но за каждым из них армия, готовая на всё, лишь бы сделать властелином в Королевской Гавани своего господина. И, пока лучшие мужи Севера и Юга пытаются договориться между собой, они встречаются в одном из пустынных коридоров Красного Замка. Он подмечает, что Арья из угловатой воинственной девчонки превратилась в красавицу с жарко полыхающими очами; она замечает, что Джендри сейчас, как никто другой, походит на короля. - Я не хочу править, - первой не выдерживает она. - Мне не нужна эта корона, - вторит Арье Джендри. Между ними повисает неловкое молчание. Оба хорошо понимают, что королевство не может существовать без короля, что желающих занять Железный Трон всегда будет немало, но принесут они Семи Королевствам процветание или горе – кто знает? Вот только ни один из них, даже понимая это слишком хорошо, не хочет возлагать на свою голову слишком тяжёлую корону. - Я должен уступить леди, - лёгкая улыбка трогает его губы. - Я не леди, - привычно огрызается она, но всё же отвечает ему улыбкой. - Теперь это не так, - с лёгким поклоном отвечает Джендри. Взгляд его небесно-голубых глаз скользит по её фигуре, задерживаясь на лице, заставляет Арью краснеть. Она, как и Джендри, хорошо помнит, как они делили жидкую похлёбку в Харренхолле и тепло от крошечных костров среди пленников Варго Хоута. И слишком хорошо помнит, как иногда мечтала о том, как назовёт Джендри Уотерса своим рыцарем, когда он, наконец, выкует меч для себя. Но теперь он Джендри Баратеон, признанный сын короля Роберта Баратеона, без пяти минут король и почти что её соперник и враг; она должна ненавидеть его или хотя бы быть с ним холоднее, а думает лишь о том, что теперь-то он точно не преклонит перед ней колени. Но Арья ещё может быть самой собой рядом с ним, во всяком случае, пока тяжкий венец раскалённым обручем не лёг на голову одного из них. Поэтому она позволяет плечами сникнуть, а взору опуститься, и жалостливым ноткам проникнуть в хорошо поставленный голос. - Я просто хочу домой, - шепчет она, доверительно приближаясь к парню на пару шагов. - Я тоже, - просто отвечает он, - вот только не знаю, где он. Сердце девушки отбивает неровный ритм где-то в горле. Она хочет сказать ему, что оседлать двоих лошадей им хватит и пяти минут, что её туго набитый кошель поможет им продержаться до самого Винтерфелла, что все эти напыщенные лорды вольны беседовать хоть многие месяцы, но не имеют никакого права решать их судьбу. Арья может сказать ему так много, а он так много хочет услышать, но девушка заставляет себя промолчать, а Джендри уверяет себя, что так, наверное, и должно быть. - Тогда мы ждём вердикта наших лордов, - Арья не успевает скрыть предательскую дрожь в голосе, как бы ни старалась. - Не хочу ждать. Джендри делает шаг к ней, надеясь, что она не отшатнётся и не оттолкнёт его, а затем ещё один, приближаясь почти вплотную. Он хорошо знает недоверчивый и независимый характер Арьи, но всё же надеется на что-то. Она не успевает что-либо понять, когда он ловит её ладонь и пожимает нежно её. - Мне не нужна эта корона, этот трон и это королевство. Но я смогу это вынести, если рядом со мной будет королева по имени Арья. Она забывает, как дышать, когда Джендри подносит её руку к своим губам, трепетным поцелуем подкрепляя только что сказанные слова. На языке вертится множество нелепых слов, которые она никак не может соединить в достойный ответ, поэтому Арья просто нерешительно кивает. И его улыбка, отражённая в синеве глаз, говорит, что этого достаточно.

***

Переглянувшись, они решительно распахивают тяжёлые двери. Слова замирают на устах спорящих мужей, а на лицах появляется удивлённое выражение, когда они видят их сцеплённые руки. - Король или королева? – едва слышно шепчет самый нетерпеливый из лордов. Джендри ловит взгляд своей наречённой, в котором согласием отражаются ещё не произнесённые слова, и, переведя взгляд на удивлённых северян и южан, твёрдо говорит: - Король и королева.

***

Одна корона. Одно королевство. Один трон, к которому, взявшись за руки, поднимаются двое.