Синдром младшего (Юмор, Повседневность, G)
26 апреля 2015 г., 23:51
В простуде хорошего мало, но даже в самых отвратительных ситуациях надо искать положительные стороны. Меланхолично шмыгая носом каждые 23 секунды (измерено таймером), Кюхён мысленно составляет список из двух столбцов: «плюсы» и «минусы». В «минусах», естественно, плохое самочувствие, реки соплей, необходимость жрать лекарства через определённый промежуток времени, нулевая возможность выйти прогуляться. Зато в «плюсах»…
- Хё-ё-ё-ё-о-о-он, - умирающий лебедь удавился бы от зависти. По расчётам, на данный момент только трое хёнов в наличии, но и этого уже предостаточно.
Первым прибегает Шивон, который как раз собирался ехать на съёмки очередной дорамы. Смотрит в слезящиеся красные глаза младшенького, хватается за голову, убегает. Через несколько минут приносит Кюхёну чашку горячего чая с мёдом и имбирём, свой трёхметровый шерстяной шарф, таблетки от кашля, аспирин и пакет апельсинов. Извиняется, что не может остаться, и уходит, осторожно погладив Кю по голове.
Вторым прибегает Чонсу. Вдохновенно отчитывает Кюхёна за распиздяйничество, укутывает в Шивонов шарф по самый нос, заставляет выпить стакан горячего молока, приносит для Кю своё одеяло и долго чистит ему апельсины, путаясь в собственных пальцах, пока на смену не приходит Сонмин.
Из всех сегодняшних «докторов» Мин – самый компетентный, хоть и с немного кардинальными методами. Он натирает спину и грудь Кюхёна какой-то убойно пахнущей мазью, от которой через полчаса всё тело начинает жутко печь, вызывая в воспалённом воображении Кю нехорошие ассоциации с костром инквизиции. Потом, как будто этого мало, обкладывает младшенького грелками со всех сторон, грозясь привязать к кровати, если он выкинет на пол хоть одну, и заливает в больного четверть бутылки соджу – чтобы внутри тоже продезинфицировать. К концу такой интенсивной терапии Кюхёну кажется, что его тело расплавилось до состояния желе, но зато и насморк больше не мучает, и голова с перепугу прекратила попытки расколоться надвое. Кюхён засыпает с улыбкой полностью довольного жизнью человека, жалея, что нельзя болеть подольше, чем один день.