Художник, что рисует смерть

Золотая неделя была отличным шансом подработать. Разделив её с напарником, с которым так ни разу пересечься не удалось, Савада наслаждался рабочими буднями в «Лавке художника». Мастер оставил его за главного, потому вечер Савада коротал один, за исключением времени, когда заглядывали нечастые покупатели. Раздавшийся звон бубенчика оповестил о новом посетителе. — Где деньги, старик? Противного вида мужчина около сорока в компании двух громил мерзко улыбнулся, сверкая тремя золотыми зубами. Чёрный строгий костюм в тонкую белую полоску явно был сделан на заказ. Впервые в этом времени Савада столкнулся с рэкетом. И было очень неприятно познакомиться с «крышей». Савада не имел права устраивать беспорядок. Соверши он глупость, давая прямой отпор — рисковал бы не своим здоровьем, а жизнью и мечтой мастера. Неповиновение могло грозить полным уничтожением, независимо от одной-двух побед Савады. Он не мог защищать магазин ежедневно, ежеминутно. — Мастер сейчас отсутствует. Пожалуйста, повремените со сбором. — С какой это стати, дерзкая малявка? — наклонился мужчина, излучая всё презрение мира. — Если мы немедленно не получим деньги, — выпрямившись, говорил он, — этот магазин, — кивнул он своему сподручному, — пострадает. Один из бугаёв достал нож, собираясь разрезать ближайшую картину — Савада не позволил, в мгновение ока оказавшись рядом и заламывая руку бандиту с ножом. — Любой, кто посмеет навредить мастеру или его имуществу, пожалеет. — С чего вдруг? Не знаю, что за трюк ты только что использовал, но даже если ты каким-то образом одолеешь моих парней, в следующий раз я вернусь с армией. «Я знаю, что пожалею об этом, но…» — на руке главаря Савада заметил кольцо. Оно навело на мысль, как можно было бы защитить дорогое сердцу место. — Это место находится под покровительством Вонголы. — Вонголы?! — удивился главный, восклицая и невольно отступая на шаг. Однако быстро взял себя в руки: — Шутки шутить вздумал? С какой стати мне тебе верить? «Действительно мафия», — отметил Савада, раз они знали о семье. — Кто в здравом уме посмеет шутить с Вонголой? — проверял он могущество семьи. В глазах троих мужчин читался страх. Савада смотрел уверенно на потеющего главаря, стараясь задавить своей волей. — С чего вдруг Вонголе защищать мелкий магазинчик в Японии? — поуспокоившись, неуверенно спросил мужчина. — Прихоть Десятого, — не пришлось лгать Саваде. Наконец, он отпустил громоздкого мужчину. — Десятого? — вырвалось из уст второго бугая. — Я слышал, он в Японии. Где-то здесь, в Намимори, — подтвердил второй. «Значит, они обо мне знают так много?» — Чем докажешь? — не унимался главарь. «И правда, чем?» На раздумья не было много времени. У Савады ничего не было. Но раз у главного было кольцо, он мог знать и о пламени, которое Савада не повременил выпустить. — Этого тебе будет достаточно? — грозно спросил он. — Я здесь для того, чтобы защищать это место. Удостоверьтесь, что это был последний раз, когда вы сюда пришли. Бывшая «крыша» ушла молча. Савада вновь остался один. Или не один… — Молодец, Тсуна! Ты заставил меня гордиться тобой, — выпрыгнул из едва не покромсанной картины Реборн. — Угх, и тут ты! — схватился за голову Савада. — Не волнуйся, они больше не придут. Никто не посмеет перечить Вонголе. Зато ты заслужил бонус. — Единственные бонусы, которые я от тебя когда-либо получал — пытки, гордо величаемые дополнительными тренировками. — Одно другому не мешает, — хмыкнул Реборн, усмехаясь. Или насмехаясь, сложно было понять. — Маман уже собрала вещи. Мы отправляемся в круиз на экзотический остров. К тому же я хотел бы тебя кое с кем познакомить. — Что? Погоди, — запротестовал Савада. Сразу столько мыслей и вопросов появилось в голове. — Маман заслужила отдых, разве нет? К тому же у тебя всё равно выходные. — Знаю, но… Я бы хотел вернуться в Намимори к пятому числу, — строго просил Савада. — Важный день? — понимающе посмотрел на него Реборн. — Очень. «День рождения Хибари». Кёя сам не говорил, от него личной информации под пытками не получишь. Зато Тетсуя однажды удачно проговорился. Савада долго думал, что бы ему такого подарить, чтобы наверняка понравилось, но все идеи в итоги сводились к одному — лучше хорошей драки ничего не получится. Так Савада оказался на круизном лайнере. Всей большой семьёй. Семьёй Вонгола. Кроме Фууты, который частенько пропадал подолгу.

* * *

«Мафиялэнд, значит?» Савада смотрел на гигантскую физиономию Реборна с подвешенной к ней надписью «Добро пожаловать, Реборн». Без тени стыда и совести он сверкал в лучах славы, показывая Саваде, насколько популярен, при этом отказывая всем. Завершив регистрацию, предоставив пригласительное письмо Девятого, любезно переданное Реборном, Савада предался отдыху на пляже. Ребята были слишком шумными, но помимо них гама хватало, потому вполне можно было расслабиться. Пока Реборн не усыпил и не утащил в неизвестном направлении. — Просыпайся, кора! Саваду жестоко разбудили ударом маленькой, но безумно сильной ноги. Настолько сильной, что, не успев очнуться, Савада ещё о стену в полёте приложился. — Что за?! — откашлявшись, пытался он оправиться от шока. Даже Реборн его так никогда не будил, хотя, было дело, разок шокером ударил, когда совсем просыпаться не хотел. Перед Савадой, рядом с Реборном, стоял младенец в военной форме, бандане и соколом на голове. В руках малыш держал уменьшенную версию противотанкового ружья. Голубая соска той же формы, что у Реборна, говорила о явной связи младенцев. «Аркобалено», — вспомнил название Савада. — Так как Реборн плохо справляется со своей задачей, теперь тренировать тебя буду я, кора. «Я же говорил, что это будет очередная тренировка». — Я самый лучший репетитор, — достал пистолет Реборн, поправляя дулом шляпу. — Ты нужен чисто для разнообразия. — Только поэтому ты проделал такой путь? — Я проделал такой путь, потому что Девятый пригласил. А ты просто под рукой оказался. Савада сидел и молча следил за перебранкой, перешедшей в какой-то момент в стрельбу, а после в совсем детское бодание лбами. — Так понимаю, вы не друзья, — в какой-то момент, совсем расслабившись, произнёс он, за что поплатился двумя отпечатками маленьких ног на своём лице. «Так быстро!» — Конечно нет, глупый Тсуна. — Я его просто знаю, — добавил второй младенец. — Человек, который будет тебя тренировать, бывший член итальянских боевых подводных войск «Комсубин», Колонелло. — Не волнуйся, кора. Я натренирую тебя так хорошо, что Реборн не сможет тебя подловить ни одной своей уловкой. — Странно это слышать от человека, до сих пор на них попадающегося. «Если они вновь начнут драться, у меня будет шанс тихонечко отсюда сбежать». — Даже не думай, — резко обернулся в его сторону Реборн, — ты у меня под прицелом. Тренировка только началась, а Савада уже готов был взмолиться о пощаде. Если бы тренировал один Колонелло, было бы проще в разы, хотя и жёстче, чем с Реборном, по-военному строго. Однако нескончаемое соперничество между младенцами на самом деле превращало жестокую тренировку в самую настоящую пытку с регулярным избиением беззащитного. Настолько слабым Савада не чувствовал себя никогда. «Всё-таки нужно было бежать, — сожалел он. — Даже застрели меня Реборн — в режиме предсмертной воли это было бы даже чуток проще». — Перерывы в вашей «тренировке» предусмотрены?! — с трудом вставая на колени, пытаясь подняться с земли, вопросил Савада. Но ему не суждено было получить ответ на свой вопрос: подъехал поезд. Его наличие Саваду не удивило, так как он успел приметить рельсы, оценив обстановку, когда только очнулся. Из вагона вышли трое: Хаято, Такеши и Рёхей. — Что вы здесь забыли, ребята? — Я так вдохновился твоей экстремальной тренировкой, что аж воспылал! — заорал Рёхей, вынуждая Хаято, стоящего рядом, заткнуть уши. — Выглядело интересно, — рассмеялся Такеши. — Я не мог не поддержать Десятого! — отвлёкшись от ругани в сторону боксёра, сообщил Хаято, едва ли не виляя несуществующим хвостом. «Совсем дурные? Они что, не видели, что здесь творилось?» — Вместе веселее, кора. Встать в шеренгу, рассчитайсь! — поставленным командным голосом приказал Колонелло. Хотя тренировку иначе как спартанской было не назвать, с друзьями она и правда проще проходила. Особенно заметно чувствовалось за счёт того, что внимание двух обезумевших тренеров не было сконцентрировано на одном Саваде. Также удалось взглянуть на будущих хранителей с другой стороны, более серьёзной и сильной. Их навыки определённо были выше среднего. Не профессионалы — но они находились в самом начале жизненного пути, чтобы можно было требовать большего. И росли очень быстро, как и их потенциал. Такеши то и дело поглядывал на пустышку: больно цвет её напоминал пламя Дождя. Рёхей проникся непробиваемым уважением к Колонелло. Хаято же единственный, кто непрерывно ворчал, недовольный тем, что приходилось тренироваться в компании идиотов. С какой-то стороны и правда было весело. До тех пор, пока вновь не подъехал поезд. На этот раз вышел тот, о ком Савада давно успел позабыть, как о вопросе решённом. «Этот идиот и правда из мафии», — ужаснулся он уровню деградации мафии. До конца не хотелось верить, что этот парень имел к ней отношение, несмотря на все уверения. Но реальность была жестока. — Мир вам, земляне! — чрезмерно радостно поприветствовал присутствующих Лонгчемп. — Савада-чан, давно не виделись! «Изыди, нечистая сила…» — Что ты здесь делаешь? — Полигон создан не столько для тренировок, — встрял в разговор Реборн, — сколько для проверки провинившихся мафиози. Своего рода второй шанс для них. Так что, очевидно, что он что-то совершил. — Весь мой багаж исчез, — словно ничего плохого не случилось, всё так же весело говорил Лонгчемп, — так что я потерял мой пригласительный! А моя девушка, с которой я прибыл, оказалась шпионкой из семьи Калкасса и встречалась со мной лишь из-за этого! «Девушка? Не дай Мария Пресвятая ему на самом деле кого-нибудь найти. Дай ему хотя бы повзрослеть душой и головой. Головой особенно». Словно выждав подходящего момента, обсуждаемая семья начала атаку. Военные корабли подошли с берега, где отдыхало большинство людей. Нана с детьми успела укрыться. Поразительно, но она восприняла нападение, как очень оригинальную игру, словно включив «режим Ямамото». Савада и компания последовала в укрытие со всеми. Реборн разъяснил ситуацию за семью Калкасса: жадные, агрессивные представители мира мафии, которые не ведают покоя, потому и блаженный остров им не сдался. В тот день Савада впервые увидел, как засветилась пустышка на шее Реборна. Как и вторящая ей пустышка Колонелло. Тогда же узнал, что то была реакция на приближение другого Аркобалено. Остров должен был быть защищён ото всей внешней агрессии, потому своей армии на нём не было. А так как на нём отдыхало множество мафиозных семьей со своими взглядами, о сплочённости не могло идти и речи: каждый хотел занять лидерскую позицию в контратаке. — Что ты будешь делать, Тсуна? Было слишком очевидно, что не найдись сильный и влиятельный лидер, которому никто бы не посмел перечить, битва была бы проиграна ещё до её начала: все бы перебили друг друга и без помощи Калкасса. — Вернее, что ты хочешь, чтобы я сделал? — поправил его Савада, укоряя взглядом. Реборн лишь довольно хмыкнул: — Тебе ведь не впервой. — Я знал, что пожалею. Но не думал, что таким образом, — произнёс он, подходя к главному входу — огромным дверям, — словно поднимаясь на сцену. На острове находился только один такой человек, способный предотвратить междоусобицы и повести за собой армию тёмного мира. Однако раскрыв себя здесь, так, Савада бы официально признал и представил себя миру мафии как наследника. Перевязав растрепавшийся за время тренировки хвост, глубоко вдохнув, постояв немного с закрытыми глазами, он громко произнёс, чтобы все в зале услышали: — Я — десятый босс Вонголы. Я стану во главе нашей отвратительной армии, которая предпочитает грызть друг другу глотки, а не сражаться с настоящим противником. — Что за?! — Он Десятый? — Следующий босс Вонголы? — С ним Реборн, он бы в этом лгать не позволил. — Сам крёстный отец. Общий гомон сменился на удивлённые перешёптывания. — Тогда проблема с лидером решена, — спокойно произнёс один из верзил. — Традиций, законов, размера и силы, неважно чего, ни у кого нет больше, чем у Вонголы, — пояснил лидер одной из семей. — Все следуем за Десятым Вонголой, — разнёсся дружный рёв. Толком драться не пришлось: всё решил Реборн, весьма оригинальным способом победив Аркобалено, стоявшего во главе вражеской армии — Скалла. Даже гигантский бронированный осьминог не стал проблемой. Зато от других членов мафии удалось услышать, кто же такие Аркобалено. Вернее, кем они считаются среди мафии, — семь сильнейших младенцев. И если насчёт силы Колонелло и Реборна сомневаться не приходилось, Скалл на их фоне выглядел откровенно жалко. Всё прошло настолько быстро и без его участия, что Савада в очередной раз пожалел, что пошёл на поводу у Реборна: ничего бы не изменилось, не представься он остальным семьям. Теперь же о нём знали все. «Хорошо хоть имя своё не произносил. Авось пронесёт. О моём существовании, судя по инциденту в "Лавке", знали уже без того». — Похоже, стадия принятия прошла успешно, — как только жизнь на острове вернулась в прежнее русло, заговорил Реборн. — Умолкни, — буркнул на него Савада. — Мне всё ещё это не нравится. После встречи с Дино Саваде стало немного проще. Неприязнь к мафии никуда не исчезла, но её существование и свою принадлежность к ней принять было уже проще. После встречи с Девятым Савада глубоко в душе смирился с ролью босса, брыкаясь больше по привычке, нежели от лютой нелюбви. Нужно было ещё немного времени. Ещё немного — и он бы был готов строить планы и обдумывать, как с обретённой силой можно было бы сделать мир лучше. Как можно было бы перевернуть мафию верх дном без лишних жертв. Новый мир. Мир, в котором Хаято, сидя в автомобиле, сказал бы прошлому ему, что они по-настоящему счастливы.

* * *

«Слишком быстро, — думал Савада. — Эти два дня пролетели слишком быстро». Всё тело ломило от боли после Ада, называемого «тренировкой». Даже просто шевелить конечностями было больно и дышать полной грудью. Но в этот день Савада не мог позволить себе лишний раз понежится в кровати, хотя Реборн дал законный выходной после успешно пройденного испытания. Всё потому, что был важный день — пятое мая. Для многих этот день был примечателен официальным праздником, Днём детей. Однако для Савады он не имел никакого значения. Школа была закрыта для посещения в выходные, но только там, что в праздники, что в будни, можно было встретить его. Не всегда сразу: территория школы была немаленькой, чтобы так просто можно было бы найти одного человека. В тот день Савада был особенно удачлив, отыскав его с первой попытки, как и ожидалось, в кабинете дисциплинарного комитета. — Привет, я ненадолго. В этот раз Савада не нарушал никаких правил, кроме как незаконного проникновения в школу. Делал он это не впервой, чаще всего из-за самого Кёи, потому тот смотрел на это сквозь пальцы. Иногда. В руке Савада держал упакованный подарок с фиолетовой ленточкой. Умудрился найти упаковочную бумагу с облаками. Он протянул его Кёе. — С днём рождения! — произнёс он в меру энергично, чтобы не разозлить кровожадного друга. — Тебе вроде нравилась эта серия, — произнёс он, когда Кёя развернул подарок. — Я хотел устроить спарринг в честь твоего дня рождения, но тренировка с двумя Аркобалено окончательно вымотала. — Взгляд Кёи дрогнул. — Там, к слову, ещё третий был, — заметив заинтересованность, добавил Савада. — Какого цвета были их пустышки? — следом задал Кёя вопрос. «Аркобалено — радуга. Их пустышки цветов радуги? Как пламя предсмертной воли». — Голубого и фиолетового. — А, ясно, — тут же потерял интерес Кёя. — Осталось четыре. — Кёя опять вопросительно на него глянул. — Мне осталось встретить ещё четырёх Аркобалено, если я не ошибаюсь. Солнце, Облако и Дождь я видел. — На Облаке Кёя непроизвольно навострил уши, помня, что так называл его пламя Савада. — Остались Туман, Гроза, Ураган и Небо. — А по цветам? — решился вновь спросить Кёя. — Кр… — прикрыл он рот на мгновение, понимая, что едва лишнего не взболтнул. — Какие цвета у оставшихся? — Туман цвета индиго, Гроза зелёная — не только Небо с цветом подвело, — усмехнулся Савада, а Кёя почти с нетерпением ждал следующего цвета. Он уже знал, но важно было услышать. — Ураган — красный. А с Небом ты уже знаком. Савада внимательно следил за Кёей краем глаза, стараясь не выдать себя. Легко было понять, Аркобалено с какой пустышкой его так интересовал. «Если я спрошу Реборна, он расскажет мне о нём? Не похоже, чтобы он горел желанием говорить на эту тему. Неважно. Потом. Теперь я наконец-таки могу отдохнуть…»