Художник, что рисует смерть

В парке редко кто гулял в тёмное время суток. Разве что собак выгуливали, но в основном делали это в восточной части, потому Савада сразу направился в западную. Добежал до места без передышки даже не запыхавшись — спасибо тренировкам. Понял, что и правда чувствовал себя иначе, перестав так сильно себя загружать. Постоянный режим предсмертной воли не позволял расслабиться, а тренировался Савада всегда до последнего. Сейчас же у него оставались силы. И он готов был встретить врага. Остановившись в тени дерева, прислонившись к стволу, он достал мастихин, готовясь использовать его в любую минуту. Реборн наблюдал рядом. «Три цели, — почувствовал Савада, прислушиваясь. — И трое гражданских поблизости — нужно сменить место, пока атака не началась», — стоило ему подумать, как раздался чей-то крик, а неподалёку упало тело в чёрной одежде. Лицо человека было скрыто. Ещё один пал от одного удара второго «гражданского». Третьего же задело взрывом. «Не слишком ли быстро он им сообщил?» — Хранитель Солнца семьи Вонгола и лучший ученик Колонелло, Сасагава Рёхей, прибыл!!! «Он хотя бы сам понял, что только что произнёс?» — засомневался Савада. Он считал Рёхея самым слабым. Да что уж там, Рёхей и был самым слабым из хранителей, не считая Ламбо. Лишь потому, что Ламбо был маленьким ребёнком. А объяснять что-либо Рёхею всегда было делом неблагодарным. — Простите за задержку, Десятый! — Ты в порядке, Тсуна? — Я полагал, — кивнув, заговорил Савада, — что он собирался удостовериться в вашей безопасности, а не пошлёт мне в помощь. «Мне защита не нужна», — хотел он продолжить, однако Мукуро успел опередить его мысли. — Не будь так самонадеян, Савада Тсунаёши. — Ей богу, стукну, — пообещал Савада, на что получил лишь смешок. — Не расслабляйся, большая рыбка на подходе, — напомнил Мукуро. — Сам чувствую. Под тяжёлым шагом раздался хруст ветки — противник не думал скрываться. — Так это вы сделали? — явился рослый мужчина с цепочкой-пирсингом свисающей с губы. Из-за широкой спины виднелись восемь рукоятей. — Кто мой противник? — Я вместо него. Поверь, не разочарую. — Тогда я уничтожу тебя первым. — Мужчина потянулся к верхним двум орудиям. «Ещё враги. Подкрепление?» — Остановись Леви! Не трави их лишь по своему усмотрению, — остановил товарища манерный по голосу мужчина в тёмных очках и яркой причёской. Блондин шестнадцати лет с диадемой стоял по другую сторону от механизма, внутри которого тоже чувствовалась жизнь. В нём Савада признал упоминаемого Реборном принца-Потрошителя. Младенец, очень напоминающий Аркобалено, встал возле грозового мужчины. Савада не мог убедиться в его принадлежности к семёрке сильнейших, так как пустышка Реборна не засветилась. Позади первой пятёрки в темноте стояли ещё двое. Один из них должен был быть… — Врой! Как вы посмели обхитрить меня, вы, куски мусора?! — Мы тоже безумно рады видеть тебя, Суперби Скуало, — надменно поздоровался Савада. — Сдохнуть хочешь, мелкий? «Сражаясь со всеми разом, мы вряд ли выстоим. Нужно как-то их разделить. Где Йемитсу с Базилем носит? Они были бы сейчас очень кстати». — Кто из вас обладатель кольца Дождя? — Скуало смерил взглядом Такеши и Хаято. В первой битве против него они оба использовали пламя Дождя, хотя Хаято просто зажёг всё разом на эмоциях. — Я. Такеши стоял твёрдо и смотрел уверенно. Никогда ранее он не относился к битвам серьёзно, сражение мечом было своего рода развлечением. Однако путь меча был у него в крови, потому проигрыш другому мечнику сильно задел его. Скуало стал целью. Настолько разгорелось желание сравняться с ним, что ради оттачивания боевых навыков Такеши пропустил несколько тренировок по бейсболу. — А, ты. Пять секунд. Я разрублю тебя ровно за пять секунд. Такеши нахмурился, но не дрогнул. Он хорошо помнил свой бездарный проигрыш. И он делал всё возможное, чтобы такого больше никогда не повторилось. Савада чувствовал это. Видел, что Такеши стал сильнее. Но был у него шанс против Скуало? Нет. В этом Савада был однозначно уверен. — С дороги, — послышался низкий охриплый голос. Скуало и Леви бесцеремонно оттолкнули в стороны. Вперёд вышел юноша с множеством шрамов. Не только на лице. Небрежно спущенный галстук и расстёгнутые верхние пуговицы позволяли видеть шрамы и на груди. Савада был уверен, что ими было покрыто всё тело. Он мог даже предположить их природу. На плечо с чёрных волос свисало украшение из хаотичной смеси перьев, полосатого хвоста и верёвок с цветными бусинами. — Никогда не думал, — заговорил Реборн, — что день, когда я увижу его снова, когда-нибудь наступит. Занзас. Юноша смерил взглядом хранителей Савады, задержавшись взглядом на нём самом. От него бросало в дрожь. Хаято и Такеши замерли, не в силах сдвинуться с места. Всепоглощающие ярость и жажда разрушения. Одной только аурой он способен был раздавить как тараканов слабаков, посмевших встать на пути. «Плохо дело. Такой противник не даст так просто уйти. Если он способен видеть сквозь иллюзии, то уловки Мукуро тоже будут бесполезны». Савада переглянулся с напряжённым Мукуро. Оба понимали проблему. Оба прокручивали разнообразные планы отступления — ни один не заканчивался без жертв. Казалось, вокруг Занзаса даже воздух накалялся. «Пламя Ярости!» — Хаято-кун, мне нужно твоё пламя Грозы! — приказал Савада, уповая на чудо, создавая тут же палитру в руке. Мукуро быстро что-то зашептал на ухо Хаято. Тот сконцентрировался, зажмурив глаза. Слабое, но пламени Грозы, Дождя и Солнца загорелись вместо красок. Мукуро на всякий случай добавил своё. Всё происходило очень быстро: потеря хотя бы доли секунды времени грозила смертью. — Савада Тсунаёши… — удушающая жажда убийства сквозила в голосе Занзаса. — Быть не может, босс, ты собираешься использовать это?! — с ужасом воскликнул мужчина с цветными волосами. — Ты планируешь и нас угробить?! — не скрыл страха и Скуало. — Плохо дело! Бежим! — видел единственный выход Реборн. — Не успеем. Савада мог надеяться только на пламенный щит. Одного его пламени было мало, тем более без кольца и гипер-режима. Пламя Грозы должно было укрепить щит, а пламя Дождя могло немного уменьшить силу атаки. Однако даже так, с возрастающим давлением пламени Ярости противника им не дано было отделаться лёгкими повреждениями. — Умри. Савада не успел взмахнуть мастихином, раскидывая трёхцветный барьер. Как не успело загореться пламя в руке Занзаса. «Кирка?» Все взгляды были направлены на рабочий инструмент. Ощущение угрозы немного утихло, но напряжение не думало спадать. — Довольно, Занзас. — В стороне стояли трое: Мужчина в строгом чёрном костюме, Базиль и Йемитсу впереди них. — С этого момента я принимаю ответственность за всё происходящее. — А ты несильно торопился. Савада немного расслабился, не гася пламя. Не похоже было, чтобы он собирал своих людей в подмогу, учитывая всего одно незнакомое лицо в его свите. Значит, причиной задержки послужило что-то другое. — Что ты здесь делаешь? — не без агрессии спросил Скуало, угрожая мечом. — Занзас, — строго произнёс Йемитсу, глядя прямо в глаза, — один из твоих подчинённых осмелился поднять оружие на меня, внешнего советника? Занзас смолчал, лишь ещё сильнее нахмурившись. Диалог продолжил Скуало: — Не вмешивайся, Йемитсу! Не ты ли слабак, который только и может убегать? — Да как вы смеете! — вспылил Базиль, также взявшись за оружие, но Йемитсу успел его остановить. — Я не убегал. Я ждал ответа от Девятого. С одобрения Девятого я расследовал вашу деятельность. В процессе я послал ему сообщение с вопросом, и приказ, который, как я полагаю, и есть его ответ, только что прибыл, — продемонстрировал он два свёртка. — Внешний советник? Я никогда не слышал. Что происходит? — заволновался Хаято. — Внешний советник — это должность отца Тсуны, — ещё больше шокировал парня Реборн. У Хаято едва ноги не подкосились от такой важной информации. — Он Вонгола, но в то же время нет. Обычно он находится в тени, но когда в семье наступает кризис, то его полномочия становятся по силе на второе место после босса. И внешний советник обладает правом голоса в выборе наследника. Другими словами, власть передавать половинки колец Вонголы. «Вот почему он не может стать боссом. Он и так уже практически босс, а выбрать самого себя в наследники вряд ли какая власть даст право». — Не получишь обе половинки, не сможешь стать боссом, — продолжал Реборн. — Большая редкость для босса и внешнего советника выбрать разных наследников. «Тем более когда Девятый уже определился с выбором». — Савада-доно, — подошёл Базиль, протягивая одно из запечатанных писем, — прямой приказ Девятого. На распечатанном письме горело пламя Неба. Оно должно было подтверждать подлинность приказа. Текст в письме был на итальянском. — Десятый? — неуверенно спросил Хаято. Прочитав всё, но не озвучив, Савада передал ему письмо, борясь с желанием порвать его в клочья. — Что там? Я не понимаю, — заглянул через плечо Такеши. — Если кратко, — заговорил Йемитсу, чётко и внятно переводя для семьи своего сына: — «До сих пор я думал, что единственный достойный стать наследником — сын Йемитсу, Савада Тсунаёши, и что я должен смириться с этим. Однако позже, так как конец моей жизни близко, моя интуиция обострилась, и я решил выбрать более достойного кандидата. Моего сына, Занзаса, он более достоин быть настоящим Десятым. Но будут люди, несогласные с этим изменением. Йемитсу отказался отдать кольца Занзасу. Однако я не намерен терпеть свару между членами семьи. Так что мы начнём традиционную битву Вонголы, чтобы ответить требованиям всех». Это значит, те, кто обладают одним видом колец, будут сражаться в битве один на один. «Йемитсу открыто не ставит под сомнение подлинность слов Девятого, но непохоже, чтобы он в них верил. Тогда и мне стоит повременить с расспросами и не распространяться о своих мыслях по этому поводу. Но один на один — это правило играет против нас. Шансы есть разве что у меня, Мукуро и Хибари-куна. Слабые умрут». — Было велено ожидать дальнейших инструкций. Была бы возможность доказать, что приказ — такая же фальшивка, как и подсунутые Йемитсу Варии кольца, битвы удалось бы предотвратить. Однако ему также следовало бы остаться здесь, проконтролировать ситуацию. В двух местах одновременно он быть никак не мог. Разве что мог оставить защиту сына на Дино и Реборна. В обычных условиях их руки были связаны, но нарушь Занзас и его люди прямой приказ — позволили бы действовать. Приказ — палка о двух концах. Вроде и защита от внезапного нападения, но в то же время лишь отсрочка неминуемой смерти. — Спасибо за ожидание. — Неизвестно откуда явились две девушки в масках, скрывающих глаза. Савада не почувствовал их приближения, ровно как не чувствовал их воли до сих пор. — В этой борьбе за кольца мы будем судьями. По глазам Йемитсу, как и членов Варии можно было понять, что видели они этих девушек впервые, однако Занзас оставался подозрительно спокоен. — Мы, Червелло, выступаем от имени Девятого. Во время Конфликта колец, пожалуйста, считайте наши решения, решениями Девятого. Девятый сказал, что это удовлетворит всех членов семьи. У вас есть возражения? — Девушки синхронно окинули взглядом присутствующих и остановились на лидере Варии. — Занзас-сама? — Молчание в ответ было воспринята за согласие. — Спасибо за внимание. «У меня есть возражения», — хотел возразить Савада. Не стал рисковать. Заикнись он о том, что Червелло явно отдают предпочтение Занзасу или что их что-то связывает, как его самого обвинят в предвзятом отношении. Скажи он, что ничего не знает об их организации — проявит свои слабые знания о семье, главой которой собирается стать. Савада до боли сжал кулаки. Он был в ловушке в любом случае. — У меня есть возражения, — недовольно произнёс Йемитсу. — Я никогда не слышал об организации Червелло. Как я могу доверить судейство кому-то из вас? — Возражение отклоняется. Мы служим только Девятому, и поэтому у тебя нет над нами власти. — Доказательство? — тихо, но достаточно слышимо произнёс Савада. — Как пожелаете, Савада Тсунаёши. Одна из Червелло бросила в руки Савады пожелтевший свиток. Более старый документ с негасимым пламенем Неба Девятого содержал всего одно предложение: «В случае непредвиденных обстоятельств или моей безвременной кончины оставляю заботу о кольцах Вонголы на вас, Червелло». Словно поднесли лезвие к горлу, предлагая Саваде самому мотнуть головой. Но страх показывать он не имел права: от него зависели жизни юных друзей. Оставалось только разозлиться, перекрывая опасное чувство. — Однако, похоже, вы уже сбросили меня со счетов, — сдерживая гнев, говорил он. — Да, Занзас-сама силён, — сделал он акцент на суффиксе, которым его посмели не удостоить, — не отрицаю, но и мы не лыком шиты. И ты, — повернулся к Скуало, — будешь несказанно удивлён, когда не сможешь зарубить моего хранителя Дождя ни за пять, ни за более секунд. — Ха-ха! — не сдержался Такеши. Он успел увидеть страх в Саваде, теперь же не чувствовал ни грамма. Очень быстро успел он преобразовать его в уверенность и ярость, воодушевляя. — Я просто не могу проиграть тебе дважды. — Такеши шагнул вперёд, улыбаясь, кладя меч тупой стороной на плечо. — Жду не дождусь нашей битвы. Давай постараемся оба. — Ты совсем больной? — опешил Скуало. Савада тоже немного растерялся, благо у него хоть какой-то иммунитет был к логике Такеши, ломающей мозг нормального человека, непривыкшего к ней. — Ну, есть у него свои странности, — еле слышно признал Савада, закрыв один глаз рукой, устало вздыхая. — Урою любого! — Хаято не позволил Такеши быть единственной звездой начавшегося шоу. Подбросив три динамитных шашки, поймал их между пальцев. — Просим прощения за нашу неучтивость, Савада Тсунаёши-сама, — исправились Червелло. — Мы ни в коем случае не желали никого оскорбить. — Место проведения боёв, — вернулась девушка в обсуждению Конфликта, — средняя школа Намимори. Остальные детали вы узнаете позже. «Какой логикой они руководствовались?» — Мы будем ждать вас завтра в одиннадцать часов вечера. До свидания. Червелло сбежали слишком быстро, умело предотвращая любые расспросы. Прежде чем развернуться и уйти, Занзас глянул на Саваду с презрением и ненавистью, не скрывая желания убить. Савада же взглядом спрашивал: «Что ты сделал с Девятым?». Занзас обладал неплохой интуицией, чтобы усмехнуться в ответ, поняв мысль молчаливого собеседника. «Сволочь!» — Савада зажёг в правой руке пламя Ярости, но вовремя погасил его, резко сжав кулак. — Похоже, на сегодня всё, — заговорил Реборн. — Идите по домам и хорошо отдохните. Завтра важный день.

* * *

— Похоже, твоя власть не абсолютна, — после ужина, умывшись и расположившись на футоне, завёл разговор Мукуро. — Тебя предали, разве нет? — Нет, — уверенно ответил Десятый. — Кто бы ни написал это письмо, — косо глянул он на документ, поставленный Реборном в рамку, — это был не Девятый. Восемь лет назад Занзас пошёл против Девятого, собираясь свергнуть его. Девятый не убил его только потому, что слишком любил. Я могу его понять, я сам отец. Был отцом, — добавил, опустив голову. — Мягкотелый босс мафии? И на нём держится весь мафиозный мир? — А я ещё мягче, вот незадача? — слабо улыбнулся Савада. — Я попросил Йемитсу выяснить, что с Девятым, но, боюсь, его уже нет в живых. А значит, сразу после завершения Конфликта, мне придётся стать во главе. — Ты так уверен в победе, несмотря на то, что противопоставить противнику нам нечего? Ты и я ещё сможем справиться. Возможно, Хибари Кёя тоже, смотря какой противник ему попадётся. Как минимум нужен ещё один. На кого ты сделаешь ставку? Или и вправду веришь в победу Ямамото Такеши? — Не знаю, — признался Савада, спиной падая в объятия кровати. — Я не знаю, как мы выпутаемся, но знаю точно, что в будущем всё будет хорошо, — вспомнил он свой предыдущий скачок. — Возможно, мне стоит присмотреться к Хаято-куну? Не знаю насчёт остальных, но десять лет спустя он будет жив-здоров. Вария с проигравшими церемониться не станет, значит, он либо победит, либо я не позволю ему сражаться. — У тебя не так много времени на раздумья. — Знаю. «Заглядывать в будущее, наверное, плохая идея, но я хочу быть уверен, что никто из них не умрёт», — думал Савада, засыпая, оставив исполнение плана на следующий день. Ночь прошла спокойно. Беспокойный сон на этот раз Саваду не разбудил. Хотя шоколад был приготовлен заранее, Мукуро смотрел на него с грустью: привык использовать даже свои слабости, манипулируя Савадой. Теперь же из-за всей суматохи он отошёл далеко на второй план. Светлое будущее? Савада пытался убедить, что мафия не безнадёжна, пытался поверить сам. Мукуро же вновь увидел обратное. Он не видел того будущего, о котором говорил Савада. Его не было там. И веры в нём не было. Поддерживало одно любопытство.

* * *

День начался с завтрака, продолжился тренировкой в горах. Сражаться с Базилем в гипер-режиме было во много раз проще, нежели в обычном режиме предсмертной воли. Управлять пламенем и своими движениями выходило так естественно и легко, словно дышать. На вопрос Савады, готов ли он перейти к следующему этапу, Реборн кивнул, довольно улыбнувшись. Справившись с контролем режима, умея давно управлять пламенем, Савада получил преимущество перед изучением техники Первого. Оставшиеся дни планировалось провести в разминочных боях и осваивании Прорыва точки нуля. К ужину успели вовремя, несильно устав. «Можно было задержаться и уже сегодня попробовать технику», — раздосадовано думал Савада. Мукуро задержался за столом, о чём-то мило беседуя с Наной. Он был прекрасным собеседником, когда говорил без сарказма и колкостей. Нередко помогал с посудой. Дело было вовсе не в любезности: Мукуро втирался в доверие, планируя в будущем использовать эту связь с самим дорогим Саваде человеком, если сам Савада посмеет его разочаровать. Но в будущем всё было хорошо. Насколько конкретно всё было ладно, оставалось тайной. Однако взрослый Хаято улыбался. По его словам, они были счастливы. Оставалось разузнать: все ли? «Личных билетов» в будущее оставалось всего три, один без сожалений можно было использовать. Оставив на столе пустой лист бумаги и ручку, Савада запнулся о нижний ящик стола. Там он хранил чужой пропуск с несуществующей ещё датой. «Наверное, стоит прихватить с собой. Попрошу Хаято-куна передать». Дым ещё не рассеялся, но Савада уже услышал, что покинул пределы дома. Прекрасная музыка заполняла тёмный зал, полный людей. Пальцы взрослого Хаято, одетого в непривычный фрак, изящно и ловко перемещались по чёрно-белым клавишам, создавая нечто нереальное и восхитительное — сердце замирало. «Он меня послушал, — перехватило дыхание. — Он не зациклился на мафии!» — Счастье заполнило душу. Под попой что-то внезапно завибрировало, отчего Савада невысоко подпрыгнул, чуть не вскрикнув. Внизу экрана во всё плоское небольшое устройство подпрыгивал зелёный значок, вызывая недоумение. Чей-то палец справа провёл по зелёному значку вверх и на экране появился текст под заголовком «Напоминание». Экран светил очень ярко в общей темноте. По правую руку улыбнулся Такеши, кивнув. Савада подарил ему ответную улыбку и принялся читать. Сообщение гласило: «Не бойся отпускать их в бой, они способны за себя постоять. Верь в них! Ради их же будущего». «Но кого мне безопасно отпускать в бой? Не может быть, что всех! — заволновался Савада, не увидев самой важной информации. — Неужели ты не скажешь?» — спрашивал он у будущего себя, который уже никак не мог ответить. — Прошу прощения, — тихо обратились сзади на итальянском, — не могли бы вы выключить телефон. Подсветка слишком яркая. — Да, конечно, извините. Савада обернулся, чтобы искренне извиниться, глядя в глаза. В итоге оба удивлённо переглянулись. Белые волосы, светло-сиреневые глаза — такого человека сложно было с кем-либо спутать. — Телефон, — напомнил он, коротко указав пальцем. Запаниковав, не зная, как выключить устройство, так непохожее на телефон из настоящего, Савада просто-напросто перевернул его экраном вниз и сел на него, краснея от смущения. Так неловко он не чувствовал себя никогда. Тихий смех Такеши ничуть не способствовал успокоению. «А, точно!» — вспомнил Савада. Порывшись в кармане, достал пропуск. Обернувшись, протянул его владельцу, произнося тихо-тихо: — Боюсь, уже не актуально, но простите за доставленные неудобства. Бьякуран странно посмотрел на него, затем ещё более удивлённо на фотографию и подпись. — Забавная шутка, — улыбнулся он, протягивая пропуск обратно Саваде. — Я никогда не был в этом университете. Думал когда-то поступить туда, но в итоге выбрал другой. Откуда это у вас? Савада взял пропуск ровно в тот момент, когда Бьякурана скрутила острая головная боль, потому он сжал пальцы сильнее, не в силах отпустить. — Вы в порядке? — забеспокоился Савада. Не понимая, что происходит, он позабыл разжать пальцы сам. — Я знаю тебя, — не заботясь более о тишине, странно заговорил Бьякуран, словно робот, считывающий информацию. — Я видел тебя раньше. В том университете. Ты… — Вновь зажмурился от резкой боли. — Твоё имя, — Бьякуран смотрел на Саваду, но видел не его, не того его, — Са-ва-да Тсу-на-ё-ши, — произнёс он по слогам, внезапно отпуская пропуск. Вновь окутала дымка. Савада не понимал, что с ним, но всё тело дрожало, а в глазах застыл ужас, словно произошло что-то плохое. Что-то в разы хуже, нежели нападение Варии. Дышать было тяжело, а в висках пульсировала всего одна мысль: «Что это было? Что только что произошло?» — Неважно выглядишь, — привлёк к себе внимание Реборн, попивающий чай из маленькой чашки, сидя на столе. — Узнал что-то не то? Кто-то проиграет? — Нет. Не знаю… — добавил неуверенно, постепенно приходя в себя. — Ты когда-нибудь испытывал страх без причины. Не просто мелкое волнение, а такой, что ноги подкашивал и пробирал до самых костей? Ни с того ни с сего. — Нет, не сталкивался. Ещё ни одно предчувствие не выбивало у меня опору из-под ног, и я всегда знал, откуда ветер дует. — Посмотрев внимательно ещё не до конца отошедшего от шока ученика, добавил: — Забывать это чувство не стоит: твоя интуиция особенная, хотя зарыта глубоко, однако сейчас тебе необходимо сконцентрироваться на проблеме насущной, если твой необъяснимый страх с ней никак не связан. И выпей, — кивнул он на кружку рядом с листом бумаги, — у тебя получается заваривать неплохой чай. «Я заварил? — Савада поднёс кружку и принюхался. — Успокаивающий сбор», — признал он запах своего особого травяного чая. Всех ингредиентов в доме не было, потому появиться он мог только из будущего: будущий он специально прихватил его с собой — не стоило беспокоиться о проделках Реборна. Савада улыбнулся отпивая. На листе бумаги прочитал: «Тебе просто надо успокоиться, чтобы наблюдать проще было. Не волнуйся, всё будет хорошо. Главное, сдержи порывы и не вмешивайся». — До последней капли, — чокнулся чашкой о кружку Реборн. — Ты мне нужен спокойным и уверенным. — Верно. Савада залпом осушил кружку. Аромат у чая был восхитительным, но в холодном виде пить его было до невозможности противно. После же того, как закружилась голова, Савада понял, что обманул себя. Попался на трюк, которым пользовался в прошлой жизни: затмил вкусом безобидного успокоительного настоя что-то ещё. Чаще то были яды, которые сочетались с травами, но в этот раз обошлось безобидным снотворным. — Ты ведь не успокоишься, пока всё не закончится, верно? Реборн спрыгнул со стола и покинул комнату.

* * *

Савада очнулся, лёжа на полу. В темноте, пытаясь встать, опёрся о что-то гладкое. По форме понял, что то был пропуск. Глядя во тьме на очертания, прекрасно зная содержание, Савада мысленно настраивал себя: «Решаем проблемы по мере их поступления». Проблема с Варией стояла на первом месте. И, к ужасу Савады, он опаздывал на первый же бой! Выбежал из дома пулей, не успев даже посетовать о том, как подло он сам с собой поступил. Добраться до школы без проблем не удалось: на пути встретил двух одноклассниц, Кёко и Хану, направляющихся туда же. Савада никак не мог допустить, чтобы они увидели, что могло там твориться. В битве с Варией, может, и была возможность одержать победу, но не без кровавой жертвы. Тем более девушки не находились под защитой приказа Девятого — их могли запросто устранить как ненужных свидетелей. — Вы двое, совсем сдурели так поздно по ночам гулять? Вы время видели?! — Но Колонелло пропал! — обеспокоенно говорила Кёко. — Он говорил, что хочет посмотреть на школу. «Колонелло? О чём он только думал?» — Я его поищу, а вы немедленно возвращаетесь по домам! — повысил Савада голос. — В отличие от вас, я смогу договориться с Хибари-куном, если пересекусь, а вас он жалеть не станет. Всё ясно? — спросил максимально строго. — Да. Извини за доставленные неудобства, — поклонилась Хана. — Я побуду с ней, пока этот Колонелло не вернётся. А потом отшлёпаю за то, что заставил мою подругу волноваться. — Вот и чудно. А теперь идите, — приказал. Немного мягче добавил: — И будьте предельно осторожны по пути домой, время, в конце концов, не детское. Убедившись, что девушки развернулись и пошли обратно, Савада выдохнул и продолжил бег. После небольшой заминки внезапно вновь охватило волнение. Хотя будущий он убеждал, что волноваться не о чем, никак не удавалось унять дрожь, всего на мгновение потеряв концентрацию. Как будто что-то изменилось. За воротами было темным-темно и подозрительно тихо. Ровно до тех пор, пока Савада не ступил на территорию школы. «Иллюзия?» — легко было предположить. Червелло позаботились о том, чтобы не привлекать внимание посторонних. Дикий крик раздался со стороны необычного ринга, куда поспешил Савада. Там же были все остальные. — Хм, — своеобразно поприветствовал Реборн, — не тебя я собирался увидеть. — Где же она, кора. Я чётко сказал, что буду в школе. — Да о чём ты вообще? Ты серьёзно хотел, чтобы Сасагава Кёко увидела Рёхея в таком состоянии?! — вспылил Савада. Ему было страшно смотреть на окровавленные руки и ожоги на мускулистом теле. И самое ужасающее — на противнике, мужчине в тёмных очках и цветными волосами, не было ни царапины. «И я говорил себе не вмешиваться?!» — Кёко должна была придать сил Сасагаве, помочь ему преодолеть свои пределы, — пояснил за Колонелло Реборн. «Не вмешивайся», — эхом прозвучало в голове. Но в итоге он вмешался. Всего одну мелочь изменил. Зато стало ясно, отчего так внезапно страх накатил. «Я всё испортил. Я должен был быть здесь либо с самого начала, либо прийти позже, чтобы всё сложилось. Неужели я напутал с дозировкой?» — Она не придёт, — могильным голосом произнёс он. — Я встретил её по пути и наказал возвращаться домой. — Тогда плохо дело. У нас большие проблемы. «Ничего не поделаешь, — стиснул зубы Савада, доставая мастихин. — Не прощу себе, если он умрёт». Остановился, когда Мукуро коснулся его плеча. — Твоё кольцо слишком ценное, — напомнил он. — Хочешь вмешаться, сделай это грамотно: используй того, кого в бой в любом случае не отправишь, — кивнул в сторону спящего Ламбо. — Верно. Спасибо, — бросил Савада, бегом направляясь к ребёнку. — Хаято-кун, кольцо Грозы! — махнул он рукой. — Э? — не сразу сообразил Хаято, но одного грозного взгляда босса хватило, чтобы понять. — Понял! Хаято подбросил своё кольцо, пока Савада стрелял из базуки. Поймав его, Савада тут же передал его повзрослевшему Ламбо, не спрашивая, может ли он вообще им пользовать: должен был уметь! Вопрос, почему же у него не было своего кольца, затмили волнение и решимость спасти из клетки Рёхея. — Молодой Вонгола? — Спаси Рёхея! Не вступай в бой, просто вытащи его! — Эх, вот же ж, — разочарованно протянул Ламбо. Однако надел на голову рога и зажёг пламя. Плотное пламя грозы без проблем разрезало металл. Противник Рёхея на время замешкался, не ожидая подобного грубого вмешательства, что дало Ламбо шанс беспрепятственно подобрать избитого Рёхея и покинуть поле боя. — Вот, — произнёс Ламбо, положив Рёхея на землю и отдавая кольцо. — Отличная работа. — Позвольте нам огласить результаты битвы, — явились Червелло. — Победителем битвы на кольцо Солнце объявляется Луссурия. За вмешательство хранитель Грозы со стороны Савады Тсунаёши-сама дисквалифицируется. Кольца Солнца и Грозы передаются Варии. Одна из девушек подошла к Ламбо. Немного порывшись в кармане, стоявший рядом Савада отдал кольцо Грозы Вонголы. — Я верну его позже, — пообещал он. — Хаято-кун, — подбросил он второе кольцо обратно владельцу, — позаботься о ранах Рёхея. — Так точно! — Хаято незамедлительно приступил к лечению пламенем Солнца. — Тц, дурак, — тихо сетовал он, — победи ты — лечить стало бы в разы проще. — Почему бы вам не сдаться, детишки? — усмехнулся Скуало. — На нашей стороне неоспоримое преимущество, — поддержал его парень с диадемой. — Можете ликовать, сколько хотите, — голос Савады звучал угрожающе. — Это единственные кольца, которые вы получите. Знал бы он, как вдохновил своими словами Хаято. Десятый верил в него. Теперь он определённо точно не мог проиграть! — Позвольте нам продолжить, — напомнили о себе Червелло. — В связи с отменой битвы за кольцо Грозы, следующая битва пройдёт послезавтра. Битва между хранителями Урагана. — Похоже, ты следующий, Бел, — посмотрел на парня с диадемой Скуало. «Принц-Потрошитель, значит? И как мне теперь не совершить лишнего? Что будет вмешательством? Где я должен сдержать себя, а что должно произойти в любом случае, чтобы будущее не изменилось больше, чем сейчас? — ломал голову Савада. — Паникёр чёртов! Зачем я только полез в будущее?! У нас был шанс, а теперь я его угробил».