Как стать иллюзионистом

Влетев в комнату, которая на неопределённый промежуток времени должна была стать её, Ио даже не стала осматриваться – чеканным шагом она дошла до кровати, расстегнула молнию на чемодане и перевернула его, так что почти всё его содержимое вывалилось на покрывало цвета свежей травы. Поставив многострадальный чемодан на пол, девушка принялась остервенело копаться в ворохе одежды. «Вот ведь!.. Как можно быть такой сво… таким уб… таким мерзавцем!!» - с трудом определилась Ио с цензурной характеристикой наставника. Выудив из относительно небольшой кучи вещей бриджи длиной чуть ниже колена и летнюю рубашку с короткими рукавами, Ио устало плюхнулась на кровать. Этот человек её одновременно приводил в изумление и выводил из себя. А ещё от него действительно можно было ожидать чего угодно. Девушка запоздало пожалела, что недостаточно внимательно слушала предупреждения Хранителей. «Единственное, о чём они забыли упомянуть, так это о его пристрастии к стройным ножкам, - взбешённо подумала Ио. – Или они просто не знали. Или просто не думали, что это может случиться со мной». Вот уж чего она не ожидала от учителя, так это оч-чень оценивающего взгляда, которым он наградил её в первую минуту встречи, внимательно оглядев с головы до ног, и этого раздражающего выражения лица, как у кота: «Тунца тырил не я. Но он был вкусным», с которым Рокудо время от времени скашивал глаза, чтобы ещё раз заценить фигуру ученицы. Красавицей Ио не была, а до пятнадцатилетия её вообще за глаза называли «гадким утёнком», конечно, не в семье, а на приёмах, куда её брал босс. Поэтому подобное внимание ей не просто не льстило – пугало. Нет, нет, не пугало, разумеется, нет, Ио из Вонголы ничего не боится, но это… настораживает. Поэтому из соображений собственной безопасности и морального спокойствия Ио быстро переоделась в бриджи, скинула накидку и вместо неё надела рубашку. Так стало уютнее. Глянув на наручные часы, кольцевавшие запястье вместе с несколькими браслетиками из бусин и фенечками, и убедившись, что ещё есть немного времени, Ио решила всё-таки осмотреться и заодно привести сваленные в кучу вещи в порядок. Комната была светлой и довольно просторной, с нежно-зелёными занавесками на большом окне. Из предметов мебели здесь были платяной шкаф, где девушка немедленно развесила одежду, большой письменный стол и стул из тёмного дерева, прикроватная тумбочка с двумя ящиками, торшер у изголовья кровати, комод для личных вещей и уютное на вид тёмно-зелёное кресло, на которое Ио не преминула присесть. Немного успокоившись и велев себе сохранять железобетонное спокойствие, что бы ни случилось, Ио покинула комнату и, следуя инструкциям Рокудо, проследовала в столовую. К её счастью, столовая нашлась сразу же. Вот только Ио не ожидала, что там, помимо её и Мукуро, будет кто-то ещё. За широким и длинным обеденным столом сидели двое: её учитель и незнакомый молодой человек примерно того же возраста, что и Рокудо, черноволосый и в очках, с татуировкой в виде штрих-кода на левой щеке, одетый в зелёную форму какого-то учебного заведения и в белую шапку-ушанку с помпоном и длинными косичками. Из угла в угол расхаживал ещё один парень, также с виду ровесник остальных двоих, на котором была та же форма, что и на другом незнакомце. Волосы его были пшеничного цвета и сильно взъерошены, так что передние пряди приходилось закалывать «невидимками». На лице этого юноши под глазами через переносицу проходило не то большое странное родимое пятно, не то старый шрам, причём Ио больше склонялась ко второму варианту. Стоило гостье негромко приоткрыть дверь, чтобы по возможности незаметно проскользнуть внутрь (та предательски скрипнула), как на неё сразу обратились взгляды всех троих. Ио почувствовала себя не в своей тарелке. Глаза незнакомого брюнета в шапке (что Ио считала нарушением этикета) были тёмно-синими и будто бы совсем равнодушными, хотя едва уловимое любопытство в них всё же можно было увидеть. Светловолосый парень внезапно остановился, не доходя до противоположной стены нескольких шагов, и посмотрел на неё с каким-то нездоровым блеском в глазах, чуть высунув язык, как собака. Ну а наставник, чуть развернувшись, чтобы видеть вошедшую ученицу, поглядывал с лицом, выражавшим по-светски лёгкую заинтересованность. - Добрый день, - чопорно и безукоризненно вежливо поздоровалась Ио и стала по широкой дуге обходить обеденный стол, чтобы сесть на один из свободных стульев. Внятного ответа на приветствие она не получила. С Мукуро они уже виделись и тем более не прощались, черноволосый очкарик отвечал очень тихо, а третий парень только что-то пробурчал. Ио готова была поспорить, что явственно расслышала «Очередная вонгольская обуза», но она смолчала. Вообще с её приходом атмосфера стала какая-то странно напряжённая, и Ио не могла этого не почувствовать. Дойдя до первого же свободного сиденья, она хотела было уже сесть, как вдруг её остановило своеобразное предупреждение бесстрастного брюнета: - На твоём месте я выбрал бы более безопасный стул. Ио подскочила, как будто её ужалила пчела, и присмотрелась: на мягкой тёмно-зелёной ткани, которой было обито сиденье, были вышиты небольшие кокетливые красные буковки: «М.М.». Ио понятия не имела, что обозначают эти инициалы, но предпочла внять совету и пересела. К тому же, ей почудилось, будто она уже где-то видела похожие буквы. Закончив с манипуляциями и загнав недоброе предчувствие относительно этих инициалов, Ио вдруг обнаружила, что сидит прямо напротив Рокудо. Этот факт ей отчего-то не очень понравился, особенно когда учитель отложил газету, которую небрежно просматривал последние несколько минут от нечего делать, сложил её и перевёл взгляд на ученицу. Ио поспешно повернула голову, наблюдая за светловолосым парнем, который снова стал мерить шагами расстояние от стены до стены. Зачем он это делал, Ио так и не поняла. - Это мои… подчинённые. Какимото Чикуса и Джошима Кен. «Я так понимаю, догадаться, кто из них кто, предлагается мне», - уныло подумала девушка. На её счастье, один из «подчинённых» в этот же момент позвал второго, тем самым избавив Ио от догадок: - Кен, садись уже. Не маячь перед глазами. Джошима Кен злобно зыркнул на товарища и подошёл к столу так, будто делал ему одолжение. - Заткнись, Какипи, - буркнул он, садясь. «Интересно, что значит «Какипи»?» - полюбопытствовала мысленно Ио, не решившись задать этот вопрос вслух. Придя к выводу, что уже можно приступать к еде, она оглядела блюда на столе, которые прежде не заметила. Как только все набрали себе в тарелки кто что хотел, прозвучало «Приятного аппетита», и молодые люди принялись за еду. Ио с удовольствием уплетала омлет, закусывая дольками помидора и бутербродом. Парни ели по-разному: Мукуро и Чикуса не торопясь и аккуратно, а вот Кен уминал мясо так, что за ушами трещало. Девушка, с трудом сдерживала смех, глядя на эту разношёрстную компанию. Вскоре пришёл черёд напитков и сладостей. Ио отказалась от предложенного ей кофе и сама налила себе чай – бодрящая чёрно-коричневая жидкостей ей не очень нравилась, хотя Хранителей и босса нередко спасала от того, чтобы не заснуть над документами. К чаю она выбрала круассаны с заварным кремом, которые так и просили, чтобы их съели. Завтрак проходил по большей части в тишине – Мукуро и его сторонники обменивались лишь ничего не значащими фразами. Но до нормального разговора дело никак не доходило, и Ио неожиданно для себя самой смутилась: о чём ей говорить с тремя почти незнакомыми парнями? А молчать больше что-то не хотелось, и на языке уже вертелся вопрос. - Могу я узнать, кто всё это готовил? – Ио указала на стол, где почти все блюда уже были пусты. Ей удалось заставить свой голос не дрожать и быть неуверенным. Она абсолютно искренне посчитала, что это вполне обычный и дружелюбный вопрос. Однако, к её удивлению, все трое, нахмурившись, обменялись странными взглядами, и, наконец, Кен невнятно пробурчал с набитым ртом: - Фкоро сама узнаеф. Чикуса укоризненно посмотрел на товарища, но не стал его попрекать. Ио же ничего не поняла и отпила немного чая, скрывая разочарование и недоумение. Через пару минут завтрак закончился. Чикуса и Кен, отставив чашки, тут же куда-то ушли. Мукуро тоже встал и направился к выходу. Ио совесть не позволяла оставить посуду немытой, но ещё меньше ей хотелось потом искать наставника по всему особняку, поэтому она вскочила и последовала за ним. Слыша торопливые шаги ученицы за спиной, Рокудо чуть слышно вздохнул и, остановившись, полуобернулся к девушке. Личико у неё было самое что ни на есть серьёзное и целеустремлённое. - Ты что-то хотела, милая Ио? – невинно поинтересовался Мукуро. Девушка неохотно пропустила неподобающее, по её мнению, обращение мимо ушей. - Да. Когда мы приступим к занятиям? Скажи она это с другой интонацией и с другим выражением лица, то можно было бы подумать, что она намекает на… «Нет, - усмехнулся своим ассоциациям иллюзионист. – Такая, как она, никогда не будет иметь в виду что-то подобное». - Завтра, - сказал он пренебрежительным тоном. – Сейчас у меня есть дела. Но раз ты так стремишься поскорее начать, то найди в библиотеке книгу «Иллюзорное» и изучай. С последним словом Мукуро вдруг растворился в воздухе, и Ио осталась стоять в коридоре в гордом одиночестве, так и не успев осведомиться, где здесь библиотека. Возмущённая, девушка вернулась в столовую, быстро нашла дверь на кухню и перетащила в раковину всю посуду. На то, чтобы всё это перемыть, у неё предположительно должно было уйти много времени, так что она могла придти в себя. «Ну ничего! Вот закончу сейчас и найду эту вашу библиотеку, Мукуро-“сама”! И книгу найду! И прочитаю! И… и вообще, я буду такой крутой, что вы не посмеете больше так на меня смотреть!» - Ио с остервенением тёрла губкой большое круглое блюдо. *** Противоречивое поведение ученицы веселило иллюзиониста. Неуверенность в один момент и праведное возмущение его поведением в другой. Об Ио Мукуро вспомнил ближе к вечеру – во всяком случае, обедом он заморачиваться не стал (хотя трапеза, на которой присутствовала девушка, больше походила на поздний завтрак из-за позднего часа) и один раз обошёлся лёгким перекусом с чашечкой изысканного чая. Не то чтобы у Рокудо было действительно много дел – он просто решил разобраться со всем сразу, чтобы ничто не мешало ему обучать девчонку. Вот уж к чему – к чему, а к задуманному иллюзионист подходил со всей ответственностью. Он, правда, не исключал такой возможности, что Ио ему надоест, но пока можно было насладиться происходящим. Он поспорил с самим собой – а что целый день делала Ио? Как натура довольно-таки бунтарская, она бы не послушала его совета и не пошла в библиотеку, а если бы и пошла, то вряд ли бы стала искать упомянутую им книгу. Но, по словам Савады Цунаёши, девушка относилась к учёбе ответственно. А если он и ошибался, то она бы прочла том «Иллюзорного» от корки до корки только для того, чтобы не казаться беспомощным неучем. «В столовой её больше не было, - заключил Мукуро, с чего-то решивший поиграть в детектива и задействовать метод дедукции для обнаружения девчонки. Конечно, проще всего было бы выследить её по энергии пламени, но… это же слишком просто. – Кухня… к холодильнику не приближалась, зато помыла посуду после общей трапезы. Иначе после полдника этих двоих тут осталась бы целая гора. Умница девочка. Но неужели всё-таки библиотека? Как предсказуемо…» Удивлению и умилению иллюзиониста не было предела, когда, побродив по огромной библиотеке, занимавшей почти всё восточное крыло и на все три этажа, Рокудо обнаружил искомую личность на диванчике в небольшой области, свободной от книжных шкафов и нескольких столов. Искомая личность, по-видимому, до последнего взмаха ресниц боролась со сном, но в итоге сдалась, уронив голову на грудь, а раскрытый аж на середине толстый фолиант – на колени пополам с сиденьем. В принципе, Мукуро её не винил: сам едва не зевал над книгой, развлекая себя только пометками на жёлтых от старости полях, где указывал несогласие с автором талмуда. Спящая, Ио казалась совсем иным человеком. Черты её лица разгладились, брови перестали хмуриться, а розовые губы чуть раскрылись, причём уголки их шли вверх, а не вниз. На диване полулежал будто бы другой человек – вроде и близнец, но какой-то другой, которого можно увидеть только в такие редкие и поистине драгоценные моменты. Мукуро несколько минут наблюдал за девушкой, остановившись в кругу света, испускавшегося светильником на столике рядом с диваном, чтобы было удобно читать. Мужчина чувствовал себя так, словно он видит что-то тайное, не предназначенное для чужих глаз, и совершенно священное. Хотя для него уже ничего святого давно не было… Взгляд невольно подмечал любую деталь в этой незнакомой Ио – у Мукуро было ощущение, что такую её он увидит ещё раз нескоро, если вообще увидит. Удобная и чем-то уютная поза, в которой заснула девушка, - подобрав под себя одну ногу и немного съёжившись: наверное, замёрзла. Тонкие пальцы (на одном красуется чуть золотящееся в искусственном свете кольцо с крошечным гербом Вонголы) чуть подрагивают во сне и треплют сухие и ломкие от времени страницы. Тёмные волосы, чуть растрёпанные, падают на одну сторону лица, совсем не пряча другую, ту, что ближе к незваному гостю, которому с каждой секундой всё больше хочется прикоснуться к этой открытой щеке рукой, ощутить её мягкость. Но он пока ещё в своём уме и держит себя в руках. Внезапная злость – лучший вытрезвитель. Сейчас, в этот момент, он ясно понимает, какие они разные. Хоть это его никогда доселе не останавливало. Хоть в повседневной жизни она совсем другая, нежели сейчас. Наутро она и подозревать не будет, что он видел её такой и что творилось в его голове, а он ни словом не обмолвится, продолжив подкалывать её. Мечтатели. Оба. Она – во сне, он – в мыслях. Стоп. А с чего ему вообще в голову лезет подобное?! Он не так глуп, чтобы испытывать влечение – пусть и только физическое – к девице, которую знает только полдня. Даже при его тайном фетише на, кхм, «стройные ножки»… Шаг, другой, третий и ещё полшажочка – чтобы оказаться ровнёхонько у дивана. Небрежным жестом закрыть книгу и отложить в сторону. Аккуратно подцепить девчонку – аккуратно, ему не хочется, чтобы она так не вовремя проснулась, - под коленки и лопатки. Ио оказывается гораздо легче, чем можно было подумать, - почти как Хром в своё время. От этой мысли его губы трогает почти ностальгическая улыбка, от которой он тут же отмахивается. Но перед самим собой он не может отрицать, что это приятно – нести её через почти весь особняк под покровом ночи, где никто и ничто не тревожит их покой, до её комнаты. А там осторожно опустить её на кровать и накрыть покрывалом. «Если это – сентиментальность, то так даже интереснее». *** Наутро Ио действительно ничего не помнит, только удивляется: как она оказалась у себя, хотя точно засыпала в библиотеке? Что-то ей подсказывает, чьих рук это дело. И ей стыдно. Но не из-за возможной компрометирующей ситуации, а из-за того, что заснула она над книгой. Текст был суховат, а потому скучен, но Ио твёрдо намеривалась прочитать том полностью, тем более что некоторые факты её действительно заинтересовали. «Надо обязательно проверить на практике», - неожиданно хищно решает Ио и неторопливо приводит себя в порядок. Ей невдомёк, что подходящая жертва совсем недалеко. «Обыкновенные иллюзии, реальные иллюзии, - повторяет про себя прочитанное Ио, завязывая волосы в небрежный хвостик, чтобы не мешали, и выбирая платье. – Влияние иллюзий на сознание и психику человека, особенно – в определённых обстоятельствах. Создание иллюзорных миров, которые – самые что ни на есть настоящие. Думаю, будет интересно!» В закрытом летнем платье с подолом до колен девушка выходит из комнаты. Начинался новый день. Внезапно для самой себя скатилась в скоропостижную романтику *фейспалм*. Надеюсь, вам понравится))) А вообще, в этой главе должна была появиться М.М. Но увы, и теперь только в следующей :D Комменты, комменты (волшебное заклинание)!