nightmare disorder

Валери вздохнула, положив расчёску на тумбочку, и протерла палетки с красками, бросая их обратно в коробку. Обычно, она занимается настенной росписью, чтобы убавить боль; всю ту боль, которую она держит внутри. И не важно, что она рисует, на самом деле это может быть просто краска, расплесканная по всей стене, но это в любом случае поможет ей уменьшить свою боль и печаль. Она убрала коробку под стол, тяжело вдыхая и выдыхая. Ей нравилось делать глубокие вдохи — то, как её лёгкие наполняются кислородом, а затем снова опустошаются. Это очень расслабляло её. Сейчас было около полуночи, и Валери зевнула. Она не привыкла заниматься чем-то допоздна; чаще всего она засыпала уже к одиннадцати. Ей очень нравилось просыпаться рано утром и наблюдать за восходом солнца. Но все изменилось. Она очень редко спит по ночам, и всё что она чувствует — это свою ничтожность. Она всегда ненавидела чувство пустоты внутри, это напоминало ей смерть. Они говорят, что когда ты умираешь, ты больше не видишь яркого света. Все становится чёрным. Только чёрным. И на другой стороне ничего нет, её попросту не существует. Именно так чувствовала себя Валери. Она скучала по тем временам, когда она все ещё могла что-то чувствовать. Счастье, страдания, нервозность, грусть — хоть что-нибудь. Валери просто хочется снова что-то чувствовать. Несколько лет назад она могла прекратить есть. Но сейчас наоборот нет никаких границ. Она может безостановочно есть и есть, пока ничего не останется. Это на самом деле странно. Но она привыкла к этому. Она помнит, когда все это случилось. Когда желание отвернуться от окружающего мира пересилило её. Это началось вместе с кошмарами. Но наиболее пугало Валери то, что её кошмары были связаны с её реальной жизнью. Эти кошмары нарушили её психику. Она была вынуждена постоянно закрывать дверь, отстраняясь от внешнего мира. Как будто она больше не была собой. Ночные кошмары разрушали её.