Восемь; принадлежности для творчества.
9 мая 2015 г., 07:26
Калум и Валери были сейчас близки. Девушка в коей мере чувствовала себя в безопасности рядом с Калумом, и одно его присутствие делало её счастливой.
Она никогда не думала, что кто-то вроде Калума может прийти ей на помощь. Валери всегда считала себя испорченной девчонкой с разрушенной жизнью, но Калум заставлял её чувствовать себя совершенно по-другому.
Калум чувствовал себя точно так же. На самом деле вчера ему удалось поспать аж четыре часа, и он чувствовал себя гораздо более живым и энергичным — именно этого чувства ему не хватало уже долгое время.
Ребята только что вышли из магазина "все для творчества", купив Валери новые кисти и краски.
Они направились обратно к своему дому, по пути смеясь над последними нелепыми происшествиями, случившимися в их жизнях.
— Может, ты зайдешь ко мне? Ты еще ни разу не была в моей квартире, — предложил Калум, улыбаясь.
Она кивнула.
— Конечно, с удовольствием.
Калум нёс сумку Валери, наполненную всякими принадлежностями для творчества, пока они шли к дому и поднимались на лифте на свой этаж.
Он вытащил из кармана ключи и открыл дверь, извиняясь за жуткий беспорядок в своём жилище на который Валери было плевать.
После того как они обсудили ещё несколько тем и просто мило побеседовали, между ними нависла нелепая тишина, которую ни один из них не решался нарушить.
Это не было комфортно. Не то чтобы тишина вообще была когда-нибудь комфортной для них.
— Ты живешь в этой квартире ещё с кем-то? — спросила Валери.
— Да, я живу здесь со своим другом, Майклом. Последнее время он редко здесь появляется, — резко сказал Калум. Он ненавидел разговаривать о Майкле, особенно после того, как он понял, они уже не были друзьями.
— Ты тоже с кем-то живешь? — Калум спросил девушку. В ответ она покачала головой.
— Раньше я жила вместе с кое-кем.
Калум бросил на неё удивлённый взгляд, на что она снова покачала головой.
— Все очень сложно, правда.
И снова наступила тишина.
— У меня есть к тебе вопрос, Валери. Но тебе не обязательно на него отвечать, — произнёс Калум, нарушая тишину. Валери кивнула в ответ.
— Я имею ввиду то, что я всегда не могу долго уснуть, и каждый день я слышу этот... этот невероятно громкий крик из твоей квартиры, я надеюсь...
Валери решила прервать его доводы, заранее зная, к чему он клонит.
— Это длинная история, я не хочу надоедать тебе с этим, — произнесла Валери, пытаясь скрыть нервозность, которая вовсю бурлила в её венах.
— Ты можешь рассказывать мне что угодно. Ты можешь доверять мне. Подавлять внутри свои чувства и мысли не очень хорошо, — сказал Калум, пытаясь выглядеть и звучать серьёзно. После того как он произнёс это, нервное выражение лица Валери слегка смягчилось. Он предлагал ей свою помощь, и ей не хотелось отвергать парня.
Она глубоко вдохнула, переплетая свои пальцы, и рассматривая узор на гранитной столешнице.
— У меня кошмары, очень часто. Но что на самом деле пугающе в этих кошмарах, так это то, что они связаны с моей жизнью, моей очень унылой жизнью. И из-за них я могу нанести себе вред. Я уже с трудом могу взглянуть на себя в зеркало.
То, что сказала Валери, заставило настроение и выражение лица Калума измениться за считанные секунды. Они начали со смешных тем, и дошли до этого, чем бы это ни было.
Калум испытывал жалость к ней, невероятную жалость. Но он знал, что ей не нужна его жалость, ей нужна помощь.
— Знаешь, я посещала трёх терапевтов, или четырёх, и все они диагностировали мне это нарушение сна. Ночные кошмары.
