Mystery

- Тебе обязательно уходить? Этот вопрос задавал кудрявый мальчик через каждые два дня, когда смуглый парень искал по квартире нужные вещи. Они начали жить вместе на краю деревни, когда младшему- Гарри Стайлсу, было пятнадцать, а старшему –Зейну Малику восемнадцать. Нет, Зейн не заставлял его следовать за собой или как-то менять свою жизнь. Парни познакомились в церкви, когда родители Стайлса погибли. Мальчик был разбит и не знал, что ему делать дальше. Родственников не было, как и друзей, у которых он мог бы остаться. Гарри не ходил в школу, он обучался самостоятельно и много времени проводил со своим скотом. Он продавал свежее молоко и мясо приезжим, получая за это немного денег на еду. Странно, что маленький мальчик умеет разделывать животных и доить их, но выбора особого не было. Будешь работать – будешь есть. После смерти родителей Гарри не мог оплачивать землю и растить скот самостоятельно. Поэтому власти решили продать участок, а мальчика отправить в детдом. Но Зейн вовремя успел. Так вот, они познакомились в церкви, куда Малик зашел совершенно случайно. Он никогда не ходит в подобные места, но проходя мимо, через открытую дверь, он заметил поникшего мальчика, явно плачущего. Тогда Зейн и решил зайти. Все присутствующие смотрели на него со страхом, стараясь отсесть подальше. Все знали, кем является этот парень, поэтому никто близко подходить к нему не желал. Но Гарри был наивным и маленьким. Ему нужна была помощь, человек, который будет защищать его. И он нашел его. У них завязался долгий разговор, интересный только для них двоих. На самом деле, Гарри не знал, кто такой Зейн, но все равно опасался его. Ведь это взрослый парень, уверенный в себе, который вряд ли просто так подошел к сироте. Но Малик убедил его, что никаких корыстных целей не имеет. В итоге, парень забрал кудрявого к себе. Гарри очень боялся и стеснялся. Первое время, он обращался к Зейну на «Вы» и ничего не трогал без разрешения. Было сложно привыкать. А вот Малик был спокоен как никогда. Он говорил мало, но заботился о Гарри, будто о своем родном человеке. По правде говоря, мальчик много раз хотел спросить, почему Зейн приютил его и так хорошо относится к нему, но не решался. Зейн почти каждую ночь куда-то уходил. Он надежно запирал Стайлса в своем доме, будучи уверенным, что тот не вскроет замок. Но однажды, любопытство взяло вверх над кудрявым. Как только дверь закрылась, он подождал минуту и рванулся ковыряться в замочной скважине разными инструментами. В итоге –ему удалось. Он шел по темному лесу, обняв себя за плечи и сощурив глаза, пытался найти следы Зейна. Он не знал, зачем ему это, но безумно хотел выяснить, куда постоянно уходит Малик. План успешно провалился. Стайлс испуганно сжался, когда его силой прижали к большому дереву и яростно дышали в лицо. Это был Зейн. Но он выглядел немного иначе: ярко-красные глаза, заметный хищный оскал и длинные когти на руках. Он сжимал Гарри до синяков, будто показывая свою злость. Зейн никогда не делал Стайлсу больно. Но в этот раз ребенок сам был виноват. - Никогда не выходи из дома ночью, -рычал парень, почти до хруста костей впиваясь в руки мальчика. Гарри зажмурил глаза и быстро-быстро закивал, стараясь избежать такого злого Зейна. – Возвращайся назад и запри дверь. Как только Стайлса отпустили, он моментально помчался в дом Малика, не оборачиваясь. Он был так напуган, что некоторое время даже близко около него находиться не мог. Зейн старался поговорить с мальчиком, но увидев глаза, полные страха, откладывал эту затею. С того момента прошло три года. Гарри повзрослел и стал более смело держаться в присутствии Зейна. Они нравились друг другу и это было очевидно: Гарри постоянно приходил в комнату Зейна, когда второй был дома ночью, и ложился рядом, прижимаясь к сильному телу. Иногда, у них случались поцелуи и взаимные ласки, но это очень редко. Ведь Малик не всегда был в хорошем настроении. Да, были случаи, когда Зейн не позволял ему ложиться рядом. Тогда Гарри покорно шел в свою комнату, которая давно перестала быть уютной и обжитой. В ней мальчик чувствовал себя одиноко и брошено, будто его снова лишают близкого человека. Гарри постоянно сидел на полу около кровати и листал горы комиксов, которые Зейн привозил из города. Каждый из них по сто раз перечитан, ведь таких одиноких ночей было немало. Всегда было неожиданно приятно, когда Зейн приходил в его комнату и забирал к себе, говоря, чтобы кудрявый не произносил ни звука. Малик любил тишину, но так же сильно он любил кудрявого мальчишку рядом с собой. С появлением в его жизни Гарри, у Зейна проснулся инстинкт собственника и защитника. Иногда, он чисто неосознанно силой вцеплялся в руку Стайлса, держа его рядом с собой в общественных местах. В такие моменты Гарри теряется. Он не знает, как реагировать: бояться или радоваться, что он кому-то небезразличен. - Я скоро вернусь, -обыденно ответил старший, найдя свою черную толстовку. – Не выходи из дома и никому не открывай. - Куда ты постоянно уходишь? –голос Гарри был тихим. Он знал, что ответа не дождется. Иногда он думал, что у Зейна есть еще кто-то, о ком он заботится. Каждый раз, когда они вместе кушают или смотрят телевизор, младший пытается незаметно найти на шее парня засосы или какие-нибудь следы. Ревность прожигает его внутри. Он влюблен в Зейна с самой первой встречи. Но за все три года тот случай в лесу не выходит из головы. Это был Зейн, но … Он будто сам не свой. Словно, что-то управляло им. – Я могу завтра съездить в город за продуктами? - Нет, я сам все куплю. - Зейн, ты собираешься меня всю жизнь держать взаперти? –Гарри никогда не устраивал истерик. Ему нравится его жизнь с Маликом, но маленький мальчик вырос. Стайлс хочет ходить в местный бар, общаться с людьми, но Зейн всегда против. Он не позволяет кудрявому куда-либо ходить одному, запретил посещать церковь и ездить в город. Это уже странная черта, даже для собственника. Но Зейн вполне имеет право диктовать ему свои правила. Во-первых, Малик содержит их обоих, во-вторых, именно Зейн спас Гарри от детдома и испорченного будущего. – Я просто хотел кое-что купить для торта. И немного книг. Гарри никогда не спрашивал, откуда у Зейна деньги. Но их было достаточно, чтобы ни в чем себе не отказывать. Может у Малика есть ночные смены? Но если это так, почему бы об этом не сказать? К чему эти тайны? Ладно, если за все годы к ним не пришли полицейские, значит, ничего нелегального. Но опять же, Гарри знает, что Зейна боится вся деревня. Но он не знает причины. Сколько бы раз он не спрашивал, никто не хочет отвечать, ссылаясь на то, что секреты Зейна может рассказывать лишь он один. Гарри догадывался. Особенно после той ночи. Он не уходил от Малика не из-за страха или из-за того, что больше негде жить, нет. Стайлс привязался. Он любит Зейна и не хочет быть с ним в разлуке. Зейн хорошо относится к нему. Они рисуют вместе, что-то готовят, иногда просто целыми часами валяются в кровати, прижимаясь друг к другу и рассказывая о своих мыслях. - Малыш, будь хорошим мальчиком для меня, ладно? –как-то странно улыбнулся старший, впервые за этот разговор посмотрев на Гарри. Второй немного вздрогнул, когда Зейн медленно прислонил его к стене спальни и прошелся пальцами по шее. – Сегодня я хочу кое-что особенное. - Ч-что? –Гарри напрягся и закусил губу, рассматривая парня напротив. Очевидно, чего хочет Зейн, но кудрявый совсем-совсем не готов к этому. Он даже в тайне смотрел пару видеороликов, где происходит половой акт между парнями, и это пугало. Он внимательно изучал обе позиции, стараясь понять, как правильно себя вести и как сделать так, чтобы было менее болезненно. Гарри плохо разбирался в технике, которую Зейн привозил из города, поэтому понятия не имел, что можно стирать историю посещений. Так он и рассекретил себя. - Тебе уже восемнадцать лет, должен понимать. Гарри не хотел продолжать эту тему. Он сразу же краснеет и не может нормально сформулировать предложение. Как Зейну удается держаться так уверенно? Он никогда не колеблется и не стесняется. Смелый и сильный парень забрал одинокого мальчика к себе, заботясь о нем, защищая его. Может Стайлсу просто повезло? Он так не думал, но Зейн постоянно говорил, какой он красивый и милый, во что Гарри слабо верил. Он не считал себя привлекательным, тем более для такого сексуального Зейна. Даже с возрастом комплекс не уменьшался. Хоть Гарри занимался на тренажерах в специальной комнате дома, он не мог сказать, что выглядит лучше, чем Малик. - Останься сегодня со мной, пожалуйста, -зеленоглазый прижался к крепкому телу, скрещивая руки за его спиной и утыкаясь носом в шею. Зейн ненавидел, когда его кто-то трогает, но для Гарри он всегда делает исключение, даже когда злиться. – Я не знаю, где ты вечно пропадаешь, но не думаю, что это важнее, чем я. Правда? - Это нужно мне. - А мне нужен ты. Зейн поддался вперед, даря кудрявому нежный поцелуй, а руками опустился к его спортивным штанам, чуть приспуская их. Гарри часто задышал от такой близости и от непривычных действий, но ему нравилось это. Младший парень испускал удовлетворенные звуки, когда его шею атаковали поцелуями и засосами, что безумно возбуждало Зейна. До этого, он не трогал мальчика так интимно. Минеты были, но не больше. Сегодня черноволосый хочет разрушить все границы и получить полную власть над юным девственным телом. Зейн знает, что Гарри принадлежит ему целиком и полностью, но ему мало этого. Стайлс должен быть помечен им, чтобы все знали, чей он. Гарри инстинктивно хотел опуститься на колени, с целью доставить Зейну удовольствие, но его остановили сильные руки, толкающие не сопротивляющееся тело на кровать. Стайлс покорно лежит и ждет дальнейших действий верхнего, не осмеливаясь произнести ни слова. Хоть внутри его колотит от страха. «Зейн не сделает мне больно, не сделает.» -повторял мысленно Гарри, зажмурив глаза, когда кареглазый снял с него футболку. - У тебя много вещей. Почему ты постоянно одеваешь мою одежду? –шепотом спросил Зейн, покрывая тело Гарри поцелуями. Он нежно сжимал бока и оставлял засосы буквально везде, стараясь делать это менее болезненно. - Мне нравится, как она пахнет тобой. Зейн удовлетворен ответом. Он с рычанием спустил домашние штаны вместе с боксерами с длинных ног юноши и взял его член в тугое кольцо из пальцев. Стайлс машинально толкнулся вверх, пытаясь найти большего трения. Малик вел себя очень сдержанно; он водил рукой по возбужденному органу парня под собой и смотрел на выражение его лица, довольствуясь собой. Гарри был чист. Чист для Зейна. Стайлс открывает глаза и видит тот же хищных оскал, как и в ту ночь. Он снова почувствовал себя в опасности и моментально хотел отползти на другую сторону кровати, но старший полностью лег на него, обездвиживая. Было страшно. Рука сильнее задвигалась на члене, вызвав стон, и, после нескольких движений, Зейн зажал головку, не давая излиться. - Ты ведь не собираешься получать удовольствие в одиночку? –это был риторический вопрос. Зейну не нужен был ответ. Он наконец встает с парня, чтобы раздеться самому, но не сводит с него глаз, контролируя, чтобы Гарри не трогал себя и не сбежал. – Ты в порядке? - Я боюсь, -кудрявый не смотрел на Зейна, зная, что тот наблюдает за ним. Очевидно, что он боится потери девственности и самого Зейна. То, как он будет себя вести. Это пугает, но и заводит одновременно. Гарри смотрел в потемневшие глаза и надеялся, что настоящий Зейн все еще с ним. Тот, который заботится о нем и нежно прикасается. А не тот зверь, который был в лесу. Гарри никогда не поднимал эту тему, но выкинуть ее из головы не мог. - Я не буду бить тебя или к чему-то принуждать, -обнаженный Малик снова навис над мальчишкой, опаляя горячим дыханием смутившееся лицо. – Но нам обоим это нужно, малыш. - Если ты считаешь это правильным, то я хочу этого, -кивнул Гарри, обнимая Зейна за талию, сильнее прижимая к себе. – Можешь пообещать, что не будешь злиться, если я сделаю что-то не так? - Ты сделаешь все правильно для меня, -мягко ответил Малик, поглаживая розовую щечку парня под собой. Он старался изо всех сил не выпустить внутреннего зверя, чтобы не навредить единственному любимому человеку. – Знаешь, я думаю, что мне придется очень долго растягивать тебя. Гарри закрыл лицо руками, чувствуя, как его лицо пылает. Зейн специально это делает. Он нарочно смущает неопытного мальчика, заставляя краснеть сильнее и сильнее. Но все шутки отошли на второй план, когда Зейн потянулся за смазкой. Он не смотрел на Гарри, а был сосредоточен на тщательном смазывании пальцев. Он наклоняется, чтобы страстно поцеловать кудрявого, отвлекая от первого пальца. Но это слабо удается. Гарри начинает ерзать и издавать болезненные звуки, прося остановиться. Но в какой-то момент он вспоминает, что Зейн просил его быть хорошим мальчиком. И как Гарри смеет ослушаться? - Послушный, -улыбнулся Зейн, медленно добавив второй палец, целуя кудрявого в шею. Он старался не выпустить клыки. Ведь этой ночью ему не удалось поохотиться, теперь приходится сдерживаться. Если Малик сорвется, он потеряет Стайлса навсегда. – Такой узкий для меня. Гарри был как в тумане. Он еле слышал слова Зейна, но очень хорошо ощущал боль внутри. Но парень смог сориентироваться: он взял свой член в руку, делая плавные движения, пытаясь хоть как-то избавиться от мыслей о неприятных ощущениях. Громкий стон вырвался из кудрявого, когда Зейн согнул пальцы. Он инстинктивно толкнулся бедрами на встречу, прося о большем. Малик не торопился. Он осознавал, что его член намного больше, чем даже три пальца, поэтому выделил на подготовку длительное время. Гарри сжимает простыни в руках, не стесняясь выкрикивать ругательства и уже приказы, чтобы Зейн вошел в него. Но старший знает, как поставить его на место. - Не забывай, кто кого контролирует, -прорычал он, специально усиливая хватку на бедре нижнего. Гарри тут же заскулил, шепча извинения. Зейн не мог спокойно смотреть на испуганную мордашку зеленоглазого, поэтому наклонился и потерся носом об него. – Маленький мой. Гарри расслабился. Он улыбнулся от этих слов и счастливо посмотрел на Зейна, понимая, что он в безопасности. Неосознанно, руки Стайлса потянулись к нему и притянули за шею, даря нежный поцелуй, вкладывая в него всю преданность и любовь. Зейн отрывается и смотрит на Гарри, понимая, что никогда не сможет оставить его. Этот ребенок никому не должен достаться, кроме Зейна. Внутри он кричит: «Мой! Только мой!», но в слух сказать не решается, чтобы не пугать Стайлса. Наконец, Малик отодвигается, чтобы смазать свой член и усмехается, когда Гарри отводит смущенный взгляд. Он лежит такой открытый и доступный перед своим мужчиной, которого любит всем сердцем. Хотя оказывается, что многого о нем не знает. Но раз Зейн не раскрывает всех тайн, значит, у него есть причины. Может он расскажет об этом потом, через много лет. - Мой мальчик, -Зейн снова лег на него, направляя член внутрь зеленоглазого. - Такой узкий и приятный. - З-зейн, -простонал Гарри, скрещивая ноги на талии парня, но руками старался отодвинуть его от себя, ловя полу злой, полу вопросительный взгляд. – Медленней, пожалуйста. Малик облизнул пересохшие губы и, облокотившись на руки по обе стороны от головы Гарри, стал максимально медленно входить, следя за эмоциями на лице своего мальчика. На секунду Зейн опускает взгляд вниз, чтобы посмотреть, как его член исчезает в сжавшемся отверстии. Гарри, поначалу, не хотел впускать его, но сам понимал, что долго не продержится. Благодаря большому количеству смазки и долгой подготовке, Зейн плавно вошел во всю длину, заставляя их обоих издать громкий одновременный стон. Младший схватился за свой член, повторно стараясь отвлечься от боли. Но Зейн делал все максимально мелено и нежно, поэтому наслаждение наступило быстрее, чем ожидалось. - Глубже, о-ох, там … -стонал кудрявый, запрокидывая голову назад. Ему несомненно нравилось лежать под сильным татуированным парнем, который ни с кем не ведет себя так осторожно. Лишь для Стайлса он заботливый и добрый. Хотя, временами, он бывает очень властным и жестким. Например, когда Гарри отпрашивается съездить в город или погулять с кем-нибудь на территории деревни. Зейн четко дал понять, кто ему принадлежит, и что он не собирается делиться. В такие моменты можно позволить себе побыть грубым. Зейн сильно сжимает бедра парня и одной рукой шлепает по ягодице, смотря, как она краснеет. Гарри ничего против не говорит. Он больше сосредоточен на чужом органе в себе, которое дарит ему невероятное удовольствие. Стайлс как можно незаметнее поддается вперед, чтобы насадиться еще глубже. Он знает, как Зейн любит все контролировать. Поэтому старается не делать ничего лишнего. После еще пары неслабых шлепков, Зейн наконец останавливается и наклоняется к мальчику, страстно целуя его. Больше было похоже на секс двоих опытных парней, чем на лишение девственности одного из них. Гарри стонал так, будто испытывал это много раз, зная, как все делать. Он уже без стеснений просил войти глубже и ускорить темп. Зейн не стал спорить. Ему самому этого хотелось. Пара резких толчков и быстрые движения на члене Стайлса, младший изливается, сжимаясь вокруг Зейна. Малик тоже долго не выдержал, особенно после увиденного лица Гарри во время оргазма. Он какое-то время не выходил из тела под собой, радуясь самому себе, что не сорвался и не выпустил наружу чудовище. - Ты как? –заботливо спросил Зейн, мягко чмокнув все еще смущающегося парня. - Каждый день с тобой незабываем. Но этот-самый лучший. Кареглазый улыбнулся такому ответу и наконец вышел из него, потянувшись за полотенцем на стуле у кровати. Как раз самое время лечь спать, чтобы восстановить силы для нового дня. Гарри прижался к любимому телу и, умиротворенно закрыв глаза, старался заснуть. Но один вопрос все же не давал ему расслабиться. - Зейн? –тихо прошептал он, проводя рукой по татуировкам на ключицах смуглого парня. – Ты расскажешь мне все? - Расскажу, когда придет время.