Путь к Чертогам

♦♦♦

      Красные брызги веером упали на его рукав, но он лишь поморщился. Вместе с грязью и бесконечной усталостью битвы всегда приносили печаль. Будь он простым эльфом, неподвластным долгу и зову чести, давно бы уже жил тихой жизнью на светлых берегах Амана. Но он не мог позволить себе такой роскоши. Его поданные ждали от него действий, они хотели видеть его во главе войска, с мечом в руке. Им нужен был символ, так же, как и когда-то давно, в битве при Дагорладе, когда, казалось, надежда угасла. Орки наступали с более выгодной позиции, и приходилось использовать все свое мастерство, чтобы не погибнуть от шальной стрелы или удара сбоку. Ярость боя захлестнула короля, ведь ни к одному существу у него не было ненависти большей, чем к оркам. Разворот, взмах, свист стрел из-за спины, и враги падают. Луч солнца, что поймал он на лезвие клинка, слепит темную тварь, что не побоялась встать напротив него. Отряды его войска бьются слаженно и умело, но все чаще взгляд короля падал на мертвых. Совершенные в спокойствии смерти. Теперь, их путь лежит в чертоги Мандоса, но отчего так горько? Сколько из них не увидят новый рассвет? Гномы сражались рядом, и, даже люди, измученные и утомленные, не отступали. Силы были равны, и не видно было конца этой битве. Взгляд короля упал на Воронью высоту, там он увидел своего сына. Оставив распоряжение военачальникам, оборонявшим развалины Дейла, Таур поспешил наверх. Предчувствие редко обманывало Трандуила. Вскоре, он убедился в своих опасениях. Уклоняясь от стрел, бежал он наверх. Полчище Гундабадских летучих мышей накрыло вершину, и понять, что там происходит, стало невозможно. Яростный крик Тауриэль раздался откуда-то из глубин разрушенного лабиринта башни. Король выскочил на обледеневшую площадку и увидел, что она яростно сражается с огромным орком, и неподалеку лежит мертвый гном. Тот самый, ради которого она впервые за многие столетия нарушила прямой приказ. Видимо, она его действительно любила. Он искал взглядом своего сына, но не видел его. А скоро, ему стало не до размышлений. Вместе с мышами из недр Гундабада пришли гоблины. Король сражался безжалостно, неся смерть врагам на острие своего меча. Каждый эльф, что не вернется сегодня домой, будет отомщен. За прошлое, настоящее и будущее. Этот бой решит многое. Где-то на замерзшей реке Торин сражался со своим кровным врагом, а Леголас отстреливал врагов с высоты. Где-то надрывно рыдала Тауриэль, прижимая к себе мертвого Кили. И Бильбо лежал без сознания, раненый сильным ударом гоблина. Огромная тень закрыла солнце. Орлы прилетели. Исход боя предрешен. Вскоре, орков начали теснить и они вынуждены были бежать. Трандуил искал сына, обходя башню, но не находил. Он вышел на площадку, где сидела рыжеволосая эльфийка. Она подняла на него глаза и тихо просила. - Почему? Почему мне так больно? - Слезы текли по ее щекам, она бережно прижимала к себе гнома. – Избавьте меня от этого! - Это настоящая любовь. – Он чувствовал ее боль, словно свою. - Я не хочу любить! - Ты не можешь решить за свое сердце. Оно сделало выбор. Тауриэль поцеловала Кили. Она хотела встать, но пошатнулась и упала. Подняв руку, она удивленно вздохнула. Король проследил за ее взглядом и все понял. - Сделайте это. Я приму это, как дар. – Она взяла руку Кили в свою и легла рядом с ним. Яд уже был в ее крови, и ничто не смогло бы спасти ее. Этот орк оказался слишком хитер, и умирая он забрал и ее, оставив лишь немного времени, чтобы проститься. - Я… Я не могу. – Голос короля был тих и печален. Однажды, ему пришлось это сделать. Тогда, его сердце разбилось и душа раненой птицей улетела далеко-далеко, сделав его безучастным ко многому. - Я не хочу страдать. – Тауриэль посмотрела на него, - Вы знаете, что будет дальше. - Хорошо. – Ее карие глаза на мгновение удивленно расширились. Он сделал это тогда, значит сможет и сейчас. - Сделайте это быстро. – Она отвернулась от него, и покрепче взяла Кили за холодную руку. Скоро, она будет молить Владыку Мандоса о милости, что прежде была дана лишь Лютиэнь. Холодное лезвие мягко коснулось ее, боли практически не было. Король опустился на колени, и смотрел на нее, ловя последний вздох. Он никогда не простит себя, но иначе поступить он не мог. Леголас опоздал. Он увидел своего отца, сжимавшего меч и кровь, красную кровь на белом снегу. Тауриэль лежала, несомненно, мертвая, крепко сжимая руку гнома. - Adar? Ты цел? – Трандуил посмотрел на него пустым взглядом. – Что произошло тут, отец?! - Я убил Тауриэль. Она просила об этом. Орк ранил ее ядовитым кинжалом. - Отец… Я не смогу. Не смогу вернуться в Лихолесье. – Леголас отвернулся. Голос его был тих и печален. - Я понимаю. Как бы он хотел, чтобы это оказалось сном, но нет. Реальность жестока, и нельзя вечно избегать себя, но какое-то время это может быть необходимо. Принц покинул это место, оставив все, что было для него важно до этого дня. Однажды, он обретет покой, но пока, он скакал прочь. От воспоминаний, от прошлого и настоящего. Скакал в неизвестность.

♦♦♦

- Скажи мне, почему я здесь? - Здесь, это где? Я не могу дать определение этому месту. - Я могу сам решить? Тогда я знаю, чего хочу. Кили стоял у берега моря и смотрел на рассвет. Тихие шаги сзади заставили его сердце биться быстрее. Ведь он уже отдал самое ценное, что у него было, свою жизнь. Разве теперь он не может подарить последнее, что осталось, свою душу, возлюбленной? Звук шагов пропал, кто-то встал прямо за его спиной, но Кили боялся повернуться. Мягкие ладони коснулись его плеч. Улыбка появилась на его лице.