Вкус твоей крови...

Все бесит… Иду по улицам Токио и горю желанием все и всех порвать на хрен. Бесит абсолютно все… Эти безмозглые люди, ржущие как уебки последние, это ебаное солнце, слепящее глаза и… и эта качающаяся со стороны в сторону как укуреная темная фигура, лялякающая что-то неадекватное. Я выкрикиваю во всю глотку твое имя. Ты замечаешь меня и, вот сука, лыбишься. Отправив мне воздушный поцелуй, развернулся и драпанул. Нещадно пизданутое создание… Затаптываю сигарету, вырываю первый попавшийся знак и бегу за тобой, выкрикивая все маты, что знаю и посвящаю их тебе, блядина. А ты, тварь, хихикаешь! Нравятся наши догонялки? С огнем играешь, уебок! Заворачиваешь за угол, продолжая мерзко хихикать. Я бегу за тобой. Ты снова завернул. И так несколько раз. Пытаешься меня запутать? Не выйдет, блоха. Этот район я знаю, как свои пять пальцев. Знак я уже давно выкинул. Так бежать проще. Да и без него обойдусь. Отделаю тебя собственными руками. Буду пиздить тебя, пока не начнешь меня умолять о пощаде, захлебываясь своей же грязной кровью. Еще несколько поворотов и все… Тупик. Ты развернулся ко мне, понимая, что больше бежать не куда, но все равно, сука, лыбишься! Бесит, сука! Я медленно подхожу к тебе. Ты что-то говоришь, но я не слушаю. Мысли только о том, как бы прибить тебя по гуманней? О, придумал… К черту гуманность. Ты купаться в крови будешь… Я обещаю. И муки адовы я тебе тоже обещаю. Подхожу достаточно близко и въезжаю кулаком по твоему смазливому ебалу. Тебя припечатало к стене и, схватившись за лицо, скатился по ней. Больно? Переживешь. Это только начало. Дрожишь. Неужели плачешь? А нет… Смеешься. Уже переходишь на тихий хохот. Снова бесишь!.. Со всей дури бью ногой по ребрам. Хруст. Не удивительно. Дури у меня много, сам знаешь. Согнулся в кашле. Начал харкать. На земле появились темные пятна, а в воздухе застыл металлический запах крови. Что? Больше не смешно? Хрипишь. Что-то сказать хочешь? Не пытайся, мне насрать. Хватаю тебя за твою тонкую шейку, так чтоб не сломать, и, сжав пальцы, приподнял, так чтоб ты встал. Вцепился в мою руку, предпринимая жалкие попытки отцепить ее. Знаешь же, что не выйдет. От надменной хитрости, так свойственной твоей тощей заднице не осталось и следа. О, неужели все пошло не по плану? Какая жалость. Смотрю в твое лицо и вижу страх. Как же меня заводит это выражение на твоей роже. Осматриваю твое лицо и любуюсь своими плодами. На щеке красное пятно, уже начинающее принимать сиреневый оттенок. Тебе идет. Губа разбита, а с уголка течет струйка крови. Заворожено смотрю на эту алую дорожку, и понимаю, что хочу еще. Никогда еще я не чувствовал чего то подобного. Бью кулаком в живот, так и не отпуская шею. Твои глаза расширись, зрачки сузились, демонстрируя кровавые глаза, а рот раскрылся в немом крике. Снова кровь. Она окрасила твои губы в красный, стекая по подбородку. Я облизнул высохшие губы, смотря на это зрелище. Удар был достаточно сильным. Твой взгляд стал затуманиваться. Тело ослабло и безжизненно повисло у меня в руке, как ватная кукла. Голова опустилась и больше никаких признаков жизни. Разве что бьющаяся жилка в моей руке. А мне мало. Еще. Я притащил тебя к себе домой. Чувствуй себя как дома, если сможешь… Я бросил тебя на пол. Кровать марать не охота. Извиняться не буду. От удара о пол ты начал приходить в себя, тихо застонав. Эти звуки меня начали заводить. Но еще больше я хочу, чтоб ты кричал от боли. Открыв глаза, сфокусировав взгляд, ты увидел меня. И снова этот страх, дурманящий мне мозг. Дрожишь и, надеясь спастись, отползаешь назад. Ты жалок. Но ничего. Так даже лучше. Мне нравится. Хищно улыбаюсь и подхожу к тебе. Ты вжался в спинку кресла, которое преградило твой «путь к спасению». Наклоняюсь к лицу, а ты зажмурился, готовясь получить удар. Не бойся. Я не сделаю тебе больно. Пока. Сажусь на корточки перед тобой. Взяв твое лицо двумя пальцами, поворачиваю к себе. Ты открыл глаза. Столько страха и мольбы в них. Но сейчас меня волнует не это. Кровь на твоих губах так и не высохла. Я провел языком по твоей губе, пробуя ее на вкус. Вздрогнул. Мило. Вкус твоей крови… Опять мало. Я запечатал твой рот поцелуем, на что ты сжался и вцепился в рубашку на моих плечах. Подождав, когда крупную дрожь заменит мелкая, я укусил твою губу, разрывая кожу. Ты дернулся, замычал от боли, а на глазах выступили слезы. Руки на моих плечах сильнее вцепились в мою рубашку. Но ты больше не вырываешься. Сдался. Или нравится? Взяв за волосы, с силой потянул и задрал твою голову, оголяя шею. От боли ты снова всхлипнул. В полумраке комнаты твоя кожа казалась особенно бледной. Медленно, растягивая удовольствие, свое естественно, наклонился к шее, лизнул и мягко поцеловал. А потом укусил. До крови. Не ожидавший такого, закричал. От боли, но… я уловил в этом крике нотки удовольствия. Блядь, блоха, да ты мазохист! Опускаю взгляд вниз и вижу… У тебя стояк! Дак тебе нравиться? Что ж… Тогда ты не против, если мы продолжим? В принципе, твое позволение мне не нужно. Чувствую, как сам начинаю возбуждаться. Продолжаю кусать твою кожу. Иногда разрывая, а иногда просто оставляя красные следы из твоей же крови с предыдущих укусов. Дрожишь и стонешь. Но не просишь остановиться. Да я бы и не остановился… Сдираю с тебя твою тупую куртку и отбрасываю в сторону. Следом твоя футболка. Но я не снимаю ее. Я ее разрываю. На части. Смотрю в глаза. Там уже не страх. Там паника. Бежать некуда, сам знаешь. А что будет дальше, ты тоже догадываешься. Не дурак. Иду взглядом дальше. Шея и плечи. Все в крови. Несколько темных струек покатились вниз по груди, прессу… Не позволив им продолжить путь, ловлю их языком. И снова этот вкус… Вкус, сводящий сума. Гордись, сука. Ты сделал из меня наркомана. Скольжу рукой по твоей груди и вниз. Царапая и оставляя розовые полосы, наполняющиеся кровью. Сжал зубы. Пытаешься не кричать. Ну ладно, пидрила… Накрыл ладонью твой стояк. И надавил. Сильно. Ты изогнулся и закричал. Ногтями вцепился в мою руку. Да, так. Кричи, сука. У меня появилась интересная мысль. Нет… Дикое желание. Разрываю пряжку на твоем ремне. Дергаешься и сильнее прижимаешься к креслу. Стянув ремень, швыряю тебя на пол. Бьешься грудью о пол. Заламываю тебе руки и связываю твоим же ремнем. Ставлю так, чтоб стоял на коленях, но все так же прижимался грудью к полу. Уже задыхаюсь от возбуждения. Отменная картина. Пытаешься подняться. Не дам. Сильнее прижимаю к полу одной рукой. Другой стягиваю штаны. Терпение кончилось. Рывком снимаю с себя брюки. Замок сломался, пуговица улетела в сторону. Хуй с ними. У меня еще такие есть. Вхожу. Резко. Без смазки. Истошно закричал. Тебе больно. Спина еще сильнее выгнулась. Начинаю двигаться. Быстро. Не давая привыкнуть. Хватаю за волосы и резко дергаю, задирая голову. Хочу больше криков. Эти звуки… Крики боли. И опять эти нотки. Схожу сума. Двигаюсь еще быстрее. Бледная кожа спины покрылась испариной. Бледная… Нет, так мне не нравится. Замираю. Движения прекратились, а ты жадно хватаешь ртом воздух. Смотрю по сторонам, желая найти что-нибудь… Твоя куртка… Хватаю ее. Ты ерзаешь. Все еще пытаешься освободиться. Не дергайся, ублюдок, а то оттрахаю до смерти! Замер. Видимо я сказал это вслух. Достаю из кармана твой нож. Да, то, что нужно. Куртка снова летит в сторону. Чувствую, как ты напрягся. Понял, чего я хочу. Холодный метал к горячему телу. От этого контраста тебя передергивает. Сильно сжимаю твои бедра. Замер, молодец. Но дрожь унять не можешь. Ничего страшного. Так даже лучше. Чтобы тебе такое нарисовать? А давай сердечко? Романтика… Распарываю кожу и вывожу первую дугу. Медленно. Всхлипы, переходящие в крики. Но лежишь смирно. Дрожишь, но не дергаешься. Умница. Выступила темная кровь. Крупными дорожками покатилась вниз. С плеча начала капать на пол. Похуй. Приступаю ко второй дуге. На этот раз дернулся и вскрикнул. Криво получилось. И рана покрупнее вышла. Зато крови много. Закончив свое творчество, наклонился к твоей спине лицом. Вдохнул металлический запах. По телу, будто разряд прошелся. С тихим рыком впился зубами в распоротую кожу. Кричишь. В твоем голосе уже четко слышны слезы. Мышцами сжал мой член, напомнив мне, что я еще внутри. Надо же, как я увлекся. Вышел. Почти полностью. И снова резко вошел. На всю длину. Кричишь. Больно. Чувствую, как потекло что-то теплое. Еще кровь. Я порвал тебя. Некоторое время не двигаюсь. Наслаждаюсь твоими всхлипами. И снова продолжаю рвать тебя. Все быстрее и быстрее. Уже не кричишь. Хрипишь. Голос надорвал. Жаль… Твоя спина уже вся в крови. Рисунок уже не видно. А я все ускоряюсь. Уже не могу остановиться. Разрядка приближается. Сжимаю пальцами твои бедра. Синяки наверно будут. Вхожу еще быстрее. Резче. Ногти впиваются в твою кожу. Последний толчок. Самый глубокий и резкий. Кончаю в тебя. Издаешь протяжный хриплый стон. Тело накрыла крупная дрожь. Выхожу, а ты просто валишься на бок. Обессилел. Встаю. Надо в душ. Подхожу к шкафу и беру новый комплект костюма. Подхожу к двери и прежде чем выйти, бросаю взгляд на тебя. Лежишь на боку. Руки все так же связаны. Кровь по всему телу. Грудь, шея, плечи, спина, бедра… На бедрах кровь темнее. С примесью белесой жидкости. Лицо в слезах и в крови. «Почему ты просто не сдохнешь?» Я сказал это вслух. Ты не смотрел на меня. Но твое лицо исказилось. Будто тебя предали. Сделали… больно? Нет… Показалось, наверное. Ты не можешь испытывать таких чувств. Ты не человек… А я? Я тоже не человек… Мы оба твари. Закрыл глаза, а на них снова слезы. Спи, сукин сын. Я еще вернусь.