История Джигоку 2: Восстание грешников

Кокуто не спешил прятаться, ведь о стычке с сестрой знал только он и Юмино, которая не торопилась рассказывать о том, что брат кинул всех из-за личных эгоистичных побуждений. Это могло привлечь неприятные вопросы, поэтому он тихо затесался в ряды Непрощённых, которые направились в сторону цитадели Эммы Дай-О. Мужчина нутром чуял, что когда грянет ужасающая и грандиозная битва, полягут все. Но не он, потому что грешник знал, чего хотел и не собирался сворачивать с намеченного пути мести. Раздражение из-за того, что сестра, не спросив, планировала отправить в противоположную от поставленной цели сторону, понемногу отступало. Прояснившийся разум заметил, что он тоже виноват, ведь не сказал о намерениях, по привычке скрывая. Но Непрощённый считал, что он — конченый эгоист, так что крамольная мысль быстро сменилась на более деловые, просчитывающие многоходовые комбинации наперёд на различные случаи. На первое место он поставил задачу найти Смерть, которую не смогла победить Юмино: Старший Жнец наверняка была кладезем полезной информации. Он проткнёт девушку Ханкаге, подчинив, а после натравит на драгоценного господина. Так мужчина выиграет в любом случае: даже если демонесса не убьёт Короля Ада, тому придётся умертвить подчинённую. А в самом благоприятном исходе виделось самоуничтожение друг друга в пылу схватки. Вскоре показались массивные горные хребты — и из головы Кокуто вылетели размышления. Осталось лишь ощущение, что он приближается к чему-то настолько древнему и величественному, что спирало дыхание. Он знал, что воздух в горах другой, более лёгкий и прохладный. Книги не обманули грешника: каждое слово оказалось правдой, которая распространялась даже на Джигоку. Духовные частицы воспринимались легче, по коже бегал приятный прохладный ветерок, унося прочь привычный жар от лавы. Казалось, что именно здесь и сейчас, подними он голову вверх, небеса изменят цвет на голубой, как в Генсее. Повинуясь порыву, Непрощённый вздёрнул подбородок и разочарованно выдохнул. Небеса остались алыми, не вняв мольбам, но это пошло на пользу, отрезвив затуманенный ожидаемыми образами разум. Грешник не мог не признать, что Царь Джигоку имел неповторимый вкус, в чём-то – прекрасный и приковывающий взгляды гостей: мрачный готичный замок с высокими тонкими шпилями, словно острыми пиками, и цветными прекрасными витражами в противовес остальному. Он был уверен, что внутри алый свет, искажаясь, бросал цветные тени на пол, добавляя красочности однообразному месту. Кокуто предвкушал, как ворвётся туда и воочию убедится в том, что предположения не ложны. Тихо он отделился от общей массы, словно тень, и стал огибать замок по кругу, ловко прыгая с камня на камень, точно зная, что у такого сооружения должен быть «чёрный» вход. Кокуто хотел пройти внутрь, не слишком заметно сделать дела и свалить под шумок, заблокировав ход, чтобы никто больше не смог воспользоваться и сбежать. Так и оказалось: сначала показалась ровная площадка — небольшой задний двор, на котором располагались ровные каменные плиты в человеческий рост, лежащие в хаотичном порядке на небольших возвышениях. Грешник не стал здесь ничего трогать, а то мало ли что. Обитатели Джигоку зачастую — загадочные личности. Даже грешники могли показать фокусы, способные при правильном использовании завалить лейтенанта-шинигами, будь они здесь. Но проводники душ предпочитали не соваться в Ад. Он видел только трёх богов смерти, наведавшихся сюда: мелкую Кучики Рукию, гориллоподобного дружка с татуировками, как у зека, и с малиновыми волосами (Абарая Ренжи) и того, кого он поклялся убить и кто, если хорошенько вдуматься, и шинигами не был в полном смысле слова, хотя проводникам душ симпатизировал, — Куросаки Ичиго. Кокуто свезло увидеть самого настоящего квинси, которые были истреблены богами смерти, но тот совершенно не впечатлил. Урюу Исида обладал впечатляющим умом, который умело применял в битве, но имел большие слабости на близких дистанциях и в рукопашном бою. Тут друг-Вайзард превосходил, ведь сражение было стихией Ичиго, где он становился «мастером на все руки». Квинси же не был предназначен для того, чтобы кровью и мечом выгрызать свободу — выносливости было на пару приличных ударов, а вот Куросаки даже болевой шок от обжигающей, выедающей руку лавы пережил, хоть и с душераздирающими криками, которые он до последнего мгновения рвался подавить, чтобы враг не радовался страданиям. Коридоры в цитадели Эммы Дай-О были просторными, богато, но неброско украшенными, что делало помещения привлекательными, и темноватыми, будто специально созданными для шпионов или заказных убийц. Но вот чего-чего, а этого Повелителю грешников бояться не стоило: либо Непрощённые не дойдут из-за демонов или Воли Ада, либо он прихлопнет наглеца. Но Кокуто был настолько самоуверен, что решился на безумство. Если противники не ожидают такого манёвра, то стоит призадуматься, а абсурд ли это, каким кажется на первый взгляд? Он передвигался бесшумно, прислушиваясь к тому, что кругом происходит. В замке было тихо и никого не наблюдалось, а снаружи началась нешуточная битва, судя по взрывам и крикам раненых. Все шли на риск, ведь от руки демона можно и распрощаться с загробной жизнью, навсегда став частью Джигоку, и перерождаться несколько лет, чувствуя неприятную слабость и тянущую боль. Кокуто было плевать на судьбу других Непрощённых. Пусть погибают, пока это отвлекает большую часть недругов. Но чего он не ожидал, так это того, что на очередном резком повороте в абсолютной тишине нос к носу столкнётся с двумя демонами, спешащими на подкрепление остальным! Мужчина схватился за рукоять меча, но, увидев, кто это, насмешливо цокнул, не веря в невероятную удачу, и щёлкнул пальцами по чёрному лезвию, вызывая негромкое металлическое дребезжание. Власть и Старение, которые схватились за разномастное оружие, замерли на месте, словно змеи, завороженные движением дудки игрока. Ханкаге успешно возобновил контроль, полностью подчинив воле хозяина тела и разумы двух «старичков». — Итак, что же мне расскажут мои друзья? — весело «промурлыкал» Кокуто, вальяжно положив обе руки на плечи демонов, которые пустыми бессмысленными взорами уставились на повелителя, ожидая прямого приказа. Они даже не понимали, что находятся во власти проклятого, утерянного в веках оружия, служащего против создателя во имя злых помыслов нового хозяина. — Что происходит? — чётко спросил мужчина, поворачивая голову к более низкому по росту Власти, который упитанностью, новым топором за спиной и шикарной бородой напоминал сказочное существо — гнома. Возможно, когда-то давно он навещал Генсей и попался на глаза людям, которые, заметив демона, подумали, что это — мифическое существо. Придумывать причудливые истории — вполне в духе людского рода. — Около двух сотен Непрощённых осаждают эту цитадель, — безразлично стал говорить лысый старец, почти не шевеля губами. — Многие демоны, в том числе и недавно поправившиеся, уже там. Мы шли им на помощь. — Так-так, — он прищурил один глаз, обдумывая информацию. — И Смерть тоже? А ваш ненаглядный Эмма сражается? — полюбопытствовал грешник, обращаясь к Старению, вооружённому внушительной секирой. — Смерть по-прежнему находиться в лазарете, потому как урон от блока-печати, нанесённый вашей сестрой, был слишком велик, — монотонно отозвался демон, чьи зрачки застыли на одном месте, будто он внезапно ослеп. — Король Ада не был в цитадели во время начала нападения. Мы отправили гонца, чтобы сообщить ему о происшествии, так что он довольно скоро должен появиться. — Неплохо-неплохо. Мои карты сейчас близки к трипсу[1], — он довольно усмехнулся, обдумывая сложившуюся ситуацию, постукивая одним пальцем по рукояти меча. — Сколько путей есть к Смерти? — Два, — хором ответили демоны, указывая на расходящиеся в разные стороны рукава коридора. — Отлично. Поступим так: вы пойдёте по правому, а я — по левому. Встретимся там. И на случай, если вы встретите кого-то из ваших друзей. Убейте их, не важно, что случится с вами, — Кокуто снова щёлкнул пальцами по клинку Ханкаге, закрепляя приказ, чтобы он действовал и на расстоянии. И, спокойно развернувшись к выбранному направлению, расслабленной походкой пошёл туда, насвистывая незамысловатый мотивчик детской песенки, которую помнил с жизни в Генсее. Он чувствовал, что всё великолепно, потому что давно так круто не везло. *** В доброй сотне метров от злоумышленника и демонов, которые передвигались по проходу совсем как обычно, чтобы не привлекать внимания, вновь очнулась Смерть, которую в прошлый раз остановил Обман, наложив диагностирующее заклинание и обнаружив, что она слаба. Итогом стало то, что он заставил девушку уснуть. Оригинал Урахары остался бы следить за состоянием, но на замок напали. Он отправил Лесть передать сообщение, а сам позвал для охраны Одиночество и Слабость, которые должны были или сопроводить демонессу, если специальный тест покажет, что она в порядке, или следить за дальнейшим восстановлением, если тест будет отрицательным. Обман поступил хитро, выбрав парней: оба были хорошо знакомы с крутым нравом Старшего Жнеца и знали, как противостоять девушке и какими словами заставить послушаться, хоть это и было сложно. — Что происходит? — прохрипела Смерть, чуть приподнимаясь на локтях, когда сознание прояснилось достаточно для того, чтобы ясно воспринимать звуки далёких взрывов. Интуиция тревожно зазвенела встревоженным колокольчиком о том, что агрессоры, напавшие в «Каменной Чаше», заявились и сюда. Сначала они решили разобраться с демонами, чтобы лишить Верховного Судью помощи многочисленными массовыми атаками. Грешных душ у той девушки было предостаточно, так что при хорошо спланированном «набеге» чужой план вполне может удаться и положить всех. — Грешники. Где Ичиго? — взволнованно спросила она, сжав в кулачках край тонкого одеяла. — Я же говорил тебе, что первым она спросит об этом рыжеволосом балбесе, — проворчал Одиночество, подрываясь с насиженного места для того, чтобы не дать демонессе встать и побежать на поиски Короля Ада. — Это было обидно! — фыркнул Слабость, скорбно снимая потрёпанный цилиндр, из-под которого во все стороны торчали красно-рыжие завитушки волос. — Все наши уже в битве, а Время с Лестью сопровождают Эмму сюда. С его силой он может утихомирить и армию грешников, ведь над ними парень имеет особую власть. — Власть, — пробормотала Старший Жнец, аккуратно поправив край бежевого кимоно. — Я должна кое-что вам рассказать. Пообещайте мне, что после этого вы отправитесь на поле боя и расскажите всё Ичиго, — Старший Жнец настолько была обеспокоена невысказанным, что даже забыла прибавить извечное «-сан» к имени Куросаки. — Ладно, — протянул Одиночество, не понимая, из-за чего сыр-бор. Но когда хозяйка Косы рассказала обо всех воспоминаниях насчёт битвы в «Каменной Чаше» и об опасениях, слушатели мгновенно подобрались, откинув шутовство в сторону. Никто не ожидал имбролио[2], которое было слишком длинным и привело к дисгармонии. — Ничего себе диверсия! Ты уверена в том, что они под воздействием чего-то, а не действуют по своему желанию, помогая грешникам? Может, они пообещали им нечто соблазнительное? — Под это описание вполне подходит Власть, — согласно кивнул оригинал Юмичики, придерживая головной убор, который снова был на законном месте, — ведь это вполне в его бунтарском духе. Но, как говорится, мелкие пакости не продумываются: они приходят спонтанно, при взгляде на ближнего, — парень глупо захихикал, спрятав усмешку за потрёпанными манжетами. — И именно поэтому он не способен на это. — Как и Старение, — заметила Смерть. — Он буквально боготворит третьего Эмму Дай-О, который с такой неповторимой любовью относится к знанию и ведёт с ним частые беседы. Именно поэтому я и решила, что они под чьим-то весьма мощным контролем. Будь у меня больше времени, я могла бы попытаться разузнать в Сутабаруне, что это могло бы быть, а так мне приходится полагаться только на свои выводы. — Поделишься с нами? — слегка безумно улыбнулся демон, спросив. — Конечно. Информация, даже не подтверждённая, может помочь, — она выразила согласие и добавила: — Правда, мысль у меня всего одна: подчинил их кто-то, кто связан с той девушкой, лидером этого восстания, но не она сама. Она — мастер заклинаний, но ни одно из заклятий не может подчинить живое существо настолько хорошо без вреда для него самого. Так что я думаю, что это какое-либо оружие. Вот только я не знаю ни одного такого меча, — она прикрыла глаза, раздумывая над чем-то. — Судьба долгое время искал Октагон[3]. Он много чего повидал и может знать, о чём идёт речь. В любом случае — поспешите! Мы не можем медлить. Эта война не должна быть проиграна!