Пари.

      Майк, Джереми и Винсет собрались на кухне. Небольшое помещение было насквозь пропитанно светом: нежно-бежевые стены, снизу крашенные мраморной плиткой; белый, словно первый снег, потолок; светло-серебристый линолеум в ярко-жёлтую полоску; на потолке висела небольшая люстра, излучающая приятный белый свет, её диаметр составлял двадцать сантиметров. От стены отходил овальный стол, за которым спокойно могло поместиться человек девять. Сам он был сделан из молочного дуба металлическими ножками цилиндрической формы. По бокам стояли стулья с высокими спинками, обшитые белой кожей. Буквально в трёх шагах от крайнего стула, напротив стены, стоял средних размеров холодильник цвета слоновой кости, рядом с ним, справа на лево, находились: газовая плита, тумба, тумба с посудомоечной машиной, ещё одна тумба. Рядом с последней тумбой находилась дубовая небольшая дверь со стеклянной панелью. Напротив, за четырьмя стульями было большое окно, которое впускало большое количество света в небольшое, по сравнению со всем домом, помещение.       - Эй, Винс, - начал Джерка, - а давай заключим пари: в течении следующих трёх часов ты должен будешь признаться Скотту в любви, а если нет, то я сам всё ему расскажу! Если ты всё же выиграешь, то я выполню любое твоё желание.       - Джер, подумай, может не на... - начал было противиться Майк, но тут же был прерван Винсентом, не желающим уступать ни в чём.       - Идёт! - заявил парень. - Если же я выиграю, то вы с Майком поебётесь в зале.       - Вы два долбаёба! Не впутывайте меня в это! - рыкнул Шмидт и вышел из кухни.       Винс понимал, что соглашается на невозможное. Скотт ему нравится уже на протяжении большого времени, но страх того, что чувства могут быть отвергнуты и их дружба разрушится, мешает признаться. Но уж лучше признаться самому, чем это сделает Джереми.       Винсент вошёл в просторный тёмный офис Скотта. Тёмно-фиолетовые обои, сине-фиолетовый ковёр, полностью застилавший дубовые полы, сливовый потолок; комнату освещала лишь настольная лампа, света которой хватало лишь на то, чтобы не споткнуться и не треснуться ногой, рукой или другой частью тела об что-нибудь. За не большим письменным дубовым столом на компьютерном чёрном стуле сидел весь в работе Скотт.       - Эм… Скотт, ты не занят? - спросил Винс не отходя от металлической двери.       - Если честно, то да... - ответил парень. - Но если что-то нужно - говори.       - Просто… - у фиолетового сердце забилось чаще.       - Эх, сколько мне тебя учить смотреть в глаза? - грозно спросил Каутон.       - Ну… просто… бля, я так не могу! - улыбнулся Винс       - Давай быстрей. Можешь не смотреть в глаза. - Скотту уже начало надоедать происходящее. Нужно было работать, а Винсент только тянул его время.       - Просто… очень долго мы знаем друг друга… и… - будто прочитав мысли, Винс продолжил говорить, но всё же ему это тяжело давалось.       - И? Что ты как даун! - рыкнул Скотт. - Прекрати вести себя как баба и говори уже!       - Я… люблю… тебя!... - выдавил из себя Винсент и выбежал из кабинета, оставив любимого человека наедине со своими мыслями, так и не дав ему высказать его чувства.       Вернувшись на кухню Винс облокотился на стену и сел на пол, закрыв лицо руками. Он повторял одно и тоже до тех пор пока к нему не подошёл Джереми. С сочувствием он спросил: "Всё в порядке?", но ответа не последовало. Гробовая тишина, казалось, длилась вечно. Но через минуту Винс сказал: "Я признался ему..."