choke adulthood

14 февраля стреляет куда-то в район диафрагмы с четырьмя нулями на циферблате. Телефон разрывается сообщениями и звонками, рама на окне трескается вдоль сердцевины, а входные двери срочно оформляют страховку. Орихиме шипит и утыкается носом в острые коленки Ренджи; Рукия даже не оборачивается - Урю то ли задыхается собственной кровью, то ли ей же дышать умудряется. Ичиго от телефона оторваться не может - Рирука перепутала маршруты, поворот не туда привел не к встрече с аборигенами, а к разорванным в хлам голосовым связкам и сошедшим с ума нервным клеткам. Орихиме чужими локтями и коленями причиняет себе куда больше боли, чем вся стая схлопотала во время последней битвы; оболочка линяет все сильнее с каждым "приезжай скорее, Докугамине, я ведь волнуюсь", воздух дырявит легкие под аккомпанемент "больше не езжай никуда, Иноуэ, не сможешь справиться с этим, твои силы слишком никчемны, ты не способна спасти всех, а я не хочу терять тебя", а кости дробятся чуть ли не в мясорубке, подпевая "я никогда не отпущу тебя, больше никогда, обещаю". Ичиго выдыхает, а где-то в Альпах снег с гор опадает - страшно ведь, земля вся трясется; Орихиме губы кусает - не уберегла, чуть все не испортила. Исида обещает больше не лезть в самое пекло событий, но его голос давно куда-то перемещен - и не слышат его, и не верят уже. Рирука врывается в дом Орихиме где-то между глухим отчаяньем и стремлением позвонить Супермену, говорят, недавно в Америку вернулся, а Бэтмен так вообще вечно под ногами пляшет. Плечи Ичиго дергаются, Рирука падает в распростертые объятия и убеждает, что точно купит себе навигатор, да на шею повесит - так точно не потеряется нигде. У Орихиме в горле сгусток крови стоит - только хрипеть и получается. 14 февраля растворяется мгновенно, будто его в кислоту макнули. День Влюбленных, говорите? Иноуэ больше нравится немецкая версия праздника.*