Не с того начали/Dating Backwards

       — НАЧАЛИ! — слышит Стайлз и, выравнивая плечи, делает глубокий вдох.       Он, улыбаясь во весь рот, открывает двери.        — Милый, я дома, — говорит он, хоть это и звучит слишком слащаво. Чертов Гринберг.       Камеры следуют за парнем, пока он закрывает за собой дверь, оставляет чемодан у входа и идет в гостиную.       Дерек сползает в кресле, притворяясь, будто бы уснул в нём. Одна нога в носке подогнута под другую. Его пиджак висит на подлокотнике так, будто его туда просто бросили. Сам мужчина полулежит в ослабленном галстуке, с расстегнутым воротником, а ресницы кажутся поразительно утонченными, пуская тень на скулы. Голова оборотня — на одной из рук, расслабленной на ручке кресла, и на мгновение Стайлз представляет, каково это, приходить домой к такому чуду. Это отдает тяжестью в груди.       Пока парень тихо подходит, Дерек дышит спокойно и ровно, даже не шевелится. Но до тех пор, пока Стилински не наклоняется и не целует его в лоб, запуская одну руку в волосы. Дерек чуть вздрагивает, будто бы просыпаясь, хватает партнера за шею сзади и притягивает к себе для поцелуя.       И очень странно думать о том, что это их первый поцелуй. Он не ощущается таковым. По какой-то причине кажется, будто они целовались уже миллионы раз, ну, или, по крайней мере, больше, чем единожды.       У Дерека неожиданно мягкие губы, от чего поцелуй выходит тягучим, будто мужчина еще не до конца проснулся. И хотя поцелуй начинается довольно целомудренно, в нем чувствуется желание. Стайлз обхватывает лицо мужчины руками, поглаживая по щекам большими пальцами. Дерек расслабляется, приоткрываясь. Он вдруг открывает рот, пропуская внутрь партнера, меняясь, будто по щелчку переключателя.       Его рот дает, но руки берут, притягивая парня ближе так, чтобы тот оказался на коленях Хейла. От этого Стайлз не может сдержать улыбки, на секунду отстраняясь от губ, чтобы вновь вернуться к поцелую, всё так же улыбаясь.        — Я скучал, соня, — говорит он, легко целуя Дерека в нос. Тот удивляется, замечает Стилински по широко открывающимся глазам, но не отпускает парня, поглаживая по лицу.        — Ты поздно, — сообщает Хейл, целуя партнера в уголок губ. И в этом слишком уж много поддразнивания. Но Стайлзу не нужны поддразнивания, ему нужны все те поцелуи, что, по какой бы то ни было причине, не случились. Бесконечное количество поцелуев, черт возьми. Но не все вариации оных. Не сейчас. Для мягких, ленивых поцелуев еще будет время.       Дерек тихо выдыхает, когда Стайлз проводит языком по его губам, скользя внутрь. Его язык приветливо встречают внутри. Что-то будто гудит в нем, распускаясь наэлектризованным цветком от губ парня к пальцам ног, когда он ощущает, как Дерек пробует его на вкус.       О да, пожалуй, этого достаточно. Им нужно добраться до следующей комнаты.       Стайлз соскакивает с колен партнера и за галстук тянет его за собой, усмехаясь при этом. Дерек с трудом отрывается от губ парня, но во взгляде нет ни капли сожаления или сомнения. Он полон желания, так что мужчина тут же встает следом. Он даже дразнит парня, чмокая в губы, пока тот обходит диван.        — Боже, я хочу тебя всего, — выдыхает Стайлз, и хотя это не по сценарию, даже близко к нему не стояло, никто не останавливает съемку. Дерек притягивает его к себе еще раз, целуя, прежде чем снова отпустить, давая возможность сбросить пиджак с плеч. Им удается сделать еще пару шагов к двери, когда Финсток прекращает всё.       Они останавливаются и ожидают, пока камеры переставят в другую комнату. В это время Стайлз накручивает галстук мужчины себе на руку, от чего тот заметно сглатывает, жадно смотря на губы партнера, и уже готов потянуться к ним, когда Финсток командует:        — Начали!       Охуеть как вовремя, ибо Стайлз уже оказывается на полпути к губам партнера. В его голове проскальзывает мысль, что вряд ли они доберутся до кровати такими темпами, и Дерек, видимо, тоже так считает. Поэтому Стайлз подхватывает и приподнимает парня ещё до того, как их губы успевают сомкнуться. Он сразу обхватывает бедра Хейла ногами, губами оттягивая его нижнюю губу.       По сути у них выходит зайти в спальню, но они не заходят вглубь, ибо Дерек тут же вжимает парня в стену и толкается бедрами в его, вызывая у Стилински стон, заставляя цепляться за свои плечи сильнее.       Дерьмо, у него не должно так стоять, не от простых поцелуев, но, черт возьми, он просто каменный снизу.        — Хочу тебя голым, — говорит он Хейлу, ослабляя галстук того достаточно, чтобы снять его через голову. — Хочу снять обертку со своего подарка.       Оборотень вжимается лицом в шею Стайлза, но опускает свою ношу на пол. Он жарко выдыхает, из-за чего у парня подрагивают пальцы, пока он добирается до пуговиц партнера и начинает раздражаться, ибо не может расстегнуть эту блядскую рубашку.        — К херам её, я не могу… — на что Хейл накрывает руки парня своими, отводя их в сторону, и самостоятельно расстегивает пуговицы. Дерек отступает, и Стайлз опирается на стену, стараясь вернуть себе хоть дольки самообладания, чего на самом деле не получается. Взгляд альфы будто прожигает его, и сердце так громко бьется, что даже он сам слышит его. Дерек, должно быть, слышит это так же явно.       Рубашка спадает на пол, а Хейл отработанным движением руки расстегивает свой ремень.        — Я собираюсь сделать много ужасных, волшебных вещей с тобой, — шепчет Стайлз.       Брюки падают на пол, а мужчина приподнимает бровь:        — Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать.        — Ох, это обещание я еще как сдержу.        — Правда, что ли? — спрашивает Хейл, стягивая свои до безобразия милые носки в ромбик. — Тогда что ты всё ещё делаешь там?        — Наслаждаюсь видом, умник. Дай мне минутку, чтобы оценить все это, — он обводит рукой тело партнера, удивляясь возникшему желанию коснуться губами каждого сантиметра тела.        — Ты выглядишь непристойно, знаешь это?       Дерек пожимает плечами, скользя рукой по низу своего живота, прямо над поясом нижнего белья:        — И что же ты собираешься с этим делать?        — У меня есть парочка идей, — выдыхает парень, и ему даже плевать, насколько подрагивает его голос, потому что Дерек пальцами слегка поддевает края белья, едва приспуская его. Это чертово поддразнивание, и мужчина наверняка знает, что это творит со Стайлзом. — Хочу тебя. В постели. Прошу.       Хейл усмехается, разворачивается и подмигивает, смотря из-за плеча. Сперва Стайлз считает его милым, но нет, Дерек убийственен, когда наклоняется вперед, стягивая с себя трусы в таком жесте, что Стилински затаивает дыхание, ибо этот зад.        — Такими темпами ты меня убьешь, Господи, — на выдохе произносит парень, когда Дерек опускается на колени на кровать.        — Какое же в этом веселье?       Стайлз больше не может находиться на расстоянии. Он не может просить у себя так много. Он не настолько силен.       Дерек будто плавится в его руках, когда парень опускает руки на бедра партнера. В таком положении заметно, что Хейл и правда выше Стайлза, что однако дает парню хорошую возможность поцелуями добраться до плеча мужчины, проскользить губами от бицепса и до самого основания шеи. Кожа, горячая и будто живая под губами, тянется, когда Дерек поднимает руку, чтобы зарыться пальцами в волосы партнера.       Когда Стайлз обхватывает пальцами член Хейла у основания, тот издает тихий стон, откидывая голову назад. Парень скользит поцелуями по скуле, плавно проводя рукой по стволу, зная, что это не приведет к разрядке. Да, Стайлз намерен принести удовольствие партнеру, но есть что-то в той горячей тяжести в руке, в скольжении кожицы у головки при движении. Он чувствует пульс Дерека рукой, губами, которыми проводит по горлу мужчины.       Бля, он бы хотел подрочить Дереку хорошо и плавно. Просто, чтобы понаблюдать. Он прекрасен настолько, что Стилински хотел бы продержать его в постели целый день, неделю, так долго, сколько Дерек позволил бы ему. Но такие желания явно не для нынешней ситуации.       Стайлз целует Хейла в основание шеи, спускается поцелуями по хребту, заставляя того прогнуться. Рука, которая до этого находилась в волосах парня, присоединяется к руке Стайлза на его бедре. У Стилински большие руки, но пальцы идеально ложатся между пальцев парня, его ладони горячие, а хватка уверенная, особенно когда Стайлз движется губами ниже по спине, проходясь по лопаткам, крепким мышцам на талии, вниз к ямочкам на пояснице. Как только он скользит в них языком, Дерек выпускает его руку, опираясь руками перед собой, чтобы удержать равновесие.       Отпуская член мужчины, Стайлз целует копчик, наблюдая за напряжением в плечах партнера. Он не уверен, хороший ли это знак.        — Чего ты хочешь? — решает спросить Стилински, скользя руками по бедрам оборотня. — Могу ли я попробовать тебя внутри?        — Да, — отвечает Хейл мягким голосом, после чего опускается на предплечья и уже более уверенно добавляет:        — Пожалуйста.       Дерек выпячивает зад, подставляясь парню, при этом пряча лицо в локте. Как только ладони Стайлза опускаются на ягодицы Хейла, тот подается навстречу прикосновениям. Стайлз широко разводит ягодицы мужчины, потирая большим пальцем кольцо мышц.        — Знаешь, я думал об этом, — а в ответ Дерек издает такой звук, который, будто имея физическое тело, вонзается в грудь парня волной желания. — Я думал об этом моменте, о том, как бы я доставлял тебе удовольствие лишь своим языком часами. Пока ты бы не потерял способность мыслить. Ты позволишь мне это сделать?       Дерек сперва кивает себе в руку, затем все же подаёт голос:        — Да. Я позволю. Я, блядь, буду… Господи… — Стайлз дует ему на анальное кольцо, улыбаясь, когда мужчина вздрагивает под ним. Это будет весело. Потому что Стайлз хорош в оральных ласках. Он гордится своими способностями, а сейчас он словно на Олимпийских играх. Будто все разы до этого были лишь практикой для нынешнего выступления. Практикой, чтобы взорвать Дереку мозг ощущениями. Стайлз надеется на это.       Очень мягко парень целует сжатые мышцы. И хотя у Стайлза нет никакого кинка по поводу лишения девственности другого человека, но то, что Дерек доверяет ему настолько, что позволяет стать первым… Ох, это просто сводит его с ума.       Оказывается, что он был прав с самого начала, понимает Стилински, когда поцелуи становятся более мокрыми: Дереку нравится это. И хотя оборотень прячет рот в локте, Стайлз слышит, как тот постанывает слова, которые уже не может выговорить. Когда же парень отстраняется, то Хейл неосознанно толкается бедрами назад, будто уже не контролирует себя.       Стайлз любит подразнить, когда предоставляется такая возможность. Такая, как сейчас. Так что вместо того, чтобы как следует вытрахать мужчину языком, он обводит кольцо мышц лишь кончиком языка. Бездумно сперва, но очень четко затем, он выводит языком свое имя. На последней букве тело под ним дрожит, будто Дерек вот-вот распадется на части.       И вот тогда Стайлз решает проникнуть языком внутрь, совсем немного, покручивая им в процессе. После всех поддразниваний, Дерек жадно открывается перед ним.        — Ох, бля… — стонет он, когда парень проникает языком так глубоко, как может, и выдает что-то похожее на всхлип, в то время как Стилински начинает толкаться. Мышцы под руками парня то напряжены, то наоборот расслаблены, будто мужчина не знает, что же делать. Не знает, хочет он отстраниться или же получить еще.       Стайлз отодвигается, обводя анальное кольцо большим пальцем:        — Ты охуенно красив, знаешь? — он сплевывает на дырочку, проталкивая слюну внутрь кончиком пальца, и Дерек издает такой сломанный звук, который Стайлз хотел бы еще не раз услышать в своей жизни. — Скажи мне, чего ты хочешь. Скажи, что с тобой сделать? — Хейл дергает бедрами назад, насаживаясь на большой палец, что был у входа.        — Хочу тебя внутри. Мне это нужно… бля-я, — он судорожно выдыхает, когда Стайлз сгибает палец внутри, и, Господи-еби-всех-конем-Боже, Стилински отдал бы все, чтобы сейчас увидеть лицо мужчины. — Тебе лучше дать мне это, иначе, я клянусь… Боже, ты… — Стайлз не может сдержать усмешки, вытаскивая палец лишь для того, чтобы затем надавить его подушечкой на влажный проход, пока тот не примет его, и так несколько раз, ибо Стилински еще как заводит, что Дерек не может выговорить ни слова от такой стимуляции.       Но ему нужна смазка. Срочно. Он планирует влюбить Дерека в свои пальцы, но это не сработает лишь на слюне.       На тумбочке у кровати стоит баночка, слава Богу, но вообще Стайлз мог бы спросить у одного из десятка людей вокруг них. Дерьмо. Все верно. В комнате больше объектов, чем Дерек и его зад. Чудесно.       Стайлз быстро избавляется от рубашки со штанами, по большей части потому, что это отвратно делать, когда все руки в смазке. Пару мгновений он сомневается, что делать с трусами, но решает стянуть их тоже, чтобы не мучиться с ними позже.        — Ну же, — торопит его Хейл, когда парень снова опускается за ним.        — Какой ты жадный, — дразнит его Стайлз, после чего ему в голову приходит идея. — Если тебе так не терпится, то, может, ты откроешь себя пошире для меня?       И тут парень начинает переживать, не зашел ли он слишком далеко, но в этот момент Дерек сползает ниже, ложась грудью на простыни, отводит руки назад и широко разводит ягодицы.       О да, Стайлз точно не переживет этого.       Он выливает немного смазки себе на руку и одним пальцем размазывает её по анальному кольцу. Стайлз пытается расслабить мужчину, что, как оказывается, не особо нужно, ибо тот подается бедрами назад, насаживаясь на палец по вторую костяшку еще до того, как парень решает сделать это сам. Дерек горяч и узок вокруг пальца, но не настолько плотный, чтобы не позволять слегка двигать пальцем внутри, растягивая его для второго.       С легкой усмешкой парень обводит кольцо мышц и, когда видит, что Дерек расслаблен, плавно вставляет сразу два пальца. Он глубоко скользит ими, поглаживая стенки внутри, от чего Хейл начинает насаживаться на них.       В этом у Стайлза есть большой опыт. С собой и с другими… он знает, как быстро найти точку простаты или так называемую G-точку. Стайлз знает это еще со времен старшей школы, когда проводил часы за анатомическими картами с пальцами глубоко в себе. На других, однако, это сделать даже проще, так что он быстро находит искомое.       Дерек хнычет. Его бедра взлетают вверх, а пальцы крепче сжимают собственные ягодицы. Кольцо мышц стягивается, будто Хейл совсем теряет контроль над собой. А звуки, что слетают с его губ, становятся похожими на всхлипы, полные желания и нетерпения.       И то, что Дерек кончает, нисколько не удивляет парня. Разве что это сюрприз для самого Хейла, судя по тому, как он прогибается и скулит. Его зад сжимается и разжимается вокруг пальцев Стайлза в рваном ритме, пока парень продолжает мягко, чуть медленнее, поглаживать чувствительную точку, не останавливаясь, пока Дерек не отстраняется сам. Он больше не может держать себя открытым, будто это требует слишком много сил, так что Стайлз в качестве вознаграждения легко целует его в поясницу, копчик, пробуя на вкус выступившие капли пота.       Если бы они не были здесь, не делали все это на камеру, парень бы что-то сказал. То, что ему, вероятно, в любом случае не стоило бы говорить. То, чего он не смог бы сказать, не балансируя при этом на самой грани.       Но он думает об этом, где-то глубоко внутри, выдыхая свои мысли в кожу мужчины. Стайлз дает Дереку прийти в себя, прежде чем вставить пальцы назад, пробуя его после оргазма. От этого тихий стон покидает губы Хейла, а сам он подается навстречу, так что Стилински вытягивает пальцы. Возможно, только для того, чтобы увидеть, как все тело Дерека как бы тянется следом, пытается удержать его внутри.       Когда Стайлз приближается к Дереку сзади и поглаживает по ягодицам, тот двигается чуть вперед, позволяя парню забраться на кровать. В награду за это Стилински возвращает два пальца в зад, наслаждаясь тем, как тело Дерека открывается для него. Блядь, он будет ощущаться так хорошо, плотно обхватывая член Стайлза. Господи Боже.       Вместо того, чтобы добавить третий палец, парень вводит неглубоко внутрь два больших, покручивая их и массируя кольцо мышц. И Дерек отвечает соблазнительнейшим стоном на это действие.        — Во имя Бога, просто выеби меня уже! — стонет альфа.       Стайлз довольно улыбается:        — Ты так требователен. Мне это нравится. Охуеть как нравится.       Он уже настолько твердый снизу, что его член готов отпасть, а из-за открытого желания Дерека, с уретры уже выступило достаточно смазки, так что он размазывает её по члену, и хотя этого пока ещё мало парень больше не может терпеть. Именно поэтому он скользит стояком меж ягодиц Хейла, показывая, насколько Стайлз хочет овладеть им.        — Ты уверен, что готов? — спрашивает он, потираясь головкой о кольцо мышц. Дерек откидывает голову в истоме, но когда поворачивает лицо к Стайлзу, то его глаза горят красным.        — Если ты сейчас же не трахнешь меня, то я уложу тебя на лопатки и оседлаю тебя сам, — сказанное похоже на угрозу, но явно меньшую, чем он мог бы сейчас провернуть.       Стайлз приставляет головку к отверстию:        — Я люблю, когда ты командуешь в постели, — говорит он мягко, возможно, слишком мягко, но это для того, чтобы с точностью проверить готовность мужчины под ним. Дерек же открыт перед ним, а дырочка легко принимает головку Стайлза, как только тот скользит ей внутрь. Пиздец, ему приходится плотно сжать себя у основания, ибо святой нахуй.        — Ну же, я смогу принять его, — говорит Дерек низким голосом.        — Просто дай мне секунду. Боже, ты такой узкий.       Он глубоко дышит, представляя задницу Скотта во всех деталях, чтобы немного снять возбуждение. Так лучше. Он тут же припоминает разы, когда у него были множественные оргазмы в такие моменты пару лет назад, и это было не круто. — Пожалуйста, Ста… — Дерек прикусывает губу, и, дерьмо, его голос намного ближе к сломленному, чем когда-либо. — Прошу. Я хочу почувствовать его, — то, что мужчина ждет, задевает что-то в Стайлзе, ибо они оба знают, что Дерек мог бы взять, что хочет в любой момент, имея более чем достаточно сил для этого. Но он этого не делает. Он доверяет Стайлзу достаточно для того, чтобы позволить тому самому вставить глубже, когда это будет нужно.       Стайлз плавно погружается внутрь, полуложась на мужчину. Дерек молчит, лежит идеально ровно, даже не дышит, так что парень останавливается, наклоняется ниже, целует плечо Хейла, кончиком языка обводит контуры татуировки. Тот неимоверно узкий, влажный от смазки, и Стайлз очень даже уверен, что чувствует членом его пульс.       Когда их дыхание синхронизируется, Стилински погружается до упора, делая это плавно, и опускается сверху. Он пытается быть достаточно хорошим для партнера, пытается не шевелится, дать мужчине привыкнуть к ощущениям, так что чуть приподнимается и припадает губами к шее Хейла, посасывая кожу за самым ухом.       Вдох, что слетает с губ мужчины, отдается вибрацией в груди Стайлза, ощущается чем-то неземным. Будто их линии начинают размываться, их молекулы начинают соединяться, объединяя партнеров в одно. Что бы это ни было, это не нормально. Это что-то ужасающее, но в то же время захватывающее, и он просто не может осознать это до конца. Это не просто трах.       Правда, это даже не близко к нему не стояло. Это не то, на что он подписывался. В этом нет ничего чисто механического или практичного. Каждый раз, когда сердце Дерека бьется, Стайлз чувствует это всем телом, и это будто открывает в нем что-то новое, какое-то невообразимо новое чувство.       Господи, это просто секс. И на этом все. Он слишком грузит себя.       Но это не просто секс.       Обычно Стайлз так не трахается. Глубокое желание во всем этом неправильно. Ну, правда, он мог бы оставаться в таком положении вечно, а это явно ненормально. Парень будто едет по странному-странному склону, и при этом у него нет ни тормозов, ни руля.       Он не может просто делать это.       Не тогда, когда чувства переполняют его.       В сценарии нет ни строчки о таких чувствах в процессе, а между ним и Дереком нет ни капли расстояния, чтобы вписать туда что-то ещё.        — Ты мне нужен, — говорит Дерек, слова мягкие и растянутые, — двигайся.       И он движется.       Он раскачивает бедрами, пряча лицо в плечо Дерека. Движения остаются плавными и короткими, потому что даже сама идея отстранится кажется парню невыносимой. Стайлз чувствует, насколько они подходят друг другу, и не только по вполне объяснимым причинам. Нет, ему кажется, что он пришел домой, и он уж точно не хочет уходить.       Ты прекрасен.       Я тебя люблю.       Позволь мне остаться с тобой.       Стилински сжимает зубы у основания шеи Дерека, губы подрагивают от миллионов глупых слов, которые он никогда не должен был говорить. От чувств, которых Стайлз даже не будет чувствовать потом. Но сейчас? Сейчас происходит что-то необъяснимое.       Стайлз находит руку Хейла и переплетает их пальцы, потому что просто зависим он тела Дерека сейчас. Но видимо не только с ним происходит это, потому что Дерек тянет его руку дальше, как бы обнимая себя руками парня, целует косточку на запястье. От этого Стайлз резко дергает бедрами, потому что кажется, будто все его тело — один оголенный нерв.       Каждый раз, как он погружается внутрь, тело плавится под него. Стайлз думает, что готов так умереть, ибо несмотря ни на что будет счастливым, и мало, что сможет сделать этот момент еще лучше…        — Я хочу смотреть на тебя, — шепчет он, опьяненным ощущением пульса Дерека под губами. — Пожалуйста. Я хочу видеть тебя, — это лучше, чем сказать я хочу поцеловать тебя так сильно, что готов умереть за это, не на много, но все же.       Мужчина кивает, потираясь щекой о простыни:        — Да. Хорошо, — он тянется за рукой Стайлза, издавая тихий звук, когда парень покидает его тело. Если бы Стилински мог словить этот звук в бутылку и хранить его, он сделал бы это. Но он будет сдержан. И мир не рухнет, если на мгновение, пока Дерек перевернется на кровати, они прервут контакт. Все в порядке.       Так он говорит себе, но Дерек тут же тянет его на себя, согревая кожу на ребрах и плече руками. Стайлз овладевает им, смотрит в потемневшие от желания глаза, на легкий румянец на скулах, чувствует его полутвердый член своим животом.       Единственные слова, что он может сейчас сказать, абсурдны, так что он идет на небольшой риск и опускает ладонь на щеку мужчины, второй же вновь направляет себя в партнера. Влажный жар будто вплавляется в его кости, и он пропускает выражение лица Дерека, но это, наверное, ничего. Руки Хейла плотно переплетаются на его шее и тянут парня к себе для жаркого поцелуя. Он выходит грубоватым, с уймой горячего дыхания, без каких-либо промежутков, но Стайлз не против. Он так же не против, что Дерек обвивает его бедра ногами, плотно удерживая в себе.       Парень отстраняется от желанных губ, обхватывает лицо альфы обеими руками и толкается в него плавно и глубоко. Он просто наблюдает, как подрагивают ресницы Хейла, как в радужке глаз проскальзывают оттенки красного. В таком темпе Стайлз, скорее всего, сможет еще продержаться. Что хорошо, потому что он еще хочет увидеть удовольствие партнера до собственного оргазма.       Стайлз обхватывает член Хейла, что лежит меж ними. После пары хороших движений по нему, мужчина начинает дрожать в его руках, кусая собственную губу.        — Я хочу увидеть, как ты кончишь, — говорит Стайлз, не находя сил и желания контролировать себя. — Ты так охренительно прекрасен, ты знаешь об этом?       Стилински меняет угол проникновения, толчки становятся более мелкими, и он слышит, как в груди Дерека формируется стон, рычание. Хейл резко отпускает плечи Стайлза, цепляясь руками с отросшими когтями за спинку кровати. Парень продолжает дрочить ему в такт толчков в простату, улыбаясь как идиот, когда Дерек откидывает голову назад, выпуская клыки.        — Ты потеряешь контроль для меня? Мой член довел тебя до такого? — и он вбивается с силой, что заставляет Дерека скулить, и, да, он близок к грани. Боже. Его зад волшебный. И не только потому, что чувствуется как идеальность во всей красе и прочая чушь. Стайлз любит секс во всех его проявлениях, и иногда даже напрашивается на него, но то, что у него было, никогда не сравнится с этим.       Когда Дерек кончает, Стайлз резко толкается внутрь до упора, кусая при этом свою руку, пытаясь удержаться. Господи, блядь, Иисусе. Он находит в себе силы легко надрачивать Дереку, пока тот выплескивается себе на живот и плотно зажмуривает глаза, потому что он не может смотреть. И не может не смотреть. Почувствовав последние пульсации в члене Хейла, Стайлз обводит большим пальцем дырочку уретры, вызывая тем самым тихий стон у мужчины, прежде чем отпустить его, давая возможность вдохнуть воздуха.       Стайлз помнит, что должен кончить на Дерека. Это то, чего все хотели. И он сможет сделать это. Но он не может сдержаться, чтобы еще пару раз не толкнуться глубоко внутрь, ибо магия. Серьезно.       Такое волшебство, что он вот-вот проебет запланированное время, чего не произойдет.       Стайлз медленно достает член, зная, что Дерек сейчас очень чувствителен там, и замирает на секунду. Дерек смотрит на него. Медленно кивает. Протягивает руку и поглаживает пальцами плечо парня.       Не долго думая, Стайлз крепко сжимает свой стояк, хотя хочет почувствовать на нём руку Дерека. Он быстро дрочит себе, и оргазм ударяет его с такой силой, что парень едва сдерживает вскрик. Это происходит в спешке, и поэтому, когда он кончает, а Дерек теперь покрыт всеми возможными телесными жидкостями, Стайлз тяжело дышит, чувствуя себя выжатым.        — Я думаю, ты меня сломал, — произносит парень, на что Хейл улыбается и притягивает его к себе для медленного мягкого поцелуя. Он пропускает язык парня внутрь, и Стилински хочет просто остаться внутри навсегда. Ему даже плевать, что они сейчас еще сильнее вымажутся в сперме друг друга. Это нормально. На самом деле Стайлзу даже будет похер, если съемочной группе придется вызывать пожарников, чтобы те разняли их. Тело Дерека чувствуется так хорошо под ним, даже несмотря на то, что Стайлз неудобно полусогнут над мужчиной, полусжат в его руках.        — Я чувствую, как ты улыбаешься, — шепчет Дерек ему в губы.        — Я просто счастлив, — говорит Стайлз. Он прихватывает нижнюю губу Хейла, посасывая, и широко улыбается, когда тот крепче обнимает его в ответ, за что парень скользит языком внутрь. Дерек перекатывает их, устраиваясь получше, так, что их ноги оказываются переплетенными. Это всё же приятно.       Стайлз скользит пальцами по спине партнера, когда тот наклоняется к его шее, чтобы всосать там кожу.        — Мы больше никогда не выберемся из постели, да? — спрашивает парень. — Потому что это будет отстойно. Явно переоцененное действие.        — Согласен, — говорит Дерек, приподнимаясь над ним с улыбкой.        — И… СНЯТО! — кричит Финсток.