Как отделаться от звезды, если звезда не хочет отделываться от Вас

Я свернула только что купленную газету в трубочку и пихнула её в итак уже набитую до предела шикарную сумку от Marc Jacobs. Надо было заглянуть в продуктовый, успеть забежать в парикмахерскую, а потом ещё и жидкость для снятия лака где-нибудь приобрести…короче, хлопот полон рот! Завтра как бы важный день…у Билла выходные. Этот дебильный непрекращающийся тур выводит из себя не столько моего благоверного, его сумасшедшего братца и тех двоих, сколько меня саму, но я, как истинная стервозная леди-истеричка, не показываю и вида, что что-то не так. Билл каждый раз жутко расстраивается, думая, что я не ревную и не скучаю. Это враньё, конечно, но уж ладно…женщине лгать вполне себе позволительно. Приехать он собирался завтра вечером, и я даже взяла отгул на работе, чтобы успеть хорошеничко подготовиться: сварганить какой-никакой романтик со всей необходимой атрибутикой типа свечек в виде сердечек и горячо любимого Биллом мяса по-французски, подготовить мою нежную девственную кроватку, купленную месяц назад, к тому потрясению, что её ожидает, и подготовить саму себя в целях поражения любимого и в сердце…и немного пониже. За те восемь месяцев, что мы с герром Каулитцем-младшим официально вместе, мало что изменилось. Почти сразу же после нашего памятного воссоединения группа укатила в тур, а я отыскала место исполнительного редактора в одной жёлтой газетке. Билл всё возмущался, звал меня с собой, но как-то не слишком хотелось колесить по миру и быть живой мишенью для кучи умалишённых фанаток. Он обижался поначалу (да и сейчас дуется!), но вроде как смирился. И правильно. Тот факт, что я его люблю, ещё не доказывает мою готовность изменить жизнь. *** “Une vie d’amour que l’on s’était jurée et que le temps…” Свечи готовы, мы с декольте и кроватью тоже. Осталось дождаться виновника торжества, которого где-то черти носят. Позвонить, что ли? Ну уж нет…он там где-то шляется, а я буду беспокоиться. Нет-нет-нет…скоро сам придёт. И точно! Звонок в дверь. Радостная улыбка сама собой расползлась по лицу. Боже, я становлюсь сентиментальной! Открываю дверь и вижу его – такого же счастливого, буквально-таки светящегося от восторга. - Привет…- тихо произношу. Он кивает и внезапно стискивает меня в объятиях, часто дыша. - Я так скучал! В ответ целую его в щёку. - Пойдём, буду тебя кормить. - А поцеловать? - А сейчас что было, по-твоему? - Это не по-настоящему, нееет! Смотрю в большие карие глаза, которые сверлят мои зелёные. И ведь так хочется быть с ним поласковей, почему я постоянно сдерживаюсь? Выпустив чувства на волю, обнимаю охнувшего от неожиданности Билла за шею и впечатываюсь своими губами в его… Билл обхватывает меня за талию и притягивает вплотную к себе, заставляя сердце колотиться чаще. Прилив возбуждения сводит низ живота, и я отстраняюсь, смотря в чуть разочарованные карие глаза. - Пойдём ужинать. - Пойдём… … О курице все давно уже позабыли, и она, как истинный forever alone, не мешает нам сосредоточенно лишать девственности мою новую кроватку. - Дааа! Ооо…ещё…Бииилл… - Любимая… От плавных толчков внутри голова идёт кругом: всё вокруг сливается в одно большое разноцветное пятно, перед глазами стоит только его лицо с этими пухлыми губами, которые исцеловали меня сегодня с головы до ног. Мои стоны сводят его с ума, а меня сводит с ума он сам. Один только этот хищный вид может заставить любую девчонку упасть в обморок от экстаза. Билл тихо охает, кладя ладонь мне на грудь и несильно сжимая. Хорошо, божественно хорошо…Он входит неимоверно глубоко, отчего конвульсии проносятся по телу, и я чувствую, что осталось недолго до финиша. С громким криком Билл кончает, уткнувшись лицом мне в плечо. Я люблю его. Осознаю это так чётко, что хочется его заласкать…но что-то всё время мешает мне. - В душ пойдём? – шепчет Билл, гладя меня по руке. - Иди. - А ты? - А я после тебя. - Пойдём вместе? - Вместе? - Дааа…- протягивает он, нежно улыбаясь. - Да ну,- почему я отказываюсь? Я идиотка. - Бу-бу-бу…Ринуль, красавица моя, ну пожалуйстааа… У нас так всегда: он уговаривает, а я упорно отказываюсь, а потом мы ссоримся. Он кричит, что я его не люблю, я кричу, что он меня не понимает. А потом примирение…и бурный секс до утра. Но сегодня так не хочется ссориться… - Ладно, уговорил. Пошли. Билл легко подхватывает меня на руки, и мы направляемся в ванную, над чем-то смеясь по пути. *** Утро начинается романтично-преромантично…я просыпаюсь у Билла на плече, а саундтреком ко всей этой милой картине является гул машин за окном и мерный тихий храп моего благоверного. Будить его не хотелось: пусть хоть на выходных отоспится. Хотелось лишь сделать ему приятно обогреть, приласкать…ООО, детка, да твоя крыша совсем съехала на почве любви! Ну и ладно… Готовить я, конечно, не очень хорошо умею, но на омлет моих умений вполне хватит. - Ммм…Любимая, ты уже проснулась? Хихикнув в ответ, я принялась нарезать ветчину. - Ну не глюк же на кухне тебе завтрак готовит, верно? - Ммм…Рииинаа… В следующее мгновение чувствую тёплые ладони на животе и горячие губы за ушком…похоже, завтрак немного откладывается… … И опять в голове не пойми что. Он сидит напротив, смотрит телевизор и завтракает…а я думаю о том, каково бы было, если… Если бы рядом с нами сидели наши дети…Если бы у нас была настоящая семья…Каково это? Я сама не знала, что такое семья: папа бросил нас, когда мне исполнилось пять. Не очень сознательный возраст, так что последствия этого события чувствуются только сейчас…я не верю мужчинам. Я резкая, стервозная и капризная. За что Билл меня вообще любит? За что?! - Билл? - Что? – карие глаза ласково смотрят на меня, а губы растягиваются в милой застенчивой улыбке. - А…можно я спрошу у тебя кое-что? - Конечно, - уже привычная нежность…и ласка. - А…за что ты меня…ну…любишь? Билл вздрагивает и кладёт вилку на стол, в недоумении глядя на меня. - Почему ты спрашиваешь? – немного испуганно. Шайссе. - Просто…я же с таким характером. Дебильным…сам знаешь. И…я вчера думала-думала…ты…ты ведь совсем не такой, как я…ты хороший, добрый. - А ты как будто вселенское зло…Рина… - Нет, подожди,- я хочу открыть ему свои мысли и быть искренней,- Билл, я…я не понимаю, за что такой, как ты, может любить такую, как я…и вообще… - Хватит,- он подходит ко мне и берёт ладони в свои,- Рина, ты несёшь бред. Бред, слышишь? Я люблю тебя такой, какая ты есть. Мне никого другого не надо…не надо, понимаешь? Да, мы разные, но нам от этого лишь интереснее вместе…или ты так не считаешь? О чёрт! Я люблю его! - Я так считаю…Биииллл… - Чтооо? Эта его улыбка – самая волшебная улыбка в мире. Она освещает всё вокруг… - Ты такой… - Какой? - Офигенный… - Сомнения прошли? - Дааа!!! – и очередной поцелуй… *** Эти выходные всегда чрезвычайно быстро кончаются…и вот он снова должен уехать. И я не могу сдержаться и почти плачу…а он смотрит своими огромными глазами…и так хочется, чтобы он остался здесь, со мной…так хочется! - Рина…солнышко моё, любимая…- порывисто прижимается губами к моим губам, целует щёки, нос, опаляя кожу горячим дыханием,- Поехали со мной…я не смогу без тебя…я так тебя люблю, ты же знаешь! - Билл… - Пожалуйста…- шепчет мне прямо в губы,- я же уеду на целых два месяца…ты не будешь скучать? - Буду…я… - Ты меня любишь? Этот вопрос всегда вызывает во мне нереальный ступор: я начинаю тормозить, мне не хватает сил, не хватает слов выразить свои чувства. - Рина…ну зачем ты так со мной? – в глазах почти отчаяние. Рина, ты должна сказать! Хватит уже держать всё в себе! - Я люблю тебя…- шепчу в ответ и провожу ладонью по гладкой щеке. Билл перехватывает её и целует, отчего по сердцу словно чем-то ударяет, резко и неожиданно, но так сладко. - Не поедешь? – смирился. - Нет…ты сам знаешь, что… - Знаю, да,- улыбается уголками губ,- Я люблю тебя. - И я…пора? - Да…пора. Пока,- и последний поцелуй перед тем, как мы отпустим друг друга на целых два месяца тоски, грусти и серости.