Я спасу тебя от тьмы

...Тяжесть тела Лэна постепенно становилась привычной. Хлопанье крыльев Летящих за спиной наконец-то стихло - мне удалось уйти от преследования... Если бы они продолжали погоню - не знаю, смог бы я лететь дальше... Оглянувшись, я видел, как рушится за нами башня. Кашель Лэна сотряс его тело, и он чуть не упал, вздрагивая. Я попытался ободрить его: - Держись, Лэн... Ещё немного... - мне удалось поймать хороший поток воздуха, и я воспарил на нём. - Я... стараюсь... - хрипло ответил мой Младший. Я чувствовал, как ему тяжело, как слабеют его пальцы и как он из последних сил цепляется за мой костюм, стараясь не упасть. Скалы были совсем близко. Приложив усилие, я спланировал на каменное плато, приземляясь, и встал на ноги, подхватив обессилевшего Лэна. Кое-как, забросив его руку себе на плечи, я дотащил его до небольшого проёма в скалах, осторожно положил на поросшие мохом камни и сел рядом, согнув ноги в коленях и положив на них подбородок. Вдалеке показалась яркая точка, быстро приближавшаяся к скалам. Лэн внезапно зашёлся в жутком кашле, и я склонился над ним, не имея возможности видеть, как Котёнок очутился рядом. - Усади его, - приказал он, и я как можно более осторожно приподнял Крылатого и прислонил его спиной к камню. Его дыхание почти не прослеживалось, он тихо постанывал от боли, закрыв глаза и обхватив себя рукой за пояс. - Что случилось? - вопросительно посмотрел на меня Солнечный котёнок. - Он... Его хотели сделать Летящим... Напоили чёрным огнём... Я не знаю, сколько он выпил, но... - закусив губу, я смотрел, как Лэн откашливается, сведя брови и сжав губы. - Плохо дело. - Констатировал Котёнок. - Слишком большая доза, кажется... Если не справится - станет Летящим. В наших силах только верить в него и любить... Я приблизился к Младшему, взял его за руку: - Лэн... Услышав своё имя, он приоткрыл глаза и с трудом прошептал: - Данька... Мне... Мне холодно... Согрей меня... - силы оставили его и Крылатый, кажется, потерял сознание. Я чувствовал, как бушует в нём чёрное пламя, выжигая его чувства. Не зная, что делать, я выполнил его просьбу - прижал его к себе, надеясь, что тепло моего тела хоть как-то согреет его. - Не поможет, - тихо сказал Котёнок. - Вернее, этого слишком мало. - То есть, мало? - не понял я. - Я верю в то, что он справится, мы верим!.. И мы любим его!.. - Увы, даже этого сейчас не хватит. Чтобы вернуть его, нужен всплеск эмоций. Ты мог бы ударить его... - Ни за что! - вскрикнул я, прижимая Младшего к себе. Как только Котёнок мог предложить такое!.. - ...желательно вызвать положительные эмоции. - Закончил зверёк, устраиваясь около бедра мальчика. Я склонился к уху Лэна и зашептал: - Лэн... Пожалуйста, вернись. Ты справишься, мы верим в тебя. Ты сильный, ты сможешь, мы с Котёнком очень тебя любим... - я не помню, что ещё говорил. Я вкладывал в слова всю свою боль, всё желание вернуть Крылатого. Но он неподвижно лежал на моих руках, и лишь по едва заметно вздымающейся груди можно было понять, что он не умер. Я усадил его спиной к камню и прижался щекой к его плечу. Холодный... - Ну же!.. - в отчаянии воскликнул Котёнок, - придумай что-нибудь!.. - он внезапно замолчал, а потом, глядя на меня, продолжил, - ...Поцелуй его. - Ч-что? - я не поверил услышанному. Мне не послышалось, я действительно услышал правильно?.. Котёнок подтвердил мои догадки: - Ты понял. Действуй. - А как я пойму, что у меня получилось? - Он тебе ответит. Нет, я слышал о таком в родном мире... Но эта сторона жизни успешно проходила мимо меня, не затрагивая!.. Я даже девочек ни разу не целовал, что уж говорить о мальчике... Дыхание перехватило, я, закусив губу, мялся в нерешительности, смотря то на Лэна, то на Котёнка. - Ну?.. - с отчаянием во взгляде спросил зверёк. Я, глубоко вдохнув, наконец решился. Закрыв глаза, я несмело ткнулся губами в щёку Младшего. Просто ткнулся. Не больше. Меня обожгло холодом. Отстранившись, я с надеждой уставился на Лэна - не откроет ли он глаза, не скажет ли моё имя... Нет. Ни-че-го. - И это ты называешь поцелуем? - Котёнок посмотрел на меня. - А как? - чуть не плача, крикнул я. - Я не целовался ещё, не знаю!.. - Плохо дело... Очень плохо. Стеснением и боязнью друга не спасёшь. Ладно... - сказал он, видя в моих глазах закипающую злость на него, - по крайней мере, я попытался дать совет... Темно. Слёзы мешали смотреть. Я чувствовал, как пламя захватывает Лэна, как его тело становится совсем холодным, даже ледяным, как гранит. Но... Я не хотел его терять... Всхлипнув, закрыв глаза, я кинулся к Лэну, взял его лицо в ладони и припал губами к его губам, вложив в поцелуй всю тоску, отчаяние и зарождающуюся любовь, которые испытывал. Холод повторно обжёг меня, когда он приоткрыл губы, впуская мой язык в свой рот и обнимая в ответ. Казалось, я упал в ледяную воду и сейчас лёд сковывал меня. Было так больно, что я, казалось, мог закричать, но только я не поддался, продолжая целовать Младшего. Внезапно жар объял наши тела, растекаясь по коже. Лэн стал мягким и тёплым... Не отрываясь, я почувствовал влагу на своей щеке... Это не мои слёзы... Лэн плакал? - Д-Данька?.. - прервавшись, он смотрел на меня сквозь слёзы, не убирая рук с моих плеч. - Лэн! - я, засмеявшись, повалил его на камни, прижимая к себе и зарываясь носом в светлые волосы. - Лэн... Ты вернулся!!!.. - Если бы не ты... Возможно, я стал бы Летящим... - шептал он, прижимаясь ко мне. - Спасибо... - Лэн... Я... - Молчи. Ничего не надо говорить. Я люблю тебя тоже... - он коснулся губами моих губ. Котёнок, усмехаясь, смотрел на нас прищуренными миндалевидными глазами. Он знал, что искренние чувства помогут. - Ну, ну, всё, хватит. Простудитесь, на камнях валяться. Идите сюда, под прикрытие, надо выспаться. Завтра будет сложный день... - мяукнул он, когда мы вдоволь насладились друг другом. Счастливые, мы послушно вернулись к нему и устроились на мягкой моховой подстилке, покрывавшей камни. Уснули мы в объятиях друг друга. А Солнечный Котёнок ещё долго смотрел на горизонт, будто видя, каким будет наше завтра...