Выпьешь, Свон?

      Через несколько минут Эмма окликнула Руби, которая быстро подошла к столику, держа в руках небольшой блокнот голубого цвета и ручку. — Сделали заказ? — Да. — Эмма? — Я буду капучино и пончики. — Отлично. Генри? — Мне тоже самое. — А мне карамельное латте и сэндвич. — Хорошо.       Руби, улыбнувшись, собрала книжечки "Меню" со столика и ушла в сторону барной стойки. Троица сидела за столом и молчала, уставившись кто куда: Эмма смотрела, как Весельчак и Ворчун сидят за стойкой и увлеченно говорят о чем-то; Генри смотрел в окно, на проходящих по тротуару людей; а Реджина просто смотрела в пол, ожидая заказ. Генри не мог сидеть в тишине и заговорил, пытаясь оживить обстановку. — Как дела, мам?       Эмма и Реджина ответили одновременно. — Хорошо. — Я обращался к Эмме, конечно... Но, ладно, вы можете отвечать вдвоем.       Троица заулыбалась и начала смеяться. Через пять минут Руби, аккуратно и грациозно держа одной рукой поднос, подошла к столику. — Это для Эммы и Генри.       Она положила на стол две коробочки с пончиками и поставила два кофе. — А это для Реджины.       Руби выложила оставшееся содержимое подноса и, пожелав приятного аппетита, удалилась за соседний столик.       Реджина стала пододвигать к себе тарелку, на которой лежал аппетитный сэндвич. Пока она делала это, Эмма тоже пододвигала к себе горячий и обжигающий кофе, от которого исходил чарующий аромат. Девушка попыталась поднять его, но он был слишком горячий. — Подожди. Давай я помогу пододвинуть.       Реджина привстала со своего места, протянула руки к кофе, но в этот момент Эмма уже нашла способ, как поднять и держать его так, чтобы не обжечься, но, потом что-то явно пошло не так... Свон не успела и глазом моргнуть, как почувствовала, что сосуд с кофе выскользнул из её ладони и вылился прямо на руки Реджины. Миллс еле сдерживалась, чтобы не закричать на всю закусочную. Она больно закусила свою губу, чтобы не кричать. — Мам, ты как? — Реджина, извини, прошу. Реджина. Давай я помогу тебе. Давай, пошли.       Эмма вышла из-за стола и подождала, пока Реджина тоже выйдет. Свон положила ей одну руку на плечо и повела в ванную комнату. Они дошли до барной стойки, затем повернули налево и оказались перед коричнево, деревянной дверью. Эмма распахнула её, пропуская Реджину вперед. Затем они поднялись на второй этаж и вошли в ванную комнату. Реджина всё ещё молчала, но уже перестала закусывать свою губу. — Давай, медленно подставь руки под воду.       Свон включила холодную воду, взяла руки Реджины и поднесла их под неё. Миллс корчилась от неприятных ощущений, но терпела. — Вот так, лучше? Реджина негромко ответила. — Да, лучше. — Хорошо, держи так руки, а я достану аптечку.        Эмма быстро нашла всё нужное. Реджина тем временем выключила воду, подошла к стене, находившейся напротив раковины, и облокотилась на неё — Ожог не серьёзный. Первая степень. Я просто помажу руки мазью и наложу повязки. Эмма делала всё предельно аккуратно, боясь сделать Реджине больно. Она выдавила из тюбика себе на палец немного бесцветной мази и коснулась им покрасневшей кожи Миллс. Затем наложила повязки на обе её руки. — Ну, вот. Всё хорошо. Реджина, мне так жаль... Миллс лишь, рассмеявшись, ответила. — Свон, я когда-нибудь точно свихнусь из-за тебя. Даже обычный завтрак ты умудряешься превратить в приключение.