Глава 2
12 января 2018 г., 18:03
Улетели белые метели, Почему же мне ночью не до сна, Мы с тобой знакомы две недели, Что же ты со мной делаешь, весна.
Вот опять наступило 8 марта, и со вчерашнего дня я вынашивала планы прогула университета. С этим праздничком у меня еще с детства не сложилось. Я никогда не могла понять, почему меня должны поздравлять за то, что я девушка?! Нет, я, конечно, не спорю, что приятно, когда мужчины оказывают тебе всяческие знаки внимания, дарят цветы и подарки. Но почему для этого нужен какой-то особый день? Или этот в целях экономии, мол, ну я же подарил тебе цветы на 8 марта, что ты ещё от меня хочешь? Следующий букет получишь на день рождения! То есть, во всё остальное время то, что я девушка можно просто не замечать? Вот Наруто, мой лучший друг, весь год общается со мной как с пацаном, а в этот особый день ведет себя со мной так, словно мы с ним не друзья, а парень и девушка с лимитом в отношениях. Краснеет, бормочет что-то себе под нос, опять краснеет, глаза аж прячет и с таким видом вручает мне подарок, как будто собственноручно мне яд дарит. А на следующий день все как обычно. Меня еще больше убивает моя подруга Ино, которая заставляет покупать всех своих поклонников цветы, точнее тактично им намекает на это действо и еще умудряется радоваться букету этих несчастных цветов. Мне было бы более приятно не получать в этот день подарки вообще, ибо ответных я никогда никому не дарила. В дверь комнаты забарабанили с такой силой, что я свалилась с кровати от неожиданности. Не дождавшись моего ответа, дверь комнаты распахнули, судя по всему, пинком ноги, и в комнату зашел с царственным величием и улыбкой на все 32 зуба мой отец. Кизаши Харуно — мой единственный и неповторимый папочка, серьёзный бизнесмен на работе и очень веселый художник дома. Он рисует просто таки удивительную гадость. Но эти шедевры трехлетнего ребенка обожает моя любимая мамочка, которая развешивает их по всему дому. Кстати говоря, мои родители очень сильно обижаются, когда я прошу убрать эти творения подальше от глаз соседей, которые постоянно у нас гостят. — Доченька! — пафосно воскликнул мой родитель, чем вывел меня из тяжелых дум. Я вопросительно взглянула на него. — У меня для тебя чудесный подарок, который тебе обязательно понравится! Я скептически взглянула на него, припоминая все подарки, которые «должны были мне понравиться». Перед глазами пробегали эти самые подарки, а особенным был пятилетней давности подарок — тарантул. Нет, не так. ТАРАНТУЛ! Это когда я очень сильно просила его подарить мне на новый год кошечку, а он вместо кошечки подарил мне это мохнатое, многоконечное нечто, от которого у меня глаза на лоб полезли, а сердце начало отбивать чечётку, причём похоронную. В тот день я орала от страха во все горло, ибо мой пьяный отец решил вручить его мне в руки, живого, даже в банку не положил. Улыбнувшись, отец протянул мне красную бархатную коробочку. Внутри коробочки лежали прекрасные сережки из белого золота с изумрудами. Воистину они были прекрасными. — Спасибо, пап, — все еще находясь в шоке от столь необыкновенного подарка, сказала я. Причина моего ступора была в том, что мой отец дарил обычно подарки с чувством юмора, а этот подарок был противоположностью действий моего родителя. — Сакурёнок, знаю, ты ожидала от меня какой-нибудь подарочек с подвохом, скажу честно, соблазн был велик, особенно когда ты так по-детски кривишь лицо после моих подарков. Доченька, ты уже давно взрослая, и, как бы мне не хотелось беречь тебя от всего мира, я понимаю, что рано или поздно у тебя будет своя семья. Я всего лишь хочу для тебя счастья и любви. И мне даже сейчас трудно видеть в тебе взрослую девушку, потому что я помню твои первые шаги, и как ты протягивала ручки в мою сторону, и твое первое «папа». Для меня ты всегда останешься тем маленьким ангелочком, который заставлял меня улыбаться даже в самые трудные для меня времена. Я люблю тебя, Сакурёнок, — с этими словами он поцеловал меня в лоб и вышел из комнаты, оставив в полнейшем шоке. Никогда ранее отец не говорил с такой грустью. Он всегда шутил, прикалывался и вел себя как мой ровесник, а тут… — Я тоже вас очень люблю, мои дорогие, — прошептала я.□~□~□~□~■~□~□~□~□
В универ мне все-таки пришлось топать, ибо Ино мне все уши прожужжала. И зачем я ответила на её звонок. Черт дернул, не иначе. В свой горячо любимый универ я пришла с выражением на лице «убейте меня». У меня было ощущение, что я не на уроки иду, а на эшафот. — Коротышка-мальчишка! — лениво протянул мой недавно ненавистный знакомый — Учиха Саске. И вот, спрашивается, чего ты ко мне прицепился, котяра облезлый, я ведь никого не трогала! — О-о-о, какие люди! Вижу, на том свете тебе были не рады, и ты соизволил посетить нашу скромную обитель грешников, да, клювоносик ты наш?! — издевательски протянула я. — Что. Ты. Сказала? — протянуло его Хамство Учиха. Его глаза стали по-настоящему страшными. Судя по всему, он меня уже на фарш пустил. Моя верная пятая точка подсказывала мне, что такими словами, которые готовы были слететь с его красивых губ, можно просто трехэтажный особняк построить. — О Господи! У тебя вместо носа клюв, так еще и вместо ушей кактусы! За что тебя, ущербного, боженька так наказал?! — трагичным голосом воскликнула я. — Я вижу, у тебя нет чувства самосохранения! — схватив меня за шкирку и подняв меня до уровня своих очей как какую-то дворняжку, прошипел этот недалекий индивид. — Отпусти, мразь! — Повтори все, что ты сказала, чудовище болотное! Или сейчас мы не такие смелые как пять секунд назад, а? — спросил меня Учиха ледяным голосом. И в этот момент я совершила глупейшую ошибку: собралась высказать этой выскочке все, что я о нем думаю, но стоило взглянуть в его глаза, как я утонула в этой прекрасной тьме. Я не могла стереть с лица это глупое выражение влюбленной дурочки и во все глаза смотрела на него с идиотской улыбкой. Я словно потерялась во времени. Сердце колотилось в груди с неистовой силой. — Ты еще и лыбишься, чучело огородное! — с этими словами меня с силой швырнули на каменный пол, от чего я сильно ударилась своей многострадальной пятой точкой. — Чего ты ко мне прицепился, Учиха? — устало поинтересовалась у этого психа. Он захохотал как злодей из фэнтези фильмов. — Льсти себе, жаба болотная! Мне плевать на тебя и твою никчёмную персону, чудище безобразное, или ты подумала, что понравилась мне? — он снова расхохотался как пациент психиатрической больницы. — Ну ты и идиотка редкостная! Да ты даже на девушку не похожа! Кончита и то краше тебя, безголовая корова! Я никогда не посмотрю на такую как ты, дворняжку уличную! — испепелил меня раздраженным взглядом. А я молча проглотила каждое его слово, так же молча встала, отряхнувшись, просто ушла. Весь словарный запас улетучился в неизвестные мне дали. Мне было обидно, очень обидно. То, что я одеваюсь не как все, не означает, что я не из мира сего и меня можно оскорблять сколько душе угодно. Я все-таки девушка и у меня тоже есть гордость, которую сейчас растоптали и плюнули всеми цветами радуги. До аудитории я добралась в какой-то прострации. Увидев меня, Ино помахала рукой и обняла, как только я с поникшим видом уселась рядом с ней. — С праздником! Это тебе! — и счастливо протянула мне маленькую коробочку с открыткой. — Спасибо, но не стоило, Ино, — грустно разглядывая коробочку прошептала я. — Что с тобой, Сакура? Это ты из-за подарка? — встревоженно спросила Ино. — Нет, это я встретила недоразумение небесное, — улыбнувшись ей через силу, ответила я. Я вкратце пересказала недавнее происшествие. Сказать, что Ино было в шоке, — ничего не сказать. — Скажи-ка, подруга, как понимать «едва я взглянула в его глаза, мир словно потускнел»? — Я не знаю, я сама ничего не понимаю, Ино! — отчаянно ответила ей. — У тебя все признаки начальной стадии влюбленности! — заявила она. — Что ты собираешься с этим делать? — Я не знаю, — прошептала я, схватившись за голову. — Я не знаю.
