Чур, ты снизу.

      Тсунаёши Савада, больше известный как Никчемный Тсуна, совершенно не любит учиться. Учеба — это не его, думает Савада, отсиживаясь на задней парте и вполуха слушая объяснения математика и иногда делая какие-то записи в тетради. Сейчас его мысли находятся совершенно далеко от душного класса и занудного учителя. Ну, как далеко? На втором этаже, где располагается кабинет грозного главы дисциплинарного комитета — Хибари Кёи.       Тсуна не может дождаться, когда прозвенит спасительный звонок, и начнется длинная обеденная перемена. Нет-нет, Савада совершенно не голоден, да и коробку с обедом он как всегда забыл дома. Просто длинная перемена — это, пожалуй, единственное время в школе, которое он может провести со своим любимым ГДК.       Наконец звенит звонок. Тсуна быстро забрасывает в сумку учебники и, словно вихрь, вылетает из класса. Несясь по лестнице на второй этаж, Савада, в силу своей неуклюжести, пару раз спотыкается и столько же раз падает.       И вот, когда до двери в заветный кабинет остается пробежать всего пару метров, кто-то хватает Тсуну за руку и тянет в совершенно противоположную сторону. — Хэй, зверек, и куда это ты так спешишь? — вкрадчиво интересуется низкий чуть хрипловатый голос, обладатель которого нагло прижимает Саваду к стене, фиксируя его руки своими над головой. Тсуна лишь смущенно мычит, не в силах оторвать взгляд от серых миндалевидных глаз. — Ты нарушаешь правила школы. А за это следует наказывать. — Н-но, Хибари-сан…       Не успевает Тсуна среагировать, как его губы накрывают чужие. Сухие, но до безумия вкусные и приятные. И Савада сам не замечает как в порыве страсти сам делает первый шаг и размыкает губы Хибари своим языком, проникая в глубину его рта. — Аааа! Химичка вообще зверь, столько домашки задала! — посторонний голос и топот ног разносятся по этажу. — Ага! Эта старая грымза совсем офигела!       И Тсуна, и Хибари замирают. Для них появление кого-то на втором этаже было небольшим шоком, ведь сюда редко кто заглядывает во время обеденной перемены, предпочитая собираться во дворе школы. Савада огромными от страха карамельными глазами смотрит на Кёю, надеясь, что тот придумает что-нибудь. И оказывается прав. Но, к сожалению, в голову ГДК не приходит ничего умнее, кроме как ударить Саваду кулаком в живот. — Сколько раз повторять, травоядное? Не бегать на территории школы.       Когда двое парней, так не вовремя появившихся на втором этаже, застают согнувшегося пополам Тсуну и угрожающего ему Хибари, то сразу же решают покинуть этаж, школу, да и вообще место жительства поменять, дабы не нарваться на ужасающего своей убийственной Хибари Кёю. Савада кашляет и кряхтит, держась за живот, но всё же разгибается. — Да вы! Хибари-сан, вы не могли придумать что-нибудь поумнее? Вы же меня так и убить можете! — Не думаю. Я ударил не в полную силу. — Ах, не в полную, да? — гневно сверкает глазами Тсуна. — Почему бы нам просто не взять и не рассказать всем, что мы встречаемся, а, Хибари-сан? — Это слишком сильно повлияет на мою репутацию. Не думаю, что ГДК-гея будут бояться и уважать. — пожимает плечами Хибари. — Ну хорошо, Хибари-сан, — сквозь сжатые зубы цедит Тсуна. — Раз вам так важна репутация, давайте поспорим?       Хибари лишь вопросительно смотрит на своего парня. — Давайте поспорим, что целый год мы будем держать дистанцию, и никто не узнает, что мы с вами встречаемся? — на одном дыхании выдает Тсуна. — Мне это неинтересно, — зевает Кёя. — Ну так мы же не на просто так спорим. А допустим… на желание? Только представьте, что вы сможете загадать, если я проиграю, — уж как-то непривычно пошло улыбается Савада.       Хибари соглашается и, как обычно это делают при спорах, пожимает Тсуне руку. Полный уверенности в своей победе он уходит в свой кабинет, захлопывая дверь.       Вот уж не знал Хибари, как сильно он ошибся. Ведь через месяц у Тсунаеши появился репетитор, который ему не то, что свободно дыхнуть не даёт, так еще и постоянно гоняет с тренировками. А еще рядом с Савадой начали крутиться Ямамото Такеши, Сасагава и странный тип из Италии — Гокудера Хаято. Да и после битвы с ненавистным Рокудо Мукуро Хибари достаточное количество времени провел в больнице. Время летело так быстро, что Хибари даже не заметил, как прошел год.       «midori tanabiku namimori no       dainaku shounaku nami ga ii~»       Хибёрд залетел в окно кабинета дисциплинарного кабинета и уселся на плечо развалившегося в кресле Хибари Кёи, тот лишь слегка улыбнулся, прикрывая глаза. Тихий стук в дверь и в кабинете появляется паренек с волосами цвета молочного шоколада и большими карамельными глазами. — День добрый, Хибари, — улыбается Савада, мысленно умиляясь зевающему Хибари. — Чего тебе, Савада? — Ну, как чего, Хибари-сан, год прошел… — И что дальше? — И то, что ты проиграл. И теперь должен исполнить моё желание.       Кёя приоткрывает глаза и немного шокированно смотрит на Тсуну, который забирается к нему на колени и обнимает за шею, спугивая Хибёрда. — Так что ты придумал? — руки Хибари ложатся на талию Савады, плотнее прижимая его к себе. — Чур, ты снизу, Кёя. — Чего? — глаза Хибари сильнее раскрываются от услышанного. — Это значит, что я буду сверху. — А ты не… — договорить Хибари не дает легкий, почти невесомый поцелуй в губы. — Я тут подумал, что ты совсем не справляешься с ролью актива в нашей паре, поэтому и для тебя, и для меня это будет хорошим опытом.       Савада, пока Кёя находится в глубоком недоумении, пользуется моментом и забирает из его рук тонфа, отбрасывая их в сторону, от греха подальше. Устроившись поудобнее, Тсуна буквально нависает над Хибари, снова накрывая его губы своими, сминая и терзая их, заставляя себя теряться в собственных ощущениях. На его затылок ложится рука, путаясь в шатенистых волосах. И Савада, честно, не понимает, как смог прожить целый год без прикосновений его любимого хищника. Хибари сдавленно рычит, углубляя поцелуй и напоминая, что в этой своеобразной игре он не собирается уступать Саваде. Он то посасывает его язык, втягивая его в глубь своего рта, то скользит своим языком по кончикам острых зубов и деснам, дразня любимого. Но и Тсуна не давает слабину, принимаясь дрожащими от нахлынувшего возбуждения пальцами, расстегивать маленькие белые пуговицы на рубашке Хибари. Когда и она, и красная повязка ГДК уже валяются на полу, Тсунаеши решает, что заниматься тем, что они делают сейчас, на стуле неудобно. Поэтому они перебираются на диван, попутно избавляясь от одежды.       В следующие несколько часов на весь этаж раздавались громкие стоны. А многие ученики, в частности и хранители Дождя и Урагана, недоумевали от криков Хибари «Не туда суёшь, травоядное» и «Еще один засос и ты труп, Савада!». Реборн лишь хитро улыбался, сидя в одном из своих укрытий. То ли от того, что Тсуна оказался не таким уж и никчемным, то ли от того, что сам он частично содействовал выбранному Савадой желанию.