Ты должен мне деньги, Томлинсон

Пенелопа даже не спрашивала насчет маленького запоя Гарри. Ее уже давно бесят его выходки с алкоголем, поэтому, по приезду в город, она вылила все спиртное в квартире, чтобы этого не повторилось больше. Она, конечно, не могла следить за этим вне квартиры, но старалась сделать многое, чтобы обезопасить брата от употребления алкоголя. Чувствовала ли она себя виноватой в его состоянии?! Господи, я вас умоляю, это же Пенелопа Роналд, которая никогда не будет чувствовать стыда за то, что она делает, сделает или сделала. Вернувшись домой, Гарри тут же уехал в студию, даже не предложив Пенни поехать с ним. Он не мог того сделать. Он не мог рисковать своей и так знатно подкосившейся репутацией. В студии многие до сих пор косо поглядывают на него: парень, что спал со своей сестрой. Позор! Поэтому ему бы никогда не хотелось напоминать об этом приводом Пенелопы на работу, когда все только начали забывать о ее фееричном признании. Гарри мало разговаривал с Пенелопой. Теперь, когда она вновь рядом с ним, ему приходилось очень тяжело. Каждый раз хотеть ее коснуться, но всегда говорить себе нет, чтобы она не дай бог не вообразила себе ничего. Пенелопа, конечно, это замечала изменения, поэтому пыталась вызвать у него интерес к ней. Ходила в маленьких шортиках перед ним на кухне, где он готовил им ужин/завтрак, пытаясь завести его. Если вспомнить, именно желание дало начало их неправильным отношениям. Но ничего не помогало, как думала она. Он всегда уходил, лишь она появлялась в комнате. Игнорировал ее всегда, пока однажды ночью не соблазнился, решив навестить ее ночью в ее комнате: Она читала книгу. Его это как-то даже удивило, потому что он обычно всегда ее видел скорее с телефоном, чем с книгой, но она лежала на кровати, освещенная светом одной лишь прикроватной лампы, и с увлечением читала книгу, название которой он так и не разглядел. ― Прочь из моей комнаты, Стайлс, ― грубо отозвалась девчонка, даже не взглянув на стоящего у двери парня. Она злилась на него из-за того, что он отказывался обращать на нее внимание, потому что она почему-то думала, что у них теперь все так, как было прежде. ― Дважды повторять не буду. ― Мне не спиться, ― лишь ответил парень, проигнорировав ее запрет, и лег рядом, закрывшись ее одеялом поверх одежды. Он даже не был раздет. ― Ты всегда можешь выпить, чтобы сон к тебе пришел. Зачем ты приперся ко мне, я не понимаю, ― продолжала грубить Пенелопа. Книгу не убирала, делала вид, что ей плевать на его близость. ― Но я бы еще предложила тебе сходить в клуб и снять себе там проститутку, чтобы, так сказать, хорошенько устать перед сном. Не бери на всю ночь. Получаса тебе вполне достаточно. Парень тихо слушал ее замечания, медленно закипая, потому что ненавидел, когда она разговаривала с ним так: будто он лишь тело, которому нужны секс и алкоголь. ― Ты еще можешь курнуть. Попроси у Томлинсона, уверена, у него есть. ― Или же я могу просто лечь тут и слушать твою бессмысленную и скучную болтовню, ― в тон ей ответил, решительно настроившись заставить ее ненавидеть его. ― Не переживай, сестренка, мне всегда нравились глупые девушки, ― ехидно ухмыльнулся и поудобнее устроился на соседней подушке, чем еще больше взбесил Пенелопу. Она все же убрала эту книгу, которую на самом-то деле и не читала вовсе. Она просто услышала шаги за дверью и решила притвориться жутко занятой, чтобы не выдать того, что ей не все равно на то, что он не обращает на нее внимания. Прежде чем он вошел она быстро схватила первую попавшуюся книгу с полки и улеглась на кровать, состроив умный вид. Она даже не знала, что за автор и что за книга. Просто ждала, когда он войдет, готовя саркастические фразочки. ― Я не Найл, ― спрятав улыбку, добавил и прикрыл глаза. Он чувствовал себя уставшим, но хотел с ней говорить, даже если это «говорить» подразумевает словесную перепалку. Держаться от нее подальше не так-то просто, когда она всегда рядом ― буквально за стенкой. ― Мне не нравится, что ты тут! ― возмущалась Пенелопа, зло скрестив руки на груди. Никто не знает, почему она всегда скрещивает руки на груди, когда ссориться с кем-то. ― И вообще, почему ты заговорил о Найле? ― развернувшись на кровати, она требовательно посмотрела на Гарри, но тот лишь слегка улыбнулся, не придав и малейшего значения ее вопросу. ― Опять игнорируешь. Только это и можешь делать! ― все бурчала. ― Убирайся из моей кровати! ― толкала его с кровати, но он твердо лежал на ней, даже не шелохнулся. Гарри так и остался лежать и просто слушать ее, прикрыв в умилении глаза. Ему нравилось, что теперь он ее раздражает, а не наоборот. Разозлившись, Пенелопа вскочила с кровати и просто дернула одеяло из-под Гарри, сбросив его с ее кровати. ― ПРОВАЛИВАЙ! ― прокричала во весь голос, твердо сложив одну руку на бок, а другой указав на дверь. ― Я сказала, УБИРАЙСЯ! Не беси меня! Гарри удивленно посмотрел на нее, оперившись на локти ― все лежал на полу и с шоком смотрел на девушку. ― Не то… что? ― вдруг выдал, спрятав удивление с лица. Пенни с интересом наблюдала за братом, задумавшись на мгновение, затем выпрямилась, опустив руки и одеяло. Спрятав ненужное возмущение из-за вторжения в ее личное пространство, кротко улыбнулась, многозначительно посмотрев на Гарри. Все улыбалась и просто смотрела, чуть озадачив его. Он не знал, чего ожидать от нее, но на всякий случай встал на ноги. ― Ты уверен, что хочешь знать? ― медленно подошла к нему и хрипло прошептала. ― Я ведь знаю твои слабости, Гарри, ― протянула томно на ухо, коснувшись теплым дыханием мочки его уха. Стайлс тяжело сглотнул, прикрыв на мгновение глаза. Глубоко выдохнул, затем сделал шаг назад и уверенно посмотрел ей в глаза, чуть усмехнувшись ее наивности: ― А ты уверена, что сможешь вывести меня из себя? ― Не в первый раз, ― с вызовом произнесла, самоуверенно скрестив на груди. ― Тебе ли не знать. ― Многое изменилось, сестренка, ― сделал шаг и наклонился к ее уху: ― Я устал тебя бояться, ― выдал, чем лишь немного удивил девушку. Она лишь слабо усмехнулась его убеждению. Он прошел к выходу, чтобы наконец-то оставить ее одну в ее комнате: ― Одинокий Гарри выбирает чистую совесть, ― бросил и вышел к себе. ― Не тебя. Странно было это произносить, но он сделал это. Ничего к этому не шло, но он просто взял и сказал то, чего бы никогда не хотел говорить. Ему было тяжело, потому что он ее действительно любил. Даже изображать безразличие не было такой большой проблемой, как сказать ей прямо в лицо, что отказывается от нее. Быстро забежав в свою комнату, он запер дверь, чтобы не дай Бог она вошла к нему. Рухнул на кровать и просто закрыл своими большими руками лицо, чтобы спрятать себя от своих же чувств. Сердце стучало так сильно, что он мог слышать его, даже когда полностью был зарыт в свои мысли. Слезы?! Нет, просто сильная моральная усталость. Физически он мог свернуть горы, но сейчас он просто нуждался в покое, тишине и сне, в котором он мог бы забыть, что влюблен в свою сестру. ― Ты все сделал правильно, Гарри, ― присев на кровати, пытался убедить себя. ― Ты все сделал правильно, ― повторял вновь и вновь. А Пенни все стояла там же, где услышала последние слова. Странное ощущение. Вроде и не обидно, а в груди так заныло, что она даже не замечала, как просто стояла и смотрела на этот дверной проем. Все же было хорошо! Были и поцелуи, и объятия. Да, он игнорировал ее последние недели, но она ссылала все на работу и усталость, чтобы избавить себя от ощущения ненужности. Были и поцелуи, и объятия, но были они в том доме. Не здесь. Здесь он ее так и коснулся с момента возвращения. Что пошло не так?! Она всегда думала, что ей просто достаточно вернуться, чтобы он бросил все ради нее. Она всегда думала, что его «люблю» будет достаточно, чтобы все сохранить, даже если были и Эль, и Найл. Она ошибалась? Глубоко выдохнув, она приоткрыла рот, пустив поток кислорода в легкие. Села на край кровати. Грудь вздымалась и опускалась, выдавая ее растерянность, нервозность. Идти к нему?! Ни за что. Ни за что она не пойдет к нему сама. Слез не было, не было и желания кричать. Была злость. Но злилась она не на него, нет. Она знала, что он боится показывать свои чувства к ней. Пенелопа злилась на Эль. «Это она все испортила! Она появилась и все пошло прахом!», ― думала она, сжимая в гневе края матраса и царапая его ногтями. Она даже не заметила, как прошло больше двух часов. Сидела и просто думала о том, что произошло. Обдумывала все в мельчайших деталях. Искала возможность вернуть его. Она не отступит назад. Не отдаст его. Посмотрев на время, увидела, что уже давно за полночь. Сна нет. Зато есть желание бежать отсюда. Она бы никогда не хотела показывать Гарри то, какой она может быть: она тоже ранима, она тоже может быть слабой. Тихо выйдя из своей комнаты, она осторожно прошла через его комнату, чтобы не разбудить его. Он спал, она знала. Взяв лишь куртку, вышла из дома в одной лишь пижаме. Достаточно детская пижама, состоящая из футболки и штанов. На ноги надела кроссовки и быстро выбежала из дома: ― Мисс Роналд?! ― изумленный появлением девушки в столь позднее время, спросил консьерж. ― Вы куда-то собрались? ― Э-э-м, ― Пенни даже не подумала о том, что нужно как-то отмазаться и от этого парня. ― Мы решили с Эль устроить маленький девичник. Ну, знаете, девочки, лак, битва подушками, ― отмахнулась, быстро проходя к выходу. ― Не волнуйтесь, Роджер, я вернусь к завтрашнему вечеру. Выйдя, облегченно выдохнула и побежала куда-то, куда даже сама не знала. Она никогда еще не гуляла по Лондону, следовательно, местность так же была ей незнакома. Но она бежала со всех ног. Не хотела оставаться рядом с ним. Плюс ко всему… почему бы не потрепать его нервы исчезновением?!

***

Наутро Гарри проснулся с легкой грудью и облегченным сердцем. Знать, что сделал правильный выбор оказалось отличным чувством. Он прошел на кухню, чтобы опять же приготовить им двоим завтрак, но звать девушку не спешил. Ему казалось, что вчера ночью она наверняка не спала очень долго. Утреннее солнце грело своими лучами сквозь огромное во всю стену окно, а улыбка на лице светилась даже ярче, чем утреннее солнце. Он был уверен, что теперь все будет так, как было раньше: утренние проказы сестры, музыка, издевательства. Но что самое важное: никаких поцелуев, никаких неловких касаний. Просто брат и сестра, коими они должны быть. Он знал, что первое время будет тяжело держать себя в руках, но он был готов к этим трудностям. Приготовив завтрак, он оставил еду на столе и решил разбудить Пенелопу, но по пути немного опешил, когда ему кто-то позвонил: ― Да, Луи?! ― странное начало дня, подумал Стайлс. ― Что-то случилось? ― Издеваешься? ― прокричал в трубку Томлинсон. ― Или ты забыл, что все еще находишься в группе? ― Не понял, ― протянул, остановившись у входной двери. ― Сегодня разве не выходной? ― Блять, вы прихуели там, что ли? ― все разъярённые становился шатен. ― Сначала Найл, теперь еще и ты! Бегом в студию! ― Да, конечно, ― спешно надевая обувь, ответил Гарри и быстро сбросил вызов: ― Пенни, я на работу! ― прокричал. ― Завтрак на столе! ― собирал в карманы телефон и ключи: ― И да, постарайся сегодня хотя бы постель заправить! Выбежал к машине и просто уехал, нажав на полный газ. ― И как это понимать, ребята?! ― уже в студии отчитывал Томмо. Теперь, когда он дома совершенно один, без семьи, ему приходилось немного тяжело, да и одиноко. Поверили?! Конечно, нет. Он тусил по клубам и просто злился, что все спят, когда он, несмотря на бурную ночь, приходит вовремя. ― Ладно, я понимаю Найла. Он только вернулся из Нью-Йорка, но ты-то чего, Стайлс? ― Насыщенная ночь, ― сняв солнечные очки, вошел, даже не подумав, что сказал и кому сказал: ― Блять, лучше бы не спрашивал. Фу, ― бросил Луи, рухнув на диван. ― Парни, начинайте, а я пока вздремну. ― Кто-то вернулся в строй? ― подразнил Лиам, проходя к кулеру с водой. ― Кто-то просто здорово проводит время без нытья жены, ― довольно улыбнулся, расслабившись. ― Никогда не женитесь, ― вскочив на месте, добавил, затем вновь удобно улегся на диване. Никому до этого особого дела не было. Все даже если и были против его такого поведения, никогда не смели что-то ему говорить. Он всегда находил способ засунуть все претензии со стороны в зад тому, кто решался что-то сказать. Всегда. Спорить с ним так же бесполезно, как и с Пенелопой. Разве что во втором случае у тебя еще есть хоть какой-то шанс на победу, а в первом ― даже стараться не стоит. ― Давайте устроим пати, ― сегодня Луи явно был в настроении. Ему не претила даже компания Гарри. ― Набухаемся в стельку. Я закажу самолет до НЙ. ― Я только оттуда, чувак, ― устало опустившись на кресло, напомнил Найл. ― К тому же, сегодняшняя моя партия требовала больших усилий. Вот как Малик тянул эти высокие ноты? ― Это не отмазка, Хоран! ― вышел из стеклянной комнаты Лиам. ― Да, это не отмазка, Хоран, ― подхватил Гарри. ― Я за. ― Ты ведь понимаешь, что сестренку придется оставить? ― нахмурившись, поддразнил организатор вечеринки. ― И мы не поедем к тебе уж точно. Я ее даже видеть не хочу. ― Могу сразу отсюда лететь, ― отмахнулся Гарри. ― Никаких проблем. ― Даже не позвонишь своей Пеничке?! ― шутливо произнес, надув девчачьи губки. ― Смс будет достаточно, ― достав телефон, он быстро набрал сообщение:

«Не жди. Я в Нью-Йорке»

Он старался не показывать, что его хорошенько тронули слова Томмо. Гарри не хотел ссориться с парнем, с которым и так срался слишком часто за последнее время. А сейчас ему представилась возможность наладить отношения не только с Луи, но и с Найлом, к которому он всегда ревновал свою сестренку. ― Ты летишь? ― спросил у блондина. Тот немного задумался, но все же поджав от безысходности губы, согласно кивнул. ― Вот и договорились. ― Я могу позвать с собой Софи? ― когда уже все дружно шли к выходу, крикнул вслед Пейн. ― Ребят, поймите правильно, она же моя девушка… ― все удрученно покачали головами, устало вздохнув, но тихо смеясь про себя. ― Парни! ― кричал, следуя за ними. ― Она же мне опять истерику устроит. Ну поймите правильно, а. ― Заебал ты уже со своей Смит, ― зло констатировал Томмо, залезая в машину. ― Собираемся только парнями. Никаких баб. ― И что мне ей сказать? ― По работе летишь, ― предложил Гарри. ― Собаку нужно вытащить из Нью-Йоркской живодерни. Фонд по борьбе с алкоголизмом требует тебя для интервью. Чувак, куча вариантов. Придумай что-нибудь. ― Мое расставание с ней будет на вашей совести. ― Конечно-конечно, ― похлопав по плечу водителя, чтобы тот трогался, парировал Луи. ― Отдохнем к черту от баб и работы. Вспомним былые времена. ― Про презик не забудь на этот раз, ― отшутился Хоран, на что в машине поднялся гул смеха.