Может год, а может целые века

POV Роза - Роуз, может, все – таки примеришь, я думаю, это платье тебе пойдет, оно сзади на шнуровке, так что позволяет регулировать размер, - вынимая из своего просторного шкафа – купе для одежды с зеркалами в полный рост на створках, больше напоминающего небольшую отдельную комнату, где легко можно заблудиться среди многочисленных нарядов Лиссы, моей единственной подруги, с очаровательной улыбкой уговаривающим тоном произнесла моройка, демонстрируя мне вечернее платье из темно – синего шелка на тонких бретелях со шнуровкой на спине из того же материала, тянущейся до самой поясницы, его длинная пышная юбка из невесомой летящей ткани колыхалась под действием движения воздуха, созданного быстрым маневром изящных рук моей любимой принцессы, и так и приглашала померить и полюбоваться на себя в зеркало в этом шедевре дизайнерского искусства, - платье абсолютно новое, я его купила пару недель назад и еще ни разу не одевала, если оно тебе подойдет, подруга, то считай его своим, пусть это будет небольшим подарком от меня, - продолжая вертеть вечерний наряд на вешалке, показывая его во всей красе, добавила блондинка, видимо, подумав, что я могу отказаться надеть платье по причине того, что оно уже красовалось на стройной фигурке принцессы Драгомир. - Зачем оно мне, Лисс, куда я буду в нем ходить? - задавая скорее риторический вопрос, поскольку одевать подобную одежду мне в отличии от моей лучшей подруги, действительно, некуда, как можно более миролюбивым тоном, чтобы ни в коем случае не обидеть и не задеть мою любимую Лиссу, предлагающую искренне и от чистого сердца, желающую порадовать меня и поднять мне настроение, сказала я, отходя на полшага назад, даже, этим своим действием наглядно показывая, что одевать платье я не стану, мне попросту не для кого наряжаться в подобную красоту. - Мы ведь сейчас идем на День Рождения Таши, тетя Криса прилетела из Лос – Анджелеса, чтобы отметить свой праздник здесь, при Дворе, не считаешь это поводом нарядиться и повеселиться, подруга? – по – прежнему улыбаясь и держа вешалку с элегантным платьем в руках, проговорила моройка, подходя ко мне ближе и заглядывая прямо в глаза своими проницательными нефритовыми очами пользовательницы Духа, редчайшей и по – настоящему волшебной Пятой стихии, - хватит уже думать о нем, Роуз, он очень далеко отсюда, не факт, что вы вообще еще увидитесь, забудь его, в этом мире есть множество хороших мужчин, которые с огромной радостью, будут с такой красавицей, как ты, - опустив платье на рядом стоящий диван молочного цвета, намного и тише и куда более серьезным голосом проговорила Лисса, стоя рядом со мной и взяв мои руки в свои ухоженные ручки с тонкими пальчиками и аккуратным французским маникюром на длинных ногтях, моя любимая принцесса только что просмотрела мою многострадальную ауру, следствием чего и стали эти слова зеленоглазой блондинки. - Рада бы, Лисс, да не получается, он все еще снится мне по ночам, я его все также люблю, ты не сердись, пожалуйста, но я не буду надевать это красивое платье, это ты у нас – моройская принцесса, а я всего лишь твой страж, и меня вполне устраивает моя рабочая форма, - негромко ответила я, несильно сжав в ответ бледные руки моей единственной подруги в крупных золотых кольцах, принадлежащих еще ее погибшей матери Рее, ни я, ни Лисса не произносили Его имя, нам с моройкой оно и так прекрасно известно, чтобы говорить его вслух. А Он – это Дмитрий Беликов – любовь всей моей жизни, мой единственный всем сердцем обожаемый мужчина, с которым нас теперь разделяет бескрайний Атлантический океан, поскольку дампир уже год страж в Академии в Центральной части России, эта страна, Родина моего любимого и неповторимого русского Бога, настолько огромна, что в ней не одно учебное заведение для мороев и их будущих защитников - дампиров, как в любом другом государстве, а целых два, одна Академия находится в Сибири, где родился и вырос сам Дмитрий, а вторая в европейской части, где страж нынче и работает, навряд ли я там когда – нибудь побываю, да и нужно ли мне это, скорее всего, нет, хотя иногда так хочется еще разочек посмотреть в темно - карие глаза и послушать низкий мягкий бархатный голос с легким русским акцентом самого важного для меня человека на всей земле. Ты меня разлюбил и давным – давно забыл, мой дорогой, живешь своей новой жизнью после исцеления из сущности бессмертного чудовища, стригоя, за что я до конца своего земного пути буду благодарна Лиссе, моей единственной подруге, настоящему ангелу во плоти, спустившемуся в этот грешный мир, самому доброму, прекрасному и бескорыстному человеку во всей вселенной, и, даже, не вспоминаешь обо мне, безумно любящей, боготворящей тебя девушке, мой родной, вот только у меня никак не получается тебя забыть, помню и беззаветно люблю всей своей душой, где частенько правит Тьма, какую я постоянно забираю у моей любимой принцессы, чтобы побочный эффект чудесной магии Духа не вредил хрупкой ломкой психике моей лучшей подруги. - Время – лучший лекарь, врачующий душевные раны, ты обязательно его забудешь, Роуз, вот увидишь, когда – то я думала, что никогда не смогу пережить смерть своей семьи, но прошло несколько лет, и я смогла вновь радоваться жизни, хотя в этом и твоя большая заслуга, и, конечно же, моего любимого Кристиана, и я нисколько не сержусь, даже, не переживай об этом, подруга, я все понимаю, - отпуская мои руки и подходя к шкафу, убрав предложенное мне платье обратно, успокаивающим тоном с проскальзывающими в нем мягкими нотками ласки и заботы произнесла моройка и, закрыв зеркальные дверцы шкафа, замерла на несколько мгновений, чтобы оценить свой собственный внешний вид, который сегодня, впрочем, как и всегда, был просто великолепен. Струящаяся ткань нежно – сиреневого цвета со сливовым отливом красиво облегала стройную фигуру Лиссы, придавая моройке, похожей на топ – модель, только что сошедшую с подиума, этого мира моды и гламура, дополнительного изящества, и подчеркивала врожденную элегантность и благородное происхождение принцессы живых вампиров, квадратный вырез и рукава в три четверти не показывали ничего лишнего, а прямой подол с недлинным шлейфом, закрепленный на правом запястье моей подруги, чтобы во время танцев он не мешался под ногами и не грозил неминуемым падением, если на него случайно наступишь, превращал Ее Высочество в настоящую небесную королеву, спустившуюся с облаков, витиеватое колье из черных и белых бриллиантов сияло в электрическом свете и дополняло элегантный образ моей подруги, под какой она подобрала широкий браслет из белого золота с растительным орнаментом опять же с россыпью бриллиантов черного и белого цветов, сверкающий на левой руке девушки, две невидимки с маленькими бриллиантиками захватывали с обеих сторон волнистые платиновые пряди моей любимой принцессы, а остальные волосы водопадом до середины спины ниспадали пышными аккуратными локонами, приятно гармонируя с расцветкой праздничного платья Василисы Драгомир, изящная фея улыбнулась своему изысканному отражению в большом зеркале и, оставшись довольной, разгладила несуществующие складочки на вечернем платье. Стук в дверь заставил меня подняться с удобного кресла, умостившегося рядом со своим собратом и диваном из одного комплекта, перестать любоваться своей прекрасной подругой и пойти открывать пришедшему, судя по времени это должен быть Кристиан, любимый человек моей чудесной Лиссы, что решил зайти перед праздничным вечером к кормильцам, оставив нас с моройкой наедине, чтобы не мешать своей девушке собираться и не отвлекать ее своим же присутствием, какое для принцессы никогда не остается незамеченным, даже, если лорд Озера молчит или читает какую – нибудь книгу, раньше никогда не замечала у парня пристрастия к чтению, хотя, скорее всего, оно появилось у брюнета еще во время обучения в Академии, когда практически все вокруг считали его потенциальным стригоем, в следствии чего обладатель небесно – голубых глаз и был изгоем, как же хорошо, что из нас двоих хотя бы у моей лучшей подруги в личной жизни все в порядке, похожая на ангела блондинка заслуживает этого, как никто другой. Василиса закончит учебу в университете Лихай, где она специализируется на изучении иностранных языков, год, какой я постоянно была рядом с моей любимой принцессой в качестве ее стража вместе с еще одним дампиром, неразговорчивым мужчиной лет тридцати, с которым мы общаемся исключительно по вопросам, касающимся безопасности моей единственной подруги, Лисса уже проучилась, осталось еще четыре, после чего они с Крисом поженятся, и у них появятся детки, маленькие ангелочки, что будут носить фамилию Драгомир, великий род Дракона должен продолжаться, у принцессы живых вампиров будет семья, а вот я не обзаведусь домашним очагом никогда, смысл моей жизни – это благополучие Ее Высочества принцессы Василисы Сабины Реи Драгомир, лишь ради этой цели я живу на этом свете. Никогда не забуду слова, сказанные Адрианом, моим бывшим парнем, с которым у нас так и не состоялось интимной близости, о чем я совершенно не жалею, лично по моему мнению, когда любишь одного, не правильно заниматься сексом с другим, сказанные мороем с изумрудными глазами и вечным творческим беспорядком в каштановых волосах, какой им придавали абсолютно сознательно, в день его отъезда из Королевского Двора: «Ты меня прости, маленькая дампирка, но я хочу закончить наши так и не начавшиеся по большому счету отношения, я тебя люблю, как не любил до этого ни одну из девушек, но не желаю всю свою жизнь просидеть на скамье запасных, ожидая, пока твои чувства к русскому дампиру пройдут, и появятся ко мне, ведь этого может попросту и не произойти вообще. Любовь – это та эмоция, что порой ядовитой змеей поселяется в сердце человека и каждый день медленно, но верно отравляет своим ядом, если она не взаимна, жить с тобой, Роуз, и видеть в ауре чувства к твоему бывшему любовнику, твои мысли и мечты о вашем невозможном будущем, это слишком для меня, выше моих моральных сил, поэтому нам лучше расстаться здесь и сейчас и не мучить друг друга». Честно говоря, я абсолютно не ожидала, что могу услышать подобное от Ивашкова, и что именно он станет инициатором нашего разрыва, но при всем при этом живой вампир из правящей семьи оказался совершенно прав, двенадцать месяцев минуло с нашего разговора, а моя любовь к Дмитрию так никуда и не делась, и не знаю, денется ли когда – нибудь или так и будет меня мучить напоминаниями о сладко – горькой неосуществимой иллюзии, химере, надеюсь, что ты смог меня разлюбить, Адриан, освободиться от прошлого и обрести счастье в настоящем, по крайней мере, я тебе этого искренне желаю. - Привет, Роуз, - прошествовав в просторную комнату, в какой Крис и Лисса живут во время нахождения моей лучшей подруги при Дворе, поприветствовал меня лорд Озера, на что я кивнула, в следующее мгновение взгляд льдистых глаз мороя остановился на его любимой девушке, а он сам замер на месте, с нескрываемым обожанием рассматривая блондинку, от чего на пару секунд, даже, потерял дар речи, - какая же ты сегодня красивая, Лисс, взор невозможно отвести, просто какое – то божество из альтернативной вселенной, - подходя к моей любимой принцессе с придыханием произнес Кристиан, нежно целуя ее в висок, в ответ на это незамысловатое действие последняя представительница Драгомиров расплылась в широкой счастливой улыбке, демонстрирующей острые кончики ее белоснежных клыков. - Если все готовы, можно идти, будет очень некрасиво опоздать на праздник моей практически свекрови, - отстраняясь от своего любимого человека и беря в руки миниатюрный клатч из ткани, идеально подходящей по цвету под оттенок платья моей лучшей подруги, серьезно проговорила Лисса и, быстро обернувшись, озорно подмигнула мне, тем самым желая меня развеселить, на что я непроизвольно улыбнулась в ответ, когда счастлива моя любимая принцесса, когда у нее все хорошо, если моройка спокойна и не напряжена, то и я в какой – то степени радуюсь жизни, ведь ее светлые эмоции также, как и Тьма, просачиваются по нашей «связи» в мое сознание, вынуждая видеть окружающий мир в более светлых тонах. *** Играет веселая танцевальная музыка, нарядные гости поздравляют именинницу, дарят всевозможные подарки, стол, предназначенный специально для цветов, уже ломится от изобилия всяческих букетов, настоящие свечи голубого цвета в серебряных подсвечниках, под тон убранства самого помещения ресторана, выполненного в каком – то дореволюционном стиле со стульями с изящными резными спинками, напоминающими королевский трон в миниатюре, и круглыми столами с причудливыми ножками, покрытыми белоснежными шелковыми скатертями, марко, но при этом, действительно, освежающе и очень элегантно, мерцают в слегка приглушенном электрическом освещении и посылают многочисленные тени на хрустальные бокалы и бутылки с вином, шампанским, водкой и другими спиртными напитками, чередующиеся с кувшинами с соками из разных фруктов, выставленные на столах руками снующих туда – сюда официантов вместе с закусками и горячими блюдами, шторы цвета индиго до самого пола, подвязанные по бокам бархатными лентами с серебристой бахромой, на окнах с затемненными стеклами завершают образ и придают ему шика, торжественности и некой помпезности, ни дать, ни взять праздник мороев из королевских семей, к одной из каких принадлежит и тетя Кристиана, Наталья Озера. Почему – то я не думала, что соберется так много гостей, если учесть отношение к Таше и ее племяннику многих отпрысков благородных родов из – за аморального поступка родителей Кристиана, пожелавших добровольно обратиться в стригоев и, к счастью, убитых в тот же день стражами, но, видимо, я ошибалась, эта история стала потихоньку подзабываться и уходить в прошлое, чему я была искренне рада, как по мне, то безумно глупо и смешно судить и наказывать общественным порицанием ни в чем не повинных людей за грехи их родственников, какими бы тяжкими они ни были, в том, что произошло много лет назад, еще в детстве Криса, какого Наталья вырастила, как родного сына, нет никакой вины леди Озера и маленького мальчика, каким тогда был лорд Озера, пользователь магии Огня, да, жизнь налаживается у всех кроме меня, наверное, это я – просто не очень везучий человек, хотя в одном, надо признать, мне все – таки повезло, я с подросткового возраста мечтала стать стражем Лиссы, моей сестры по этой жизни, и в итоге эта моя мечта сбылась на все сто процентов, я, Роуз Хэзевей – одна из двух стражей последней представительницы древнейшего рода Дракона. За нашим овальным столом, одним из десяти таких же, рассчитанных на девять человек, одно место рядом с самой виновницей торжества пустовало, видать, кто – то из приглашенных не смог прийти на этот праздник жизни, с другой же стороны от Натальи расположились Кристиан с Лиссой, рядом с которой устроилась и я, выделяясь среди мороек в вечерних платьях со сложными интересными прическами своей простой будничной одеждой и собранными в низкий хвост темными волосами, что порядком отросли и теперь доставали мне до талии, как – то все некогда сходить в парикмахерскую и укоротить их, а, может, мне просто – напросто не хочется этого делать, ведь Дмитрию мои локоны нравились именно длинными, но одевать что – то торжественное мне попросту не захотелось, не тот внутренний настрой, хоть моя любимая принцесса и предлагала мне принарядиться, за этот год я привыкла носить белую рубашку с длинными рукавами и прямые черные брюки, а в холодное время года накидывать поверх этой амуниции черный пиджак из формы стража, но в сегодняшний июльский вечер в нем не было никакой необходимости, и что радовало, в ресторанном зале удушающей жары не ощущалось, спасибо хорошо работающим кондиционерам, делающим температуру в помещении комфортной. Также за столом сидели еще две пары лет тридцати, видимо, хорошие знакомые Таши, поскольку у мужчин и женщин находилось множество общих тем для беседы, в какую включилась и умеющая блестяще вести легкие светские разговоры Лисса, как только познакомилась с этими людьми, Кристиан же предпочитал большей частью отмалчиваться, лишь изредка вставляя какую – нибудь реплику, когда обращались непосредственно к нему, в чем в этот момент была солидарна с мороем и я, это не мой праздник, я сюда пришла лишь за компанию с моей любимой принцессой и, даже, подарка тете Криса не подарила, но не думаю, что леди Озера обиделась, скорее всего, вообще, не заострила на этом внимания, навряд ли Наталья ждала от меня какого – либо презента, наверняка, воспринимая лишь как подругу и стража своей будущей невестки, а вот Ее Высочество со своим любимым человеком преподнесли голубоглазой моройке красивые длинные серьги с небесного цвета топазами в форме застывших навеки драгоценных слезинок и обрамляющими их лучистыми бриллиантами, нужно признать, поистине великолепные, глаз не оторвать, ну просто загляденье, что еще раз доказывает, какой все – таки тонкий и непревзойденный вкус у принцессы Драгомир, наследницы славного рода Дракона. Внезапно Наталья замолчала, и взгляд ее льдисто – голубых глаз устремился куда – то в сторону входа в это заведение, сегодня служащее местом празднования тридцати трехлетия Таши, если бы не знала никогда бы не подумала, что красивой моройке, сидящей со мной за одним столом, уже тридцать три года, максимум, сколько можно было дать женщине, глядя на нее, это лет двадцать семь – двадцать восемь, не больше, со дня нашего знакомства еще в Академии Святого Владимира, куда брюнетка приезжала навестить своего племянника, она нисколько не изменилась, все такая же привлекательная с тонкими правильными чертами лица, в меру пухлыми губами, покрытыми сегодня ярко – алой помадой, контрастирующей с иссиня - черными волосами почти до талии, завитыми в легкие волны и перекинутыми на одно плечо, тем самым полностью открывающие ужасный шрам на щеке леди Озера, какого тетя Кристиана абсолютно не стеснялась, не уверена, смогла бы я так спокойно воспринимать тот факт, что на моем лице до конца жизни будет присутствовать подобное «украшение», и светлым оттенком кожи, как и у всех мороев, одним словом такая идеальная снежная королева, почему – то именно с этой героиней сказки Ганса Христиана Андерсена, прочитанной мной еще в младших классах, у меня ассоциировалась женщина. Красота Лиссы, моей единственной подруги, была теплой, нежной, такой трогательной, просто волшебной, а сама белокурая моройка напоминала прелестную цветочную фею, порхающую между источающими разнообразные приятные ароматы бутонами и соцветиями, а красота Натальи же всегда являлась для меня олицетворением идеально – холодной богини из каких – нибудь скандинавских эпосов с застывшими голубыми льдинками в глазах, какую женщина неизменно подчеркивала одеждой прохладных тонов и аксессуарами к ней, такой, как сегодняшнее платье в пол из светло – серой ткани, облегающее стройную фигуру брюнетки, поверх нежного слегка поблескивающего шелка шло тончайшее серебристое кружево, наверняка, ручной работы, а длинные рукава, закрывающие запястья, были сделаны лишь из этого самого кружева также, как и само платье с вырезом «щель» на плечах до лифа, объемный перстень из белого золота на левой руке тети Криса искрился бриллиантами и сапфирами, переплетающимися в искусные узоры, и идеально подходил под тяжелый браслет на правом запястье, надетый прямо поверх кружевного рукава, выполненный из того же металла, что и кольцо, со вставками все тех же бриллиантов и сапфиров, а завершал весь антураж неширокий пояс на талии из светлого металла, наверное, белого золота, похожий на ветку какого – то экзотического дерева, обвившуюся, словно лоза, вокруг тонкого стана моройки, с причудливыми резными листьями с россыпью бриллиантов в основании каждого из них. Если быть честной, то для меня всегда оставалось загадкой, почему Наталья до сего времени так и не вышла замуж, не создала семью, не родила ребенка, ведь, не смотря на шрам на лице красивой женщины, который, казалось, нисколько не умалял ее шарма и привлекательности, многие моройские мужчины смотрели на Ташу с восхищением и нескрываемым желанием, отчетливо читающимся на лицах этих представителей мужского пола, и в отличие от меня, могущей ляпнуть в разговоре что – нибудь лишнее и не совсем уместное, тетя Криса умела прекрасно вести беседу, ее негромкий спокойный голос обволакивал и звал за собой, а размеренная неспешная речь моройки напоминала течение широкой полноводной реки, несущей по равнине свои воды, чтобы слиться с соленой водой океана, стать единой и неделимой водной системой планеты, в которой когда – то миллиарды лет назад зародилась сама жизнь. На автомате я посмотрела в том же направлении, что и тетя Кристиана, и буквально замерла на месте с вилкой в руках, на какой был наколот тонкий пластик картофеля из горячего блюда, состоящего из запеченной рыбы с овощами, нужно признать, очень вкусной и гарнира из нарезанного аккуратными одинаковыми кружочками поджаренного картофеля с какими – то специями и травами, на несколько мгновений утратив способность говорить, дышать и здраво рассуждать, держа путь прямиком к нашему столу, своей мягкой, плавной и практически бесшумной походкой, обходя танцующих под инструментальную музыку мороев и мороек, исполняемую небольшим оркестром на подсвеченной постепенно переходящими один в другой цветами электрическим светом сцене, шел мой самый любимый человек на всей земле, Дмитрий Беликов. Мужчина направлялся к нам, держа в правой руке просто огромный букет потрясающе красивых бело – розовых роз, обвязанный широкой кроваво – красной шелковой лентой, надо же, прямо под цвет губ сегодняшней именинницы, свободные концы ленты свисали и колыхались в такт шагов дампира, а самих цветов в букете, наверное, было штук пятьдесят, не меньше, и хоть я и равнодушна к розам, считая их самыми банальными цветами, какие только можно подарить, лицезрение этого произведения флористики вызвало у меня легкую зависть, ведь эти цветы сегодня предназначены не мне, а Таше, страж приехал на ее праздник, значит, вот для кого было пустующее место рядом с голубоглазой брюнеткой. И сам Дмитрий в этот вечер был просто невероятно красивый, не в форме стража, как я привыкла видеть обожаемого всем сердцем моего бывшего мужчину, а в белоснежной рубашке, кажущейся светящейся в приглушенном освещении ресторана с яркими бликами подсветки по периметру потолка и мерцающими на столах своими потусторонними огоньками голубыми свечами, и классических черных брюках с идеальными стрелками, может, на ком – то и смотрится старомодно, но дампиру невероятно шло, вообще, не представляю Беликова в джинсах и какой – нибудь футболке с ярким рисунком на груди, это попросту не его и все, образ стража завершали начищенные черные туфли и собранные, как и всегда, в низкий короткий хвост темные волосы, очень приятные на ощупь, уж я то помню это нереальное ощущение до легкого покалывания в подушечках пальцев от прикосновения к прядям живого шелка, вот только за прожитый год в прическе мужчины появилась широкая седая прядь, отчетливо выделяющаяся на фоне темно – каштановых волос с левой стороны и делающая моего любимого визуально старше, Дмитрию сейчас всего – то двадцать шесть, но выглядел страж лет на тридцать, не меньше. - Всем добрый вечер, - неизменно вежливо с никогда не покидающей моего любимого мужчину «маской стража» на лице с правильными чертами и абсолютным отсутствием каких – либо эмоций в низком, мягком, бархатном голосе дампира с легким русским акцентом, пробирающим лично меня до дрожи в коленях, произнес Дмитрий, подойдя к нашему столу практически вплотную и обращаясь ко всем присутствующим одновременно, на что некоторые королевские морои кивнули в ответ, продолжая свой разговор, - Ваше Высочество, - отдельно выделив Лиссу среди большинства, добавил страж, на мгновение склонив голову, выражая тем самым свое почтение моей лучшей подруге, белокурая моройка приветливо улыбнулась в ответ, отпивая маленький глоток охлажденного шампанского из высокого хрустального бокала. Ну, естественно, Дмитрий не забыл, что принцесса Драгомир подарила ему вторую жизнь, избавив от состояния бессмертного монстра, стригоя, совершенно не придав значения моему немалому вкладу в это казавшееся в тот момент совершенно безнадежным предприятие, именно Лисса для моего бывшего, но при этом по - прежнему дорогого, мужчины неземная богиня и настоящая волшебница, достойная поклонения, а вовсе не я, ну и ладно, переживу, мой родной, лишь бы ты был счастлив, и все у тебя было хорошо, просто замечательно, твое счастье и благополучие, любимый, мне важнее своего собственного, наверное, я странная, но разве любовь не делает нас этакими чудиками, способными на самые безрассудные поступки ради своей второй половинки. - Ташенька, прости, что опоздал, вылет из Москвы задержали на несколько часов из – за плохих погодных условий, это тебе, скромный букет от меня, с Днем Рождения, - остановив взор темных пронизывающих насквозь глаз на Наталье, назвав тетю Кристиана ласково на свой собственный манер, проговорил мой бывший мужчина, и легкая полуулыбка на пару кратких мгновений тронула бесстрастное лицо стража, освещая его привлекательные черты и, даже, делая дампира на два – три года моложе, Дмитрий протянул вставшей со своего места имениннице целую охапку бело – розовых роз, перевязанных алой шелковой лентой, какие женщина аккуратно положила на край стола, предварительно с довольной улыбкой вдохнув аромат этих красивых цветов с нежными лепестками и острыми шипами. Многие поэты и писатели частенько называют розу королевой всех цветов, а Таша – без всяких сомнения королева сегодняшнего вечера, ведь именно в этот летний день ее именины, ее праздник, и в гости к «Ее Величеству» приехал король, каким для меня всегда был и остается Беликов, моим личным Богом на этой земле, так что влюбленной в него Золушке, коей в этой пьесе без фееричного финала абсолютной любви, к большому сожалению, являюсь я, лучше отойти подальше и не путаться под ногами, «Иногда любовь уходит. Моя ушла», я помню твои слова, мой дорогой, сказанные в камере предварительного содержания здесь, при Дворе, я ничего не забыла и не позволю себе мешать твоему счастью, хоть с Натальей, хоть с любой другой женщиной, я научилась жить с душевной болью в некой гармонии, отныне и вовек она – моя лучшая подруга, верная спутница по извилистым дорожкам и темным закоулкам судьбы. - Это все неважно, Димка, главное, что ты приехал, я ужасно соскучилась по тебе, а цветы – просто прелесть, спасибо тебе огромное, ты не забыл моей любви к бело – розовым розам, - обнимая дампира за шею своими ухоженными бледными руками в ювелирных украшениях с тонкими пальчиками и длинными ногтями с ярко – алыми кончиками под цвет помады на губах королевской моройки, ласково проворковала женщина, в зале играла инструментальная негромкая музыка, чтобы не раздражать чувствительный слух живых вампиров, за столом велась непринужденная беседа, а я сидела и наблюдала общение моего всей душой любимого мужчины с тетей Кристиана, что всегда была его хорошей подругой, а может и более, - у тебя появилась седина, рано, - проведя кончиками пальцев по широкой седой пряди в шелковистых волосам стража, заключила Наталья, а я ощутила весьма чувствительный укол ревности, отпусти, Роуз, отпусти его, Дмитрий еще год назад разлюбил тебя и волен быть с той, с какой пожелает, хватит уже думать и мечтать о русском Боге, а возможно ли это сделать, у меня почему – то не получается. - Разве я мог забыть о твоих любимых цветах, Ташенька, - мягко прикоснувшись губами ко лбу элегантной моройки, негромко произнес мой любимый мужчина, бережно обнимая женщину в ответ и привлекая ее ближе к себе за талию, - невозможно убежать от своих генов, у отца рано появились седые волосы, я тогда еще совсем маленьким был, глядя на себя в зеркало, я вижу его, чьей полной копией являюсь внешне, а сейчас так особенно, - мгновенно переходя на русский, свой родной язык, какой я теперь знаю, благодаря тому, что это один из предметов, изучаемых моей любимой принцессой в университете Лихай, поскольку подруга специализируется на лингвистике, а я выучила русский лишь из – за того, что на нем говорит мой обожаемый дампир, некая странная дань моей больной любви, что все еще полыхает незатухающим костром в сердце, потихоньку сжигая мою измученную неразделенностью чувств душу дотла, спустя несколько секунд, не давая своему до жути приятному голосу ни позитивной, ни негативной эмоциональной окраски, добавил страж, и этот его ответ предназначался уже только Наталье, вряд ли все присутствующие за богато накрытым столом королевские морои и моройки знакомы со славянской группой языков, а так вышло, что и я поняла, да, и Лисса, наверняка, тоже. - Только внешне, не больше, - с легкой улыбкой, обнажающей кончики острых белоснежных клыков, ответив также на русском с ощутимым американским акцентом, проговорила Таша, значит, тетя Кристиана знакома и с родным языком Дмитрия, и в курсе не самого благовидного поведения отца дампира в прошлом, попросту говоря побоев, каким регулярно подвергалась его мать Алёна, замечательная женщина, вырастившая своего единственного сына самым лучшим мужчиной на всем белом свете, кто – кто, а я очень хорошо это знаю, жаль только, что теперь равнодушного ко мне, безумно любящей его девушке, и, оказывается, Наталья стражу куда ближе, чем мне казалось, - присаживайся, Дим, сейчас я тебя со всеми познакомлю, - отстраняясь от Беликова и легким кивком головы, от какого несколько волнистых иссиня – черных локонов моройки соскользнули с ее плеча и блестящим шелковым водопадом рассыпались по спине именинницы, указав на две, скорее всего, семейные пары мороев, спокойным размеренным тоном уверенной в себе красивой женщины, вновь лучезарно улыбнувшись, сказала Наталья, опускаясь на стул и поправляя своими ухоженными пальчиками широкий браслет из белого золота с сапфирами и бриллиантами на запястье правой руки. - С радостью познакомлюсь, Ташенька, но сначала я хочу еще раз тебя поздравить, - может, особой радости от предстоящего знакомства мой любимый мужчина и не испытывал, но отменная воспитанность Дмитрия ни разу его не подводила, и потому страж вежливо кивнул, улыбнувшись уголками губ, и направился в сторону сцены, видимо, Беликов хочет пожелать всего самого наилучшего тете Кристиана, своей хорошей подруге, а возможно и потенциальной любимой женщине во всеуслышание с подсвеченной сцены ресторана с небольшим оркестром музыкантов, расположившихся на ней, одно лишь ласковое обращение дампира «Ташенька» чего только стоит, больно видеть, как самый дорогой для тебя человек теперь с другой, но ничего изменить уже невозможно, ибо нельзя заставить любить, чувства либо есть, либо их нет, и у Дмитрия их, этих самых пресловутых чувств ко мне, увы, давно нет. - Мне не дано сочинять стихов, иначе я бы написал оду в твою честь, а соловьи разнесли бы ее слова по всему миру, я не умею писать картин, но если бы магия кистей и красок была подвластна мне, я бы изобразил на холсте тебя, неземную красавицу с глазами цвета воды, и повесил бы твой портрет в галерее, чтобы каждый желающий мог лицезреть твой ангельский лик и стройный стан. Пусть русалки сошьют тебе платье из шелков и туманов, и мы с тобой пойдем по поверхности чистейших озер с прозрачной водой и растворимся в тишине мироздания, пусть по нам плачет скрипка, и ее вечная мелодия любви разливается с небес невероятной музыкой нежности и печали, а в садах цветут пьянящие своим ароматом розы, и пусть их алые лепестки никогда не превратятся в кровавые слезы небесных ангелов. Да не останется в твоей душе места для горечи и тоски, лишь радость и счастье пусть приходят в твой дом, улыбайся, я хочу любоваться на твою прекрасную улыбку, с Днем Рождения, Натали, храни тебя Господь, - закончил говорить Дмитрий свою красивую длинную речь, какую лично я слушала, затаив дыхание, чудесные слова, мой дорогой, жаль не мне, а Наталье, что с довольной улыбкой на губах сейчас смотрела на сцену и получала моральное удовольствие от всего происходящего. Когда – то, мой дорогой, ты отказался быть стражем тети Криса и остался со мной в Академии Святого Владимира, в результате чего пережил самый страшный кошмар в своей жизни, в пещерах тебя обратили в не - мертвого кровожадного вампира без души, стригоя, если бы ты уехал тогда с Натальей, мой родной, то сейчас, скорее всего, вы бы уже ждали появления на свет вашего общего ребенка, твой отказ, так обрадовавший меня, стал фатальной ошибкой для тебя, любимый, и теперь, видимо, ты решил ее исправить, что же, я в любом случае рада за тебя, Дмитрий, и желаю вам с Ташей всего самого наилучшего, семейного счастья и здоровых деток – дампиров, я просто уверена, ты будешь замечательным мужем и отцом, так будь счастлив, радуйся каждому дню и мимолетному мгновению, любовь – это способность отдавать, а не получать, я заплатила свою цену, распрощалась со своим сердцем, разбившимся вдребезги, а лепестки роз стали для меня лепестками слез. Страж что – то сказал музыкантам, и в следующее мгновение они заиграли другую мелодию, а мой любимый мужчина вновь взял микрофон со стойки, установленной на сцене, ибо для дампира ее высоты было явно недостаточно, Дмитрий будет петь, мгновенно догадалась я, до этого дня ни разу не видела Беликова в роли певца, а теперь вот увижу, горестная улыбка сама собой расползлась на моем лице, и я сделала небольшой глоток сухого красного вина, повертев бокал в руке, надо же, как виноградный напиток похож цветом на человеческую кровь, что бежит по нашим венам и делает нас живыми физически, а вот морально я себя ощущала мертвой, куклой без души, живой игрушкой, выброшенной наигравшимся ребенком в дальний угол, как же мне сейчас хотелось наплевать на все и уйти, укрыться с головой пледом и остаться наедине со своим личным горем, но это невозможно, я – страж принцессы Василисы Сабины Реи Драгомир, моей единственной подруги Лиссы, а потому мои собственные желания не имеют никакого значения, «Они на первом месте». В старом парке пахнет хвойной тишиной, И качаются на ветках облака. Сколько времени не виделись с тобой, Может год, а может целые века? Ни за что теперь не отыскать следов В дальний край, где мы друг друга не нашли. Я пришёл к тебе из позабытых снов, Как приходят в свою гавань корабли. Мягкий низкий голос моего любимого мужчины без акцента, ибо пел Дмитрий на своем родном языке, теплыми волнами разносился по залу, обволакивая своей глубиной и унося в заоблачные дали, в ту самую нереальную гавань из позабытых сновидений, чар бога иллюзий ночи, Морфея, Лисса с Кристианом танцевали под абсолютно незнакомую мне мелодию, как и многие другие пары в зале, Наталья пила небольшими глотками белое вино и слушала посвященную ей песню, слегка покачивая бокал в правой руке, от чего тяжелый браслет с драгоценными камнями переливался в приглушенном электрическом свете, а я чувствовала себя абсолютно лишней на этом празднике жизни. Натали, утоли мои печали, Натали! Натали, я прошёл пустыней грусти полземли! Натали, я вернулся, чтоб сказать тебе прости Натали, от судьбы и от тебя мне не уйти! Утоли мои печали, Натали! Натали! Натали! Рядом с Ташей ты забудешь все свои печали, мой дорогой, ведь она тебя любит, ты небезразличен красивой моройке из королевской семьи Озера с небесно – голубыми глазами, иссиня – черными длинными волосами, как тебе и нравится, и стройной фигурой идеальной фотомодели, Наталья родит тебе детей, мой родной, они, маленькие безгрешные ангелочки, прилетевшие с небес на нашу бренную землю, станут вашей радостью и настоящим смыслом жизни, у вас будет полноценная счастливая семья, я знаю, ты хочешь, чтобы у твоих детей было не такое детство, как у тебя самого, любимый, и я верю, что ты все для этого сделаешь. А я, что я, я проживу всю свою жизнь рядом с моей чудесной Лиссой, ее верным стражем, ее «поцелованной Тьмой», тенью за спиной представительницы великого рода Дракона, Ее Высочества принцессы Василисы Сабины Реи Драгомир, и другой судьбы я не прошу, ибо уже никогда не смогу быть ни с одним мужчиной кроме тебя, Дмитрий, вот только тебе я, увы, не нужна, но так бывает, такова жизнь, и я смирилась, давно и со всем, будь счастлив, мой дорогой, свое сердце я когда – то подарила тебе на веки – вечные, так что теперь у меня его нет, осталась лишь красивая оболочка, да кому она нужна, хотя, может кому – то и понадобится, да вот мне уже никто без нужды, ибо по сравнению с тобой, родной мой, любой представитель сильной половины человечества то самое «никто» и звать его «никак», может и глупо, но для меня это так, у каждого своя правда, с какой он идет по жизни, моей истиной всегда был ты, любимый, ей и останешься до последнего моего вздоха. Люблю моройскими ночами, когда меня мучает бессонница, а это бывает довольно часто в последнее время, сидеть на широком подоконнике в своей комнате, смотреть на солнце через затемненное стекло окна, наблюдать, как теплые золотые лучики это дневного светила в человеческом мире играют на изумрудных листьях множества деревьев, посаженных в Королевском Дворе, и курить сигарету за сигаретой, топить свою боль, душевную агонию без конца и края в пепельно – сером дыму, так бесцельно и бесполезно проводя время, предназначенное для сна, скрашивая свое личное одиночество, в избавлении от коего никто не может мне помочь, ибо ушел от меня мой до беспамятства любимый человек, повелитель моего сердца бросил меня, безжалостно оставил одну, господин моей вселенной забыл о любящей его девочке, плачущей по нему долгими бессонными ночами. Дмитрий Беликов, тебя не мучает совесть, это неприятное чувство не грызет тебя изнутри, скажи мне, помнишь всем известное выражение: «Мы в ответе за тех, кого приручили», так что же ты, мой дорогой, отказался, отрекся, забыл, а я ведь все помню и беззаветно люблю тебя, да, я не маленький лесной зверек, я – человек, но от этого мне не легче, «Свобода забывать, стереть из памяти, вырвать из сердца, утопить в самом глубоком колодце, обрести свободу духа своего», это твои слова, мой родной, сказанные мне год назад перед твоим отъездом из Пенсильвании, я так и не смогла воплотить их в жизнь, прости, любимый, но, наверное, я никогда не буду в силах выполнить твой завет, моя любовь к тебе, Дмитрий – мой немой зарок на всю жизнь, мой крест, и мне его нести. Потерял я где - то в бездорожье лет Безоглядную влюблённость и покой. Брал от жизни всё, что мог, и не секрет, Я не свят, я виноват перед тобой! Целовал я струи многих родников И томился одиночеством вдали. Мои волосы от зноя и ветров Побелели, как степные ковыли. Да, с седой прядью в волосах ты стал выглядеть старше, мой дорогой, но это тебя ничуть не портит, у нас с тобой разница в семь лет, только это лишь по паспорту, на самом же деле между нами пропасть длиною в несколько человеческих жизней, пережив обращение в стригоя, жестокое кровожадное существо без души и каких – либо моральных принципов, и обратно в дампира с помощью волшебной магии Духа моей прекрасной Лиссы, доброй волшебницы с нефритовыми глазами, наверное, морально ты постарел лет на сто, и сейчас у меня не хватит смелости просто подойти к тебе и что – то сказать, ведь ты, даже, словом со мной обмолвиться не пожелал, родной мой, за что же ты так со мной, Дмитрий, ни смотреть на меня не хочешь, ни звука моего голоса слышать, больно, невыносимо больно. Натали, утоли мои печали, Натали! Натали, я прошёл пустыней грусти полземли! Натали, я вернулся, чтоб сказать тебе прости Натали, от судьбы и от тебя мне не уйти! Утоли мои печали, Натали! Натали! Натали! «Натали», «Ташенька», ты можешь быть очень ласковым, когда захочешь, любимый, но в то же время зачастую бываешь холодным и равнодушным, таким идеальным стражем без чувств и эмоций с маской вежливого нейтралитета на лице, живым роботом на службе у мороев, недаром тебя еще в Академии Святого Владимира студенты и некоторые стражи называли Богом, ты и есть Бог, красивый, сильный, непобедимый, но однажды ты проиграл в той злополучной пещере, обратился бессмертным Дьяволом с мертвенно – бледным лицом, кроваво – красными ободками вокруг зрачков в чарующих глазах цвета черного кофе, твоего любимого напитка, и длинными острыми клыками кровожадного дикого зверя, этот день убил твою любовь ко мне, навсегда уничтожил часть твоей души, какую ты так и не смог обрести вновь в полной мере. «Лучше бы стражи меня убили, чем оставили жить с осознанием собственных бесчисленных прегрешений», ты так говорил поначалу после исцеления, потом Лисса каким – то поистине волшебным образом смогла в некой небольшой степени вылечить твою душу, но излечился ли ты полностью, любимый мой, обрел ли свободу духа своего, скинул ли оковы прошлого, тянущие ко дну в черную – черную бездну пустоты и тотального одиночества, я очень надеюсь, что да, насколько я могу видеть, ты желаешь быть с Ташей, значит, ты стал прежним, тем Дмитрием, что вернул меня в Академию, что заставлял бегать по десять кругов по далеко не жаркой осенней погоде, и это в итоге не раз спасало мне жизнь, что обществу людей предпочитал книги и странную музыку восьмидесятых годов, я рада за тебя, товарищ, безобидное прозвище из прошлого, почему – то столь сильно не любимое тобой, теперь я к тебе уже так не обращусь, язык не повернется, только Дмитрий, никак иначе. Я проделал долгий путь, Только время обмануть невозможно, Натали И хоть я другим не стал, Но с дороги я устал, и душа моя в пыли. Натали утоли мои печали, Натали! Натали, я прошёл пустыней грусти полземли! Натали, я вернулся, чтоб сказать тебе прости Натали, от судьбы и от тебя мне не уйти! Утоли мои печали, Натали! Натали! Натали! Натали! Натали, я вернулся, чтоб сказать тебе прости Натали, от судьбы и от тебя мне не уйти! Утоли мои печали, Натали! Натали! Натали!* Ты совершенно прав, любимый, впрочем, как и всегда, время обмануть невозможно, оно словно вода утекает сквозь пальцы, а песочные часы отсчитывают немного и немало, всего лишь человеческую жизнь, где каждая песчинка – это прожитый день, с одной стороны все они в точности похожи друг на друга, как братья – близнецы, но с другой строго индивидуальны и по – своему уникальны, наше время ушло, мой дорогой, оно утонуло в безбрежных водах реки вечности, развеялось по ветру безысходности, рассыпалось в прах под суровым безжалостным взглядом рока, обратилось в дорожную пыль под нашими ногами. Наступает новое время, твое и Натальи, мой родной, так пусть оно будет другим, по – настоящему счастливым и бесконечным, минутами ничем не омраченной радости, мгновениями чистого не замутненного наслаждения, причем, как физического, так и эмоционального, ибо любовь и секс взаимосвязаны, как неделимы нежность и страсть, забота и ласка, будь счастлив, Дмитрий, улыбайся, смотря, как ваши с Ташей детки с темно - карими или небесно – голубыми глазами бегают по дому, снося все попадающееся на своем пути, люби сам и будь любим своей женщиной, живи полной гармоничной жизнью. Мой любимый мужчина танцует с тётей Кристиана в серебристо – сером шелковом платье до пят, бережно обнимая королевскую моройку за талию, женщина же в свою очередь положила бледные руки с ярким маникюром на плечи стража, обвив его шею, и что – то с улыбкой говорит дампиру, на что Беликов взял ухоженную ручку леди Озера в свою и, поднеся к губам, поцеловал тонкие пальчики с длинными ногтями, страж давно вернулся за стол после исполнения им песни, так понравившейся имениннице, познакомился с ее гостями из благородных семейств, и сейчас Дмитрий с Ташей под аккомпанемент небольшого оркестра кружатся в вальсе среди остальных нарядных пар, но мои глаза видят только их одних и никого больше, а в моих ушах звучит отнюдь не чарующая мелодия скрипки и фортепиано, а стенания моей бедной, несчастной, одетой во все черное слезливой страдалицы – души, коей пришлось пережить столь много и безмерно мало одновременно, мне всего девятнадцать, а такое чувство, что сорок девять, и я уже все пережила в этой жизни, но самое главное потеряла свою единственную настоящую любовь. Больше не могу смотреть на чужое счастье, не желаю лицезреть идиллию моего любимого мужчины и другой женщины, не хочу любоваться на их такое близкое интимное общение, не осталось у меня для этого никаких моральных сил, и потому, поднявшись со своего места и бросив беглый взгляд на Лиссу с Кристианом, в этот момент оживленно беседующих с несколькими мороями, знакомыми мне лишь наглядно, в другом конце зала, я направилась на выход из ресторана, никуда уходить я, естественно, не собиралась, подышу свежим воздухом, побуду несколько минут одна и вернусь обратно, вдоль стен этого развлекательного заведения класса «люкс» стоит множество стражей, верных защитников живых вампиров, и моей чудесной принцессе никакая опасность не угрожает, скоро этот вечер закончится, и наступит следующий день наших жизней, живу же я ведь как – то без Дмитрия, вот и дальше буду, ключевое слово конечно «как – то», но по – другому, увы, не получается. На улице уже совсем светло, и июльское солнце стремится к своему зениту, оставляя на лице свои теплые прикосновения, а его золотистые лучики словно поцелуями согревают кожу, так могут касаться лишь губы любимого человека, какой меня бросил еще год назад и сейчас преспокойно проводит время в свое удовольствие с Натальей, если быть честной в первую очередь с самой собой, то признаю, да, я завидую тете Кристиана, женщина желала, чтобы Дмитрий стал ее стражем, мужем, отцом их общих детей, и, похоже, в конечном итоге леди Озера это получит, судя по куда более, чем благожелательному настрою моего бывшего мужчины к ней, моройская ночь в самом разгаре, а для людей скоро наступит полдень очередного позитивного летнего денька, вот только мне совсем не весело, а в памяти всплывают строчки отнюдь не из хита для дискотек. Короткие гудки в телефоне моем, И мы с тобою больше не вдвоем, Как жаль, но я привыкла. Исчезнуть из тебя - это нелегко. Ты ранил мое сердце глубоко, Как жаль, но я привыкла. Все призрачно, но без тебя опять. Жила... Больше ни следа Не осталось от... От твоей любви. Жива... Боль по венам! Отпущу тебя и твою любовь. Слышишь? Я жива!** Эта песню играла в машине, среди огромного количества других музыкальных композиций была записана на флэшку Алекса, второго стража принцессы Драгомир, когда моя подруга с Кристианом не так давно ездили в город, чтобы походить по человеческим магазинам и прикупить что – нибудь новенького к лету, точнее говоря, Лисса обновляла свой многочисленный гардероб, похожий на средний магазин одежды, а голубоглазый морой просто поехал за компанию со своей любимой девушкой, какой бутиков при Дворе всегда было мало, моя лучшая подруга – самая настоящая модница, обожающая наряжаться и подбирать обувь и разнообразные аксессуары под платья, юбки, блузки, джинсы, сарафаны и многое другое, знающая все модные тенденции наступающего сезона и рекомендуемую стилистами цветовую палитру, мне в этом до элегантной моройки с платиновыми волосами из королевской семьи очень и очень далеко, да, я, по большому счету, и не стремлюсь быть знатоком моды, зачем мне это, ибо красоваться мне просто – напросто не перед кем. Да, любимый, мы с тобой больше не вдвоем, как и поется в этой красивой грустной песне о потерянной любви, и мне пришлось привыкнуть к сему безрадостному факту моей новой жизни, ты не просто ранил мое сердце, родной мой, ты разбил его на миллионы мельчайших кровавых осколков, разлетевшихся по свету в виде алых огней заката, оставив в груди кровоточащую зияющую рану, ничем не заполняемую пустоту, бездонную черную пропасть с тлеющими углями разрушенных надежд, приносящими лишь нестерпимую душевную боль, сжигающую дотла агонию, черную тоску и безмерную печаль по ушедшему счастливому времени, я не стану резать вены от мучающей меня хронической депрессии, превращающей в бледную призрачную тень той девушки, что была когда – то, что верила в хорошее, светлое и доброе, я давно утратила веру в чудеса, моим персональным Богом, моим раем на земле, моим небом и моим солнцем, освещающем мою жизнь, моим всем, был ты, мой дорогой, а без тебя, Дмитрий, я лишилась своей веры, похоронила надежду и попрощалась с любовью, отныне я неверующая и ничего не знающая, глухая и слепая, ибо нужна ей, моей единственной подруге Лиссе, принцессе живых вампиров из древнего рода Дракона Василисе Сабине Реи Драгомир, я все еще жива для нее. - Я жива, жива, жива… - прошептала я в пустоту, силясь сдержать подступившие к глазам слезы, какие в следующую секунду все же покатились по лицу мокрыми дорожками, быстро высыхающими под горячими солнечными лучами, я так не хотела плакать, но ничего не могла с собой поделать, слезинки лились сами собой одна за другой, соленая вода, неужели, я еще не всю тебя выплакала, странно, мне казалось, что слез уже попросту не осталось, в этом океане горечи и тоски утонула моя душа, безвременно покинула этот мир, не оставив о себе, даже, напоминания, физически я, конечно же, жива, а вот эмоционально, сильно в этом сомневаюсь. - Естественно жива, Роза, ты еще такая молоденькая, совсем девчонка, тебе всего девятнадцать лет, у тебя впереди долгая счастливая жизнь, не нужно лить слезы из – за меня, я недостоин ни одной твоей слезинки, - раздался тихий низкий голос с легким акцентом, какой я узнаю из миллиона тембров и отголосков, позади меня, а я, даже, не услышала, как его обладатель подошел ко мне со спины, все стражи передвигаются очень тихо, это является следствием жесткого обучения, что дампиры проходят в академиях, нас учат защищать, порой ценой своих собственных судеб, живых вампиров, оберегать священную моройскую кровь от бессмертных чудовищ, стригоев, а Дмитрий, так вообще, ходит абсолютно бесшумно, помню еще со времени в Монтане меня всегда удивляла способность мужчины внезапно оказываться за твоей спиной, когда ты этого абсолютно не ожидаешь. - Ты уедешь с Ташей? – развернувшись к моему любимому мужчине лицом, задала свой вопрос я, ответ на какой лично для меня был практически очевиден, но я по какой – то самой себе неведомой и абсолютно не рациональной причине желала услышать это из уст Дмитрия, спрашивать, как именно Беликов догадался, что я плачу, не имело никакого смысла, дампир слишком хорошо меня знает, вот и все. - Наталья принадлежит к одной из двенадцати королевских семей, но ни одного стража у женщины нет, а потому Совет по распределению стражей не имеет права ей отказать. Через пару дней документы будут оформлены, и мы с Ташей улетим в Лос – Анджелес, не могу знать, когда мы с тобой увидимся в следующий раз, Роза, но могу сказать на своем собственном опыте, любовь, действительно, уходит, и твоя со временем обязательно пройдет, «С глаз долой, из сердца вон», говорят на моей Родине, - улыбнувшись уголками губ такой знакомой мне полуулыбкой, негромко произнес мой любимый мужчина своим до жути приятным бархатным голосом с легким русским акцентом, что ничуть не портил его тембр, а наоборот придавал некой загадочности и неуловимой изюминки, плавно подняв руку и протянув ее к моему лицу, страж аккуратно стер подушечками своих длинных пальцев пианиста последние слезинки с кожи, это мимолетное касание отозвалось приятными мурашками, и захотелось потереться щекой о ладонь моего обожаемого дампира, как самая ласковая кошка на свете льнет к рукам своего заботливого хозяина, но Дмитрий не дал мне такой возможности, словно почувствовав мое намерение, он опустил руку и посмотрел на часы в металлическом корпусе на черном кожаном ремешке на своем левом запястье. - Ты красивая, хорошая девочка с прекрасной чистой душой, дай Бог, быть тебе такой же счастливой, Роза, - вновь улыбнувшись мне своей фирменной полуулыбкой, чуть тише проговорил страж, автоматическим движением пальцев заправив выпавшую темную прядь обратно в короткий низкий хвост, сейчас рядом с Дмитрием я чувствовала себя совсем маленькой, почти ребенком, передо мной стоит привлекательный взрослый мужчина с широкой седой прядью в темно – каштановых волосах, в классических черных брюках со стрелками и белоснежной рубашке с длинными рукавами, такой далекий, такой не мой, но в моих воспоминаниях, любимый, ты навсегда останешься неповторимым русским Богом из далекой страны России с темными пронзительными глазами, смотрящими прямо в душу. Дмитрий вернулся обратно в ресторан, где его, наверняка, с нетерпением ждала именинница, а я все продолжала стоять на месте и медленно вдыхать горячий июльский воздух, ты говоришь, что любовь проходит, мой дорогой, так пусть тогда и мои безответный чувства к тебе уйдут, отпустят меня, освободят от своего тяжкого бремени неразделенности, ты пожелал мне стать счастливой, мой родной, и я могу сказать тебе только самые лучшие слова, какие сможет изобрести моя больная фантазия, будь счастлив с Натальей, любимый мой, через несколько лет хочу увидеть ваших с Ташей деток, возможно, они, даже, будут похожи на тебя, мой невероятный нереальный Бог, однажды превративший мою серую будничную жизнь в настоящий фейерверк эмоций, сияющий калейдоскоп всех цветов радуги.