Извини, я влюбился

— Не здесь, — шепчет он. Я теряюсь. Не знаю даже что ему сказать. — Но я не… — он поднимает меня и берет за руку. — У меня есть предложение показать тебе дом. — Не откажусь, — натягиваю я улыбку. — Не делай больше так. Мне противно.       Все понятно. Но, мне перехотелось быть в этом доме. Перехотелось быть сейчас рядом с Чонгуком. Мое настроение сменилось и тот азарт, что был раньше ушел. У него и правда те намерения. Он хочет этого, он не понимает, что я шучу. Я… Я надеюсь, что он просто подыгрывает мне. — Извини. Буду делать это тогда, когда надо. Но не перед тобой. — Что за привычка кусать щеки? — улыбается он. — Это я делаю совсем случайно. То есть неосознанно. Не злись на это. Пожалуйста. — Я не злюсь на тебя, Мин, — пожимает он плечами. А совсем недавно он ругал меня за улыбку. — Спасибо… — беззвучно шепчу я губами. — Что тебе показать? — Второй этаж. Потом ванную. Кухню и потом уже гостиную. — Ну, тогда пошли. Он прошел верх вместе со мной, я открывала двери, интересовалась кто здесь живет и что у него есть. Он достаточно обеспеченный парень. А старший брат, всегда помогает младшему, хоть и живет в другой стране. Не знаю, правда, как он оплачивает счета… Наверное, он работает. После осмотра комнат, мы спустились вниз, в гостиную. Ничего интересного в этих комнатах я не нашла, просто тянула время. — Что мы будем делать дома одни? — Много чего можно. Только если ты согласишься. — А ты настаиваешь? — Хотелось бы, — он садится на диван. Я напротив него, посередине. — Но перед этим, я хочу тебя кое-что спросить. — Какие у вас отношения с Чимином? — спрашивает погодя он. Я сглотнула и задумалась. Отношения… — У нас договор. — На бумаге? — ухмыляется он. — Он меня поцеловал, Чонгук. — Что? Как? Когда? — Ты слышал это, — удивляюсь я. Я же бухая тогда была, ведь так? Я даже помню это. — Наверное, был в порыве гнева. Ты хочешь и дальше продолжать разговаривать с этим придурком? — Ну почему ты так его называешь? — Я спросил тебя. — Да, — опускаю голову поджав под себя ноги. — Кто лучше? — неожиданно спрашивает он. В плане любовников или кого? — Вы оба. — Мин, расскажи мне о своем прошлом. — Там ничего такого нет. Я прилежная ученица средних классов. А ты? — А вот мне так не кажется. Глаза у тебя играют. А разум думает, как бы меня раздеть, — улыбается он. Скорее всего шутит: шутки я не люблю и не понимаю. — Ты что! Нет, все не так. У тебя глаза красивые. Да и вообще, ты очень красивый, как и Чимин. Вы для меня оба лучшие. Но вы разные. Он жестокий, а ты нежный. — Откуда такая уверенность в своих словах? — он приблизился к моему лицу. Я ползла назад. В другой конец дивана. А вот теперь мне стало страшно. Уверенность куда все потерялась… Господи, что происходит? Почему? Я… Я его боюсь. Чонгук, ты чего? — Потому что ко мне ты очень дружелюбно относишься. Ты просто мой лучший друг, — как можно искренне говорю я, смотря ему прямо в глаза. — Я не хочу дружеских отношений с тобой. Не хочу быть твоим просто лучшим другом. — Ну, а кем же ты хочешь быть? — Хочу быть больше чем лучший друг, — он приближается к моему лицу. — Я не готова. Извини. Я и, правда, не готова, — сглатываю. Совсем не ожидала такого напора от него, да и вообще. — Да ладно тебе. Ты же хотела меня. — Все изменилось. Мне страшно. И мне надо домой, — пытаюсь встать, но он хватает меня за запястья и приживает к мягкой ручке дивана. — Что во мне страшного? Я что, монстр? — Ты не страшный. И не монстр. Просто ты смотришь на меня, и мне становится не по себе. Я и, правда… — Ты лжешь, — злость в глазах. — Нет, Чонгук, это правда. Может, я и правда хотела большего, но только не сейчас. И вообще, я думала ты понимаешь, что это все не серьезно. Я расчитывала на обычный дружеский вечер: посмотреть фильм, поболтать, поесть чего-нибудь, а сейчас… Я боюсь. — Я же буду нежен. — Ты тогда соврал мне. У тебя была девушка. И не одна. Ты просто не показывал их никому. А вот Чимин знал, и поэтому… — Заткнись, — рявкнул он. — Что за бред ты несешь? — Чонгук, мне больно… — Ответь мне. Я задал тебе вопрос. Отвечай! — Отпусти меня… Пожалуйста. — Я сейчас вернусь. Никуда не уходи, — он пошел на верх, а я быстро достала из шорт телефон и написала Чимину, что Чонгук хочет меня изнасиловать. Он написал мне, что будет через десять минут. Так что придется ждать, а потом бежать на улицу. Ну вот сиди и умирай со страху, что вот он там придумал?       Я, правда, не ожидала такого от Чона. Он был совсем другим. Мне казалось, что у него не было таких намерений. Я думала, что мы будем друзьями, лучшими друзьями. Но, кажется, он хочет секс по дружбе. А такие вещи я не люблю. Через некоторое время приходит Чонгук. В руках у него два маленьких серебряных шарика. Только не говори мне, что ты хочешь… — Снимай с себя шорты. — Зачем? — Я сказал: снимай шорты! — Хорошо, — я медленно спустила шорты и положила их на диван. В это время, он кладет шарики себе в рот и обсасывает их. — Отлично, теперь повернись ко мне задом и схватись за свои лодыжки.       Я зажмуриваюсь, когда он осторожно сдвигает трусики в сторону и медленно водит пальцем вверх-вниз, медленно вращает им внутри. Я не могу сдержать тихий стон. Он убирает руку и опять медленно вводит в меня не палец, а уже два шарика, которые были у него во рту. Сначала один, потом другой. Чонгук поправляет мои трусики. Мне от этого, почему-то не противно, а как-то приятно. Чимин еще не доходил до такого. И правда… Чувствую себя шлюхой. То с одним то с другим… Как я до этого дошла? — Принеси мне, пожалуйста, шарф. Я завяжу тебе глаза. Это мой шанс. Он отворачивается в сторону, а я беру свои шорты, в которых мой телефон и ключи. Проверяю сообщение. Он здесь. Подхожу к прихожей, щелкаю замком и быстро сбегаю. Что-то внутри меня натирает. Все начинает ныть. Очень возбуждает. Я пытаюсь через неприятные ощущения бежать к машине Чимина. — Почему в трусиках? — А разве не понятно? — Да, глупый вопрос, — он быстро уезжает от сюда. — Теперь тебе надо будет таскаться со мной, а не с ним. — Я согласна. — Почему ты так бежала? Будто он ударил тебя. — Внизу все ноет. — Разогрел тебя.       Мы подъехали домой. Я посмотрела на время. Одиннадцать. Ну, ничего себе. Как я хочу сейчас в ванную. Смыть с себя такой позор. Мы зашли в дом. Не знаю, зачем его пустила, просто, мне нужен был хоть кто-то рядом. — Все-таки что-то не так. Что случилось? — он посмотрел на меня. — Ну, понимаешь… Я не знаю, как тебе сказать. — Так, расскажи мне что произошло. — Так получилось, что он ввел в меня два маленьких серебряных шарика. — Чтобы возбудить тебя, — говорит он себе под нос. — Тебе надо убрать эти шарики. Только вот одна проблема. — Что? В чем дело? — мне стало не по себе. Вдруг я не смогу вытащить ее. Хотя, бред. Чимин — это бред. Я могу и сама, понимаешь? Или ты хочешь меня развести? — Это могу убрать только я. — Черт. А я сама не смогу? — Полный берд, я и сама смогу! — Ракурс не тот. — Ну и что мне надо делать? — Сними трусики. Облокотись об ручки дивана. Разведи ноги, — я все это сделала с грехом на пополам. — Ой, как здорово! Твоя кожа здесь такая гладкая. Ты всегда делала себе эпиляцию? Так и хочется поцеловать, — он взглянул на меня и увидел смущенное лицо. — Но это как-нибудь позже. Ладно. А теперь, если тебе будет приятно то, пожалуйста, кричи, издавай стоны. Так мне будет легче вытащить это. Ты не будешь напрягаться. — Хорошо. Он просунул в меня палец, и я вскрикнула. На мгновение сжалась, но потом вспомнила, что говорил Чимин. Опрокинула голову назад и расслабилась. Он блуждал там пока не нашел эти шарики. — Вот и все, — он показал мне эти скользкие, липкие шарики. — Можешь одеваться и не благодарить. Мне самому понравилось. Я пойду домой. — Не надо. Не уходи, — я стояла перед ним в трусиках. — Хочешь, чтобы я остался ночевать? — Угу. — Ну, хорошо. Только я есть хочу. — Я тоже, — улыбнулась я. — Ты только переоденься. Не могу смотреть на тебя в таком виде. Это слишком… — Я поняла. Сейчас.       Да уж и зачем я его оставила его у себя? Добежав до своей комнаты, я подумала, что я очень рада, что все так произошло. Надев на себя обычное, простое, легкое, белое платьице, я побежала вниз. А вообще. Если вы еще не поняли, как бы я не говорила себе, что Чимин мне не нравится и его действия мне противны, я все равно иду за ним. Делаю то, что он просит, потому что очень хочется. Потому что Чимин нравится мне. И я хочу быть с ним рядом и целоваться с ним, просыпаться с ним. Всегда встречать его с работы дома. Хочу заниматься сексом, потому что я чувствую, что это взаимно. Он тоже хочет этого, как и я. Я не вижу подвоха в его действиях. — Ты умеешь готовить? — Ну, — замялась я. — Понятно. Вроде взрослая девушка, а готовить не умеет. — Брат не подпускает, — оправдываюсь я, хотя это действительно так. — Сказал, завтра научит. — Хорошо, что хоть завтра. — Все что надо в холодильнике, — Чимин протягивает помытый банан. — А что скажешь родителям? — На работе. Да им и неважно, — отмахивается он, ведь это и правда так. Его родители давно не переживают где он и с кем. — Понятно, — я открываю банан и откусываю. — Может, не будешь на меня так смотреть? — Как? — не понимаю я. А, банан! Ну, нет, я помучаю тебя. — Ты такая глупая. Сама ведь провоцируешь, а потом жалуешься. Держи. Я заварил рамен, — пододвигает он тарелку с лапшой. — А, понятно, — я отворачиваюсь от него. — А что ты будешь делать? — Да ничего. У вас тут коробка рамена. — Будешь заваривать рамен с курицей? — Тут у вас устрицы есть. — Вот только не устрицы! Меня брат потом спрашивать будет, что я с ними сделала? Ты только не обижайся, — он протягивает палочки и я начинаю запоздалый ужин. — Хвон Мин, у тебя есть джинсы? — Да. — Тогда почему ты всегда носишь или короткие юбки, или платья? Надевай не только юбки платья. — К чему ты это ведешь? — В таком ты будешь ходить только при мне. — Да что вы такие дерзкие?! С чего это я должна вас слушать?! — А ты думаешь, я тоже не криминальный? Я вообще-то не маленький и заключаю договоры между противоположным полом. — Ты эротики перечитал? — он сделал тако-о-ой взгляд. — Ну, а от меня что ты хочешь? — То же самое, что и от них. — Знаешь, а я не согласна. Я не хочу быть проституткой. — Этот договор будет другой. Если тебе интересно, то я вышлю его тебе по е-мейлу. Я знаю твою почту. — Ну, хорошо. А не мог бы ты мне рассказать в вкратце что там? — Никаких жестоких обращений с тобой. Никаких посторонних вещей. Только ванильный секс. И то, очень редко. — Что такое «ванильный» секс? — А что такое — занятие любовью? — Знаю. — Ну вот. То же самое. Скажи спасибо, что я не буду трахать тебя. — А чем отличие? — ну надо же показать, что я ничего не знаю и не понимаю. — То же самое что и «ваниль», только намного жестче, быстрее… — Я поняла, — и сделала вид что мне не приятно. — Поэтому, с тобой я хочу чего-то другого. Ты совсем другая и не похожая на остальных. — А что с остальными? — ну точно эротики перечитал. — Они просто устали от такого и ушли. Ну, или они мне просто надоедали. — А как они сейчас живут? Общаешься с ними? — С некоторыми из них вижусь. Одна из них сейчас в школе. — Кто это? — Ее имя тебе знать не обязательно, — грозно сказал он. — Мне же интересно кого ты выбирал. — Я потом покажу кто это. Но она старше. — Ого! Ты мутил с нуной? — Да. Это было случайно. Через месяц разошлись. — Понятно. — Пошли спать. — Пошли. Только сейчас выкину коробочку от рамена. — Давай, я сам выкину, — я протягиваю ему коробочку, и он выкидывает в ведро с мусором, которая находиться в нижних ящиках. Откуда? — А где ты будешь спать? — С тобой, — уверенно говорит он. Ну ты что, совсем? — Не слишком ли ты разогнался? Спишь у меня, только на полу. Понятно? — Ага, — да, знаю, что он перелезет ко мне. Наверное, я только этого и жду/хочу. — Ну что ты такой плохой? — А я тебе такой не нравлюсь? — Нравишься. — А расскажи мне про себя. — Мне нечего тебе рассказывать. Я прилежная ученица. Вот и все. — А вот и нет. Я разглядывал твой телефон, пока ты переодевалась. Пошлячка. — Кто тебе вообще разрешал брать мой телефон? — не люблю, когда люди без спроса берут мои вещи. Это мое, а не твое. Мое! — Да и парень у тебя был. Целых два. Один явный придурок, из-за которого ты начала хорошо учиться, а другой балбес, с которым ты каталась на мотоцикле и развлекалась по ночам в клубах. Но, ничего серьезного. Из-за чего бросила последнего? — Помешался на наркотиках. Как только узнала, то бросила. — Ну и ищешь ты себе приключения на свой сексуально красивый зад. — Спасибо. — А кто лучше, я или он? — Ну вот опять. — Никто. Оба одинаковы. Ложись на кресло. Оно раздвигается если что. — А белье? — В шкафчике. Сам найдешь то, что понравится, — он достает себе постельное белье и расстилает его по всей длине. — А вещи? Переодеться. — Возьми вещи в тумбочке во втором ящике. — Мин. Что это? — он достает из второго ящика мой черный лифчик в кружевах. — Тебе нужна футболка и штаны. — Ну и от твоего лифчика не отказался бы. — Положи на место! — Пак Чимин явно нарывается. Я конечно понимаю, что сама виновата, но все же. Он мог бы и ради приличия промолчать. — Хорошо, — он находит большие шорты и футболку. А потом уже ложиться спать. Не спрашивайте, откуда это у меня. Брат оставил, так и не забрал. Да и вообще. Долгая история. Надо будет отдать перед этим постирав. Ну, или оставить себе. Ее же Чимин надевал…       Мы долгое время пролежал в тишине, я думала, что Чимин уже уснул, да я и сама уже дремала, как он начал задавать глупые вопросы: «Хочу я его?» и «почему нет»? Начал упрашивать меня лечь к себе в кровать. Я конечно отказывалась как могла. Но все равно, отказать ему… Я правда, очень хотела отказать, но желание сказать «да» было больше. — Хорошо. Ложись ко мне. — Вот и отлично, — он ложиться ко мне. — Мне так хочется поцеловать тебя. — Ну и что тебе мешает? — Боюсь зайти дальше. — Ничего, я смогу тебя оттолкнуть. — Тогда мне больше не нужно твоего разрешения. Он быстро впивается в мои губы и нежно целует, что дух захватывает. Мы поднимаемся на колени, не отрываясь друг от друга. Руками он лезет под платье. Оставляет свою руку на моем животе, а другую на моей ягодице. Я снимаю с него футболку отбрасывая ее к стене. Он быстро снимает с меня мое платьице. Я поднимаю свои руки и оставляю их на его голове. Иногда оттягиваю его волосы. И он тихонько постанывает. Укладывает на кровать и повисает на мне. А потом опять же глубоко и страстно впивается в мои губы, что я аж приподнимаюсь. Я тянусь к его плечам, но он быстро заводит их за голову. И в такт поцелуям тянусь к нему. — Может, хватит? Ты уже многое позволил. — Я обязан кое-что сделать. То, что не закончил Чонгук. Не бойся, не лишу тебя невинности, — улыбается он.       Он медленно снимает с меня трусики. Вводит туда палец, потом второй. Поглаживает мой клитор. Заходит все глубже. Я мычу от удовольствия. Его руки более… приятные. Я опускаю глаза и вижу, что он вынул из меня пальцы и начинает облизывать все, что у меня внизу. Мне как-то стыдно. Я не понимаю, как им это может быть приятно? Но, черт возьми. Не знаю как ему, а мне очень хорошо. И даже очень. Запускаю руки в покрывало и громко, пошло стону. — Кажется теперь все. — Я не вытерплю. Сделай это. — Нет. Не сегодня. — Ты оставляешь меня без полного сексуального удовлетворения, — мне самой смешно. — Да что ты говоришь? — ухмыляется он. — Извини. Но сегодня я не взял презерватив. Без него я никак. Уж извини. — Ну, ты же можешь и не доводить меня… — Могу, но не хочу. Извини, детка. Я такой. — Чимин… — Ложись спать. И оденься, пожалуйста. Не совсем люблю спать с голыми девушками. А точнее, я с ними вообще не сплю. — Ты впервые спишь с девушкой? — я надеваю на себя платьице. — Да, — говорит он будто это так и есть. Еще и кивает. — Я не верю. — Просто такое никогда не происходило дома. Всегда где-то в каких-то заведениях, переулках, например, на столе. — Чимин, а ты меня в меня правда влюблен? — я стою и смотрю на него в упор. Он поворачивается ко мне и лежит боком. Улыбается. — Ты совсем другая. Конечно же, все поначалу были такие же милые и невинные, но потом… Они всегда чего-то от меня ждали. А теперь и я от тебя чего-то жду. Ты намного красивее их. Мне нравится твое тело. — Почему-то твои слова тронули меня, — я покраснела и опустила голову. Актриса я с детсва. — Ты такая милая, — он встает с кровати и идет ко мне. Обнимает. — Чимин. — М? — Почему это именно я вам понравилась? — Не знаю. Сердцу ведь не прикажешь. Хотя согласен, что таких как ты много. А вот с таким же прошлым, немного. Только по пальцам сосчитать. — Даже приятно. — Ну конечно приятно, — и очень нежно и аккуратно целует меня. — Не жалеешь, что этой девушкой оказалась я? — Конечно же, нет. Ну почему ты кусаешь свою губу. — Вот почему ты напоминаешь мне Кристиана Грея? — А он хороший? — Ну, не знаю. Кому как. Мне он не сильно нравится. — Это твой бывший? — Не в обиду такому человеку, но не дай Бог! — Мин. — Что? — Просто скажи, что согласна стать моей девушкой. — И что будет, если я ей стану? — Все изменится в твоей жизни. — Что именно? — Я стану заботиться и ухаживать за тобой. В крайнем случае, я буду лелеять тебя. Надеюсь, до такого не дойдет. — Ну и кому ты это еще предлагал? — Только тебе. — Верю. По крайне мере, пытаюсь поверить. — Потому что только недавно я понял, что влюбился в тебя. Я очень скучаю по тебе и схожу с ума, когда ты рядом. Я очень хочу, чтобы ты стала моей. Мин… — Я не знаю. У меня же есть время подумать? — До конца этой недели. — Но я ведь… — Извини что так мало, — и опять целует меня. Ну почему он? А что делать с Гуком? Что будет завтра? Он будет злиться на меня?