Меры предосторожности

- Так ты говоришь: маленькая девочка, так? – спрашивает Эрик уже, кажется, в сотый раз. - Да, Эрик, друг мой, маленькая девочка, которую родители хотят оставить одну, - Чарльз устало потирает переносицу и снова смотрит на Леншерра. - Так ты нашел меня для того, чтобы рассказать о какой-то девчонке? – Эрик непонимающе смотрит на своего уже не-друга. Чарльз чувствует, как в нем начинает закипать злость. - Не просто о какой-то девчонке, а о мутанте. И не просто рассказать, а попросить тебя съездить за ней. Со мной, - последнее Чарльз добавляет чуть позже и тише. В глазах Эрика Чарльзу чудится заинтересованность, впрочем, видение быстро ускользает, и он снова видит ледяные глаза… друга? Напарника? Партнера? Чарльз так и не знает, не может понять, кем ему приходится Эрик. Зачем он пришел к нему? Почему он еще здесь? Ах, да. Конечно. Это ведь меры предосторожности. - Я думаю, будет лучше, если ты будешь поддерживать связь с Магнито, - говорит как-то раз за завтраком Хэнк. Чарльз от неожиданности чуть не роняет бутерброд, который так и норовит по всем законам физики и подлости (куда уж без этого!) упасть маслом вниз и запачкать чистый, только что вымытый студентом, пол. Бутерброд спасается чудом, а точнее студентом. Пьетро, благодаря своей суперсиле, ловко (а главное быстро) подхватывает несчастный бутерброд, кладет его на стол и тараторит что-то о том, что нужно быть аккуратнее, профессор, не зря же он, Пьетро то есть, мыл эти ужасногрязныеивообщежуть полы, а потом быстро вылетает из кухни, прежде чем Чарльз успевает напомнить, из-за кого полы стали такими. - Мы должны быть в курсе, чем он занимается, - как ни в чем не бывало продолжает Хэнк. - Мне следить за ним? – Чарльз выгибает бровь и с усмешкой смотрит на Маккоя. - Зачем же следить? Сотрудничать. Присматривать, чтобы он не натворил ничего нехорошего. - Допустим, но почему я? - Потому что раньше у нас была Рейвен, а после случая в Париже она отказывается снова с ним сотрудничать. Стоп. А вот этого Чарльз не знал. Так значит, Рейвен всегда поддерживала связь с Хэнком, а ему, Чарльзу, даже не звонила и открытки на день рождения не прислала ни разу. Какая-та детская обида и ревность с головой захватывают Чарльза. Он поджимает губы и уже хочет начать свою гневную тираду, но Хэнк быстро продолжает: - Я подумал, вы ведь с Эриком были близки, - осторожно говорит он. – Ты единственный из нас, кого он будет не против увидеть. Чарльз открывает рот, будто хочет что-то сказать, но потом закрывает его и хмыкает. Были близки, мысленно повторяет он, о-о-о, дорогой мой Хэнк, ты даже не представляешь насколько. И почему он думает, что Эрик захочет его увидеть и вообще с ним разговаривать? Хэнк что-то еще невнятно тараторит, и Чарльз невольно задается вопросом: хоть кто-то в его доме может говорить нормально? - Ладно, - неожиданно соглашается Чарльз. Маккой, на радость Чарльзу, давится едой, громко кашляет, запивает водой и с удивлением смотрит на Ксавье. Видимо и сам не ожидал, что тот так быстро согласится. Впрочем, Эрик и вправду кажется рад его видеть. Только удивился, когда открыл дверь своего номера и увидел Чарльза побритого, подстриженного, в новом, идеально сидящем на нем, костюме в инвалидном кресле. - Чарльз, - только и смог тогда сказать Леншерр. - Эрик, - Ксавье очаровательно улыбнулся. Они, наверное, так и пялились бы друг на друга некоторое время, если бы не Логан, который навязался пойти с Ксавье, потому что ты чего, Чарльз, он же псих, как я могу отпустить тебя одного. - Кхм, может мы все-таки пройдем внутрь? Эрик, похоже, только сейчас заметил Росомаху (хотя Чарльз уверен, что тот еще за километр почувствовал адамантий), недовольно разорвал зрительный контакт с Ксавье и посмотрел на Логана. - Ты же помнишь нашего друга, Эрик? – все также улыбается Чарльз, и Магнито хочется стереть эту улыбку, не видеть эти алые губы, захлопнуть дверь, убежать, спрятаться. Но он спокойно отвечает: - Да, - такого хрен забудешь, хочется добавить, но Эрик лишь отходит и дает пройти Логану, который катит кресло Чарльза впереди. Эрик подавляет в себе порыв остановить Логана и самому помочь Чарльзу. Ксавье что-то рассказывает про мутанта или ребенка-мутанта, что-то о людях, о школе. Эрик честно пытается сосредоточиться на речи Чарльза, но все его попытки проваливаются, стоит телепату провести языком по нижней губе или слегка прикусить ее. Эрик пытается сосредоточиться на железе, которого полно в Логане, или на том, что если это животное как-то не так посмотрит на Чарльза, Леншерр мановением руки выбросит его через окно. Убить нельзя. Чарльз расстроится. А иметь дело с расстроенным Чарльзом, ох, как не хочется. А еще Эрик надеется, что Чарльз тактично не лезет в его голову. И все же он прокручивает у себя в голове план: выбросить Логана, не убить, забаррикадировать двери, остаться с Чарльзом наедине, а потом… - Эрик, друг мой, ты вообще меня слушаешь? – вкрадчивый голос Чарльза возвращает Эрика в реальность. - Не сомневайся. Так ты говоришь: маленькая девочка?..