Педагогика лейтенанта Ичимару

Пустой стоял, свесив голову, и изредка уныло переступал с ноги на ногу. Кира поднял меч. Пустой мгновенно развернулся к нему и воздел переднюю, богомолью, пару рук. Кира опустил меч. С сегодняшним практическим заданием из всего курса не справился он один. Задание было - уничтожить тренировочного Пустого, безобидный муляж, наделенный зачатками интеллекта. Казалось бы, ничего сложного. Один за другим курсанты выходили на площадку и разили монстра, но когда очередь дошла до Киры, он попросту не смог. От одной мысли, что сейчас придется тыкать мечом в это, ему стало так нехорошо, что пришлось отойти и присесть на скамейку. Бледное туловище Пустого, суставчатые мосластые конечности, безглазое рыло - все это было так отвратительно, так чуждо, что от одного взгляда в животе что-то тошнотворно сжималось и переворачивалось. И Кире назначили дополнительную тренировку. Пустой слегка покачивался на тонких, вывернутых в суставах ногах. На его морде, казалось Кире, застыл упрек. "Что ты возишься? - словно бы говорила морда. - Давай уже, сделай и вали отдыхать!" Кира робко шагнул вперед. Пустой, щелкнув суставами, подался назад и снова занес для удара переднюю пару рук. Кира отшатнулся. От омерзения у него подкашивались ноги. "Я не смогу, - подумал он обреченно. - Я не смогу, и меня выгонят." Теперь безглазая морда противника казалась ему ехидной. "Выгонят, выгонят!" - словно говорил Пустой, злорадно приплясывая на месте. Внезапно Кира разозлился. "Нет! - сказал он себе. - Не может такого быть! Ведь меня зачислили в академию, а это значит, что я могу быть шинигами! Я способен убивать Пустых - настоящих, опасных Пустых, не то что эту куклу. Да, она гнусно выглядит, но вреда мне причинить не может! А я ей - могу! Я же не трус? Нет, не трус! Я сын своих родителей и должен быть достоин их имен! Я набрал максимальный проходной балл! Я не боюсь! Я силен и зол! Я смогу! Я шинига..." - О чем задумались, курсант? - раздался у него над ухом мягкий, вкрадчивый голос. Поглощенный аутотренингом Кира вздрогнул и обернулся. - Э... - сказал он. - Я... - Не стесняйтесь, курсант, - посоветовал нарушитель его спокойствия. Нашивки на форме свидетельствовали о том, что он лейтенант пятого отряда. - Я здесь, чтобы помочь вам. Его дружелюбная улыбка ободрила Киру. - Вот, - сказал он. - Я... у меня не получается убить Пустого. И я сейчас думал о том, что в этом нет ничего сложного, что я сильный, быстрый и подготовленный, и у меня все получится... Лейтенант пятого отряда покачал головой: - Вы думаете совсем не о том, о чем надо, курсант. - А о чем надо? - спросил Кира доверчиво. Сияющая улыбка лейтенанта внушала ему спокойствие. - Вы должны подумать о том, курсант, что лишь благодаря счастливой случайности вашим противником сейчас является муляж. А если бы на его месте был настоящий Пустой, ваш бой протекал бы совсем иначе. Пустой атаковал бы вас первым - они очень проворны. Прежде чем вы успели бы вспомнить о своей силе, уме, красоте - и что там у вас еще - так вот, к этому моменту он бы уже успел насадить вас на руку - видите, каким она заканчивается острым когтем? Этот коготь ударил бы вас как копье и пробил вашу грудную клетку насквозь. Кровь брызнула бы во все стороны, испачкав и вас, и Пустого. Пустым нравится запах крови. Затем он бы поднял вас в воздух - вы бы трепыхались, как бабочка на булавке - и с удовольствием, не торопясь, выпил бы вашу душу. И после этого, курсант, вы незамедлительно стали бы таким же бледным и членистоногим, у вас появились бы такие же пустые глазницы, и вы так же забыли бы все чувства, кроме голода. И в самом скором времени, не исключено, кто-нибудь из бывших однокурсников оборвал бы ваше жалкое существование, - лейтенант пятого отряда заглянул в остекленевшие от ужаса глаза Киры и улыбнулся еще безмятежнее. - Вот о чем, если коротко, вы должны думать. Ну, не буду вам мешать. Пока-пока! И он зашагал прочь. На выходе с площадки он столкнулся с Ренджи, посторонился, сказал: "А, пришли подбодрить товарища? Хорошо, хорошо!" - и исчез. - Чего этот хмырь от тебя хотел? - спросил Ренджи, приблизившись. Кира не ответил. Он неотрывно смотрел на Пустого. Если раньше вид твари внушал ему отвращение, то теперь - цепенящий ужас. Ренджи тоже посмотрел на Пустого. - Никак? - спросил он озабоченно. И вновь Кира не ответил. В ушах у него, не умолкая, звучал вкрадчивый голос и рассказывал, рассказывал о крови, голоде и слепых глазницах. Пустой возвышался над ним, угрожающий, страшный. Внезапно Кире почудилось, что на месте костяного рыла возникло иное, человеческое лицо: худое, улыбающееся, с сощуренными глазами. Страшно закричав, он поднял меч над головой и ринулся вперед... - Ого! - сказал Ренджи после поистине гробовой паузы. - И так будет с каждым! - непонятно к чему ответил Кира, убирая меч в ножны. - Так все-таки, что этому мужику было надо? - Объяснял, - Кира посмотрел на фрагменты тренировочного Пустого, медленно растворяющиеся в воздухе, - о чем надо думать, когда сражаешься с Пустыми. - А, - Ренджи тоже посмотрел на фрагменты муляжа - надо сказать, довольно мелкие. - Хороший, похоже, он педагог, да?