50 оттенков Хогвартса

Маша Иванова из России-матушки таинственным образом попала в Хогвартс. И конечно же русская красавишна стала даже круче Поттера. Кому нужен очкастый избранный, когда есть есть эдакая чаровница с глазами больше чёрной дыры, с волосами кислотного цвета, длиной до пят, которыми она душит врагов, с грудью непременно восьмого размера, которая волнует не одного ученика. Она стала любимицей учителей. И конечно самый угрюмый преподаватель, мечта многих школьниц, влюбился в это чудо в перьях. А зачем Снейпу давно умершая Лили? Правильно, вообще ни к чему. Ну и что, что он её всю жизнь любит. Русская баба всегда может зажечь сердце мужчины, наивно хлопая обязательно небесно-голубыми и бездонными глазами. "У неё зато вон какие бидоны", — оправдывался перед самим собой Северус, глядя на эротично опустившуюся перед котлом девушку. А та, конечно, была лучшей на зельеварении по закону сьюх. — Мне нужно с вами поговорить, — остановил Снейп наивную Машку, готовящуюся уйти с закончившегося урока. — Да-да, конечно, — улыбнулась девушка, обнажая до того белые зубки, что ими можно было осветить малообеспеченые районы вместо фонарей. Северус прямо обомлел от чарующей улыбки ученицы. — Я помню чудное мгновенье, передо мной явились вы, — решил выпендриться знанием русских стихотворений Северус, эротично передергивая аккуратно выщипанными для такого случая бровями, он даже волосы вымыл, и не абы чем, а шампунем! — Произведения Шекспира всегда меня поражают своим глубоким смыслом, — перебила Машка, делая при этом такой умный вид, что Гермиона по сравнению с ней осел необразованный. Северус даже сплюнул от тупости ученицы и решив не заморачиваться утомительными прелюдиями повалил ту на парту. Маша, обладая незаурядным умишком, сразу догадалась о том, чего добивается мужчина. Страстно заохав, она обхватила невероятно длинными и тонкими ногами стан Северуса. Снейп был, конечно, поражен опытными действиями тринадцатилетней девчонки. Она стонала от получаемых оргазмов, число которых превышало двадцать пять. Снейп аж выдохся и, кончив, устало сел на стул. А Машка довольно улыбнулась на прощание профессору и удалилась из подземелий громко стуча шпильками по камню.