50 оттенков Хогвартса

— Ну, давай раздевайся, типа... — глубокомысленно изрек Люпин, краснея так, что помидор с грядки отчаянно завидовал. — Ну, раздеваюсь, типа... — подражая философскому тону Ремуса, буркнул Билл. Оба парня явно были в непонятках. — Может, как-нибудь иначе отомстим? — взмолился Билл, беспокоясь за свой анус. — Та не, наша мстя будет страшна! — взревел Люпин и вскочил с кровати с развевающимися на ветру панталонами. — Тогда ты пассивом будешь, — сказал Билл, многозначительно косясь на кружева на нижнем белье Ремуса. Но тот был также непоколебим, словно джигит на осле! Будто очнувшись ото сна, он жадно бросился с поцелуем страстным на немало прифигевшего Билла. Их языки слились в поцелуе и уже танцевали нехилый такой дабстеп. Руки их блуждали по телам друг друга, исследуя скрытые раньше участки тела. Нефиговые такие странники, короче. — Может, разведемся с этими истеричками и женимся друг на друге? — спросил Билл, эротично покусывая свой пальчик, что даже удивительно, как он не откусил себе фалангу? — Ты же знаешь, что в полнолуние... — начал свой депрессняк Ремус, уже держа наготове влажные салфетки, чтобы вытирать коварно вылезающие сопли. — ПМС у Флер страшнее, — с видом знатока, ответившего на все вопросы в передаче "Кто хочет стать миллионером" заявил Билл и похлопал депрессняшку по плечу. — И не говори! — загоготал Ремус, вспомнив Тонкс, — у меня же ещё метаморф... Как перевоплотится в Гитлера и как начнёт мозги трахать! — Согласен ли ты, Билл, жениться на мне?! — завопил Люпин, чувствуя, что кончает. — Да! — с таким же пылом заявил Билл, и оба они расслабились, кайфуя от удовольствия.