I'm Yours.

Утро встречает меня необычно. Никогда не проводил утро с тем, с кем вел половую жизнь. Однако Сехун - исключение. Исключение во всем. Я смотрю на спящего парня и понимаю, что до жути милый и красивый парень достался мне. Он же мой? Сехун осторожно приоткрывает глаза и смотрит на меня. Его молчание и долгий зрительный контакт заставляют нервничать. Однако Сехун придвигается теснее ко мне и утыкается мне в грудь. Его теплые ладони скользят по моей спине. Сначала по выпирающим лопаткам, затем вниз по позвоночнику. Он просит меня лечь на живот. Я незамедлительно исполняю его просьбу. Сехун седлает мои бедра и проводит по спине своими ладонями вниз. Одна его рука сжимает мою ягодицу, а вторая гладит правый бок. От непонятных чувств у меня пробегают мурашки, но это еще ничего по сравнению с его языком. Сладкий проводит вдоль позвоночника, останавливаясь на лопатках и кусая их. Размашистые поцелуи покрывают мою спину, от утреннего холодка и мокрых следов становится холодно. Очередная порция мурашек пробегают по телу, начиная с затылка и заканчивая кончиками пальцев. - Ты такой чувствительный, – тихо произносит Сехун. - А ты такой пошлый, – смеюсь я. Сладкий присоединяется к моему смеху и наваливается мне на спину. - Ты нравишься мне, – в самое ухо. – Давай встречаться, – в самое сердце. - Я согласен, – произношу я и валю парня на спину, нависая над ним. Накрываю его губы своими и пытаюсь донести все свои эмоции до него. Так мы начаем жить вместе. Постоянно проводя время вместе, даже не устаем друг от друга. Точнее, до определенного момента. Этот определенный момент наступает так же резко, как и наши отношения. Просто я вижу его с другим. Сладкий идет с каким-то парнем и смеется над его шутками. Этот парень с большими глазами и очень похож на девочку. На самом деле ничего подозрительного нет. Они просто идут, даже не держась за руки, но Сехун слишком ярко улыбается этому парню. Он, наверно, устал от меня? Мы уже год вместе, а я ведь и ничего такого ему не сделал. Сладкий всегда угождает мне и показывает свою любовь, а я? Я не умею так. Не могу и не умею показывать ее, хоть стараюсь сильно. Разворачиваюсь и ухожу в противоположную сторону от дома. Звоню старому другу и назначаю встречу в баре. Он быстро появляется в баре, что несказанно радует меня. Изливая друг другу душу, мы просидели до самой ночи. Мой телефон не раз вибрировал, но я не обращал внимания и напивался сильнее. Разошлись мы у бара. Когда я пришел домой, Сехун еще не спал, несмотря на то что ему завтра в институт. - Тао, ты где был? – он встречает меня у порога и внимательно смотрит на меня. - Прости, просто я кое-что осознал, - говорю я и прохожу мимо него. Сехун стоит на месте, наверно, мое поведение очень задевает его. Однако ревность не дает мне покоя. Закрываю глаза и вижу их вместе. Направляюсь в спальню и, раздевшись, ложусь на кровать. Сон не идет, ведь сладкого нет рядом. Сехун не пошел за мной, он так и остался стоять в гостиной. Мне сейчас очень хочется подойти к нему, но усталость берет верх над телом. Ни один палец не хочет шевелиться, приходится закрыть глаза и надеяться на лучшее. Это утро не из приятных. Сильная головная боль и тишина в доме очень напрягают меня. Оглядываюсь и пытаюсь найти электронные часы. Время обеда уже. Я никогда не пропускал работу, думаю, один раз будет простительно. На столе записка от Сехуна. Он позаботился о моей работе несмотря на мое поведение. Немного стыдно и отвратительно. Какой же придурок. Телефонный звонок выводит меня из раздумий. Пытаюсь понять, откуда идет звук. Нахожу телефон в кармане куртки. Незнакомый номер, странно. - Алло, вы Хуан Цзытао? - смутно знакомый голос проговаривает быстрее, чем я успеваю отреагировать. - Да, а Вы? - Сонбе Вашего друга. Вчера после посиделки в баре, он попал в аварию. Сейчас его жизнь пытаются спасти в больнице. Я подумал, что Вам будет важно знать об этом, – остальное я уже не слышу, так как срываюсь и бегу одеваться. Быстро надев на себя первую попавшуюся одежду и захватив телефон, выбегаю на улицу. Быстро сажусь в свою машину и завожу мотор. Не помню, с какой скоростью я ехал, перед глазами был туман. Как так? Ведь только вчера я видел улыбку этого человека и разговаривал с ним, ведь только вчера он делился своими мечтами и надеждами, говоря, что мы еще долго будем вместе. А сейчас я вижу его в белой палате, на белых простынях... Бледный, грудная клетка не вздымается, я вопросительно смотрю на окружающих. - За десять минут до вашего приезда пациент скончался, – отдаленно слышу я. Меня накатывает истерика. С этим человеком я всегда шел по жизни, еще в детстве, когда мы первый раз пожали руки. Когда были глупы и решили попробовать свой первый поцелуй друг на друге... Когда встретились вчера и разговаривали как братья... Боже, неужели жизнь так коротка? Мою грудную клетку разрывает большая дыра. Боль передается по всем клеткам, меня рвет за территорией клиники. Мои мешки под глазами стали намного темнее, ведь стресс дает о себе знать. Сехун все так же продолжает звонить, наверно, он думает, что я снова в баре. Как же ты ошибаешься, сладкий... Поднимаюсь с холодной стены. Бетонная стена под моими руками такая холодная... Возвращаюсь домой. Снова свет горит в доме. Сехун осторожно выходит из комнаты и встревожено смотрит на меня. Я смотрю в глаза напротив, мои руки трясутся, а ноги подкашиваются, и я падаю на пол, больно ударяя колени. Сехун сразу подбегает ко мне. - Что случилось? – он поднимает мое лицо, с двух сторон обхватив ладонями. По моим щекам текут горячие и болезненные слезы. Будто это не слезы, а кровь. - Чон Гук... умер... – Сехун не раз слышал о нем, поэтому прекрасно все понял. Он крепко обнял меня, позволяя уткнуться холодным носом ему в ключицы. Сладкий гладит меня по волосам и перебирает их, тем самым успокаивая меня. Тяжесть в теле не дает пошевелиться, и я медленно засыпаю в его руках, шепча: - Сладкий мой Сехуни, не оставляй меня... – хоть и тихо, но я знаю, что он прекрасно все слышал. Сехун худой, но, несмотря на это, у него силы хоть отбавляй. Скорее всего, он понес меня к кровати, ведь именно на ней я просыпаюсь утром. Мой парень собирается в институт и натягивает джинсы. Я, все так же лежа, наблюдаю за ним. Как давно я не трогал эту аппетитную попу? Неделя, вроде больше. Работа так утомляет меня, что времени совсем не хватает. - Сехуни... Прости меня, – приговариваю я, садясь на постель. Сладкий оборачивается ко мне и подходит ближе. - Я знаю, что ты видел нас с Лухан-хеном, но это не повод напиваться. Он мой давний знакомый, если бы я хотел быть с ним, то давно был бы. Тао, я же люблю только тебя. А то, что было вчера, я просто забуду. Забуду твои слезы, ведь тебе никогда не хотелось, чтобы кто-нибудь видел таким. Я всегда буду рядом, просто люблю, просто твой. Этого вполне хватает, чтобы снова встать на ноги и смотреть с гордо поднятой головой. В тот вечер проходят похороны, где идет без остановки дождь, ухудшая положение. Однако в доме ждет он, теплый и уютный. С нежными поцелуями и теплыми объятиями, буквально стирая всю тревогу и боль, проводим мы ночь. Тогда я осознаю, как сильно нуждаюсь в нем. После этого, больше никогда не могу позволить испортить отношения между нами. С улыбкой встречающий с вкусным ужином Сехун - самое дорогое. В моих карманах, как всегда его сладости, а в руке его теплая ладонь, что сжимает мои пальцы. Конец Flashback. Чувствую мелкие поцелуи на всем лице. Сехун осторожно будит меня, каждый раз все нежнее и чувствительнее. Кажется, не только у него в сердце чувства растут в геометрической прогрессии. Открываю глаза и смотрю в глубокие янтарные глаза. В них видно мое отражение, пусть и маленькое, но такое важное для меня. Это отражение его сердца, в моих ведь глазах он так же отражается. Он в моем сердце раз и навсегда. - Доброе утро, – мурлычу ему в аккуратное ухо, прикусывая мочку. - Доброе, – сладкий ластится ко мне и сильнее прижимается. – Шоколадку хочу., – надувает губы любимый, на что я тихо смеюсь и целую их. Шоколадный мой. - Жопа слипнется, – шутя говорю я. Сехун стреляет в меня недовольным взглядом. - Поверь, не слипнется. Можешь даже проверить, – он оттопыривает свою попу и качает ею из стороны в сторону. Моя ладонь ложится сверху и сжимает одну половину. Сехун тихо стонет. – Знаешь, почему я люблю шоколад? – парень привстает и снова смотрит мне в глаза, пытаясь прочитать ответ, но я продолжаю молчать. – Потому что ты весь шоколадный. У тебя кожа смуглая, как темный шоколад, так и хочется откусить лакомый кусок, – он припадает губами к шее и не сильно покусывает её. Затем встает с кровати и направляется на кухню. Приходит с плиткой шоколада в руках. Она немного растаяла, Сехун измазался. Его губы и пальцы в шоколаде. Я беру в руки эти красивые и длинные пальцы, затем начинаю слизывать шоколад с них, немного посасывая и обхватывая губами. Вижу, как Сехуну это нравится. - А я люблю шоколад, смешанный с твоей кожей, – теперь слизываю краешек его губ, проводя языком по нижней губе и проталкиваясь вовнутрь. Во рту сладкого присутствует вкус шоколада, отчего хочется съесть его. Сехун хватает меня за затылок и сильнее прижимает к себе, зарываясь в волосы. Другая рука рисует шоколадом у меня на груди сердце. Он разрывает поцелуй и припадает к сердцу губами, целуя и проводя языком по нему. Ведет рукой вниз, проводит по моему стояку, смазывая его шоколадом. Затем слизывает эту дорогу. Медленно так и тягуче, отчего сносит крышу и хочется больше. Горячий язычок касается головки и слизывает все обилие. Сехун увлекается, доводя меня до разрядки. Мое дыхание сбивается, а из грудной клетки вырывается протяжный стон. Перед глазами плывут небольшие пятна, а тело начинает расслабляться. Приятный морской бриз, что зашел из открытого окна в комнату, заставляет пробежаться мурашки по телу. Сехун отламывает очередную растаявшую плитку и водит ею по моей шее, поднимаясь к подбородку и обильно смазав губы. Провожу по ним языком, немного слизывая шоколад, на что Сехун хмурится. - Не для тебя твои губы шоколадом обмазал, так что оставь мне немного, – припадает к моим губам и начинает мокро целовать. Поцелуй обретает вкус шоколада, чем вызывает дрожь во всем теле Сехуна. Я кладу руку на его стояк и провожу по нему пальцами. Сладкий выгибается и стонет, вновь припадая к шее. Я переворачиваюсь, и он оказывается прижатым к кровати. Переплетаю пальцы и в очередной раз замечаю, как красиво смотрятся наши пальцы, сплетенные в замок, с обручальными кольцами. Да, теперь Сехуни окончательно мой, а я его. Этого у нас не отнять. - Я полностью твой, – шепчу ему так полюбившую фразу и снова накрываю его губы своими.