Одно сердце на двоих

Рассветные лучи разбудили Баки, который с удивлением обнаружил себя не в поезде, направляющимся в Англию, и даже не у себя дома, а лежащим на полу… у Стива? Голова ныла, будто там орудовал рой дятлов, хотя выпил он вчера не так уж и много… Вроде бы… Но вот как пришел к Роджерсу, Джеймс не помнил. Зато отчетливо помнил неконтролируемую ярость и отчаянье, как только вспоминал патриотические замашки друга, не отпускавшие его даже сейчас. Барнс слегка приподнялся, оглядываясь. Первым его смутил перевернутый стул. Прищурившись, Баки перевел взгляд к окну, на фоне которого, живописно был опрокинут стол и оторван карниз. Взор быстро и ошарашено оглядывал комнату, на которую как будто был налет, пока не зацепился за белобрысую макушку, торчащую из кучки штор. - Стиви?- сипло спрашивает Бак, замечая, как паршиво звучит его голос,- Кхм, Стив,- прочистив горло, более уверенно позвал он, подползая к свертку,- Ты что, одеяло ночью не на…- не успел договорить Барнс, разворачивая к себе полуживого Роджерса,- Матерь Божья…- выдохнул он, рассматривая кровавые подтеки на лице друга,- Стиви?- тихо позвал Джеймс, проверяя состояние блондина, чтобы можно было переложить его, если тот без сознания. В ответ Роджерс сдавленно промычал, поднимая на Баки воспаленные глаза, и тут же ощутимо дернулся. Прикрыв глаза, Стив медленно отвернулся, стараясь не встречаться взглядом с Джеймсом. И тут до Барнса дошло жестокое осознание того, кто это сделал. Баки принялся быстро, но аккуратно, распутывать шторы, не смотря на вялое сопротивление. Когда выбившийся из сил Стив был, наконец, вывернут из комка, Джеймс, тяжело дыша, принялся рассматривать нагое тело блондина, покрытое уже подсохшими пятнами крови и наливающимися синяками. - Стиви,- чуть не плача позвал Барнс, дотронувшись до ледяной кожи Роджерса – все-таки тот замерз. Но в ответ блондин лишь немного хрипя вздохнул, дрожа от холода, и вновь отвернулся, по-прежнему не в силах смотреть на Баки. Джеймс сжал зубы и со всей силы развернул Стива обратно, прижимая его к полу, выдавливая из парня остатки самообладания вместе с воздухом. - Скажи!- истерично крикнул Баки,- Скажи, хоть что-нибудь! - Отстань,- хрипло и почти бесшумно отозвался Стив,- Просто… Уйди…- слова давались слишком тяжело, особенно просьба уйти, но Роджерсу необходимо было прийти в себя, и компания Барнса ему в этом слабо помогала. Баки невольно вздрогнул, но, немного помедлив, поднял Стива на кровать и послушно пошел к выходу, бросая обеспокоенные взгляды в сторону блондина и собирая по пути форму. Выйдя из дома, Джеймс сел на крыльцо. Руки лихорадочно тряслись, как и сам Баки, покачивающийся взад-вперед. Он пытался хоть как-нибудь успокоиться, складывая по-разному руки, потирая ими лицо, подбородок, кусая губы, но становилось только хуже. Ком, вставший в горле, грозил вот-вот вырваться вместе с диким воем, а несдерживаемые слезы уже текли по щекам. Баки терзался двойственным желанием: плюнуть на все, вернуться обратно, помочь, молить Стива о прощении, или уйти… Как хочет… Как просит Стив… Джеймс уже не знал, что испытывает к нему его лучший друг. Достав из кармана сигареты, Баки судорожно прикурил, как будто нуждался в заполняющей легкие отраве, как в воздухе. Он давно не курил… Стив попросил… Барнс сжал пачку сигарет, надеясь выместить на ней всю ярость к себе, но это тоже не помогло. Баки остервенело выкинул сигарету, вслед за ней пачку, и ушел.