Дефект тоже счастье

Как люди представляют себе хорошее начало дня? Сперва это как лучи солнца начинают пробираться через окно и нежно щекочут глаза, ты просыпаешься от утреннего пения птиц на улице и с хорошим настроением встаешь с постели. На самом деле это все полная чушь и простые сказки, поскольку настоящие утро нисколечки на это не похоже. Начнем с того, что солнечные лучи, когда лезут в твои глаза — это совсем неприятно, и ты, в надежде от них спрятаться, только больше закутываешься в одеяло. Но не тут-то было — стоит тебе уснуть, как тебя будит далеко не пение птичек, а режущий уши будильник чёрт знает, откуда взявшийся. А когда ты пытаешься до него дотянуться, то падаешь на пол, и не просто на пол, а на и так больную ногу и рёбра. В общем, утро у меня не задалось. И вот я сижу на полу и потираю свои больные конечности, вспоминаю всё то, что произошло. В голову первыми приходят слова сенпая. Я до сих пор не могу поверить, что мои чувства не безответны. На душе становиться так тепло и приятно. Эти чувства так непривычны для меня, что я позволяю себе улыбнуться. — Ши-ши-ши, что это ты делаешь? — голос сенпая, как гром среди ясного неба. От него я слегка вздрагиваю. — Ничего, сенпай, не пугайте меня так, — мне помогают подняться с пола. — Где вы были? — Я договаривался с администрацией, чтобы нас сняли с соревнований. — Но почему, сенпай? — Ну, а ты как думаешь, глупая лягушка? Ты ещё сильно ранен. — Со мной всё в порядке, и похуже бывало! — Я не слепой, Фран. Я видел, в каком состоянии ты был! Я ни за что не позволю моей омеге участвовать! — от его слов стало так приятно, сенпай переживает за меня. И я уткнулся в его грудь, слегка приобнимая. — Ты чего, лягушонок? — Ничего, сенпай, — поднимаю голову и смотрю на его лицо. — Просто я счастлив слышать, что вы обо мне беспокоитесь, — я улыбаюсь искренней улыбкой. — Ну, конечно же, глупый. Значит, ты согласен уехать? — сенпай целует меня в лоб. — Угуу. С сенпам бесполезно спорить, поэтому пришлось согласиться. Когда мы прощались со всеми, Скуало сообщил, что в скором времени весь отряд Варии вернётся в особняк, возможно, даже завтра. Юки рыдала, но пообещала, что приедет к нам повидаться. И вот мы вернулись в наш особняк Варии. Сенпай сразу сообщил, чтобы я собирал свои вещички и переезжал к нему. Ну, я и не возражал, в принципе. Весь день мы валяли дурака, я ни на минуту не упускал возможности поприкалываться над сенпаем. Я думал, поскольку мы вроде как стали с Бел-сенпаем парочкой, то в наших отношениях должно всё кардинально измениться. Но всё осталось почти по-прежнему, изменилось лишь количество кидаемых стилетов и довольно частые приставания. Но вскоре я стал замечать, что голова начинает кружиться и… То ли мне кажется, то ли действительно как-то жарко здесь стало? Поскольку пока что я чувствовал себя более-менее нормально, я не обращал на это особого внимания. — Лягушонок, с тобой всё в порядке? — сенпай сел около меня и начал внимательно изучать. — Ммм, да, — я сжался под взглядом принца, ощущая что-то странное. Его запах усилился, дышать стало трудно, перед глазами поплыло, а внизу живота разлилось приятное тепло. Я отвернулся, стараясь больше не смотреть сенпаю в глаза. — Ши-ши-ши, а ну-ка проверим, — сенпай взял меня за подбородок, повернув мое лицо к себе, приложил свои холодные губы к моему лбу. — А врать нехорошо. Я и понять не успел, как меня уже несли на руках. — Сенпаай, что вы творите? — от его прикосновений сердце грозилось выпрыгнуть из груди. — Ши-ши-ши, я несу тебя в комнату, а то вдруг ты заболел? — у сенпая такой бархатистый голос, да и сам он очень красивый. Его тонкая шея и выступающие из-под джемпера ключицы… Внизу живота всё горит. Я догадываюсь, что это может быть течка, но она пришла слишком рано, и мне трудно себя контролировать. Сенпай аккуратно положил меня на кровать и быстро поднялся, чтобы уйти, сжав кулаки, будто сдерживаясь. Но я его остановил, крепко обняв и повалив обратно. Нависнув сверху, я прильнул к нему страстным поцелуем. Поскольку я не умею целоваться, вышло не очень, но я старался как мог. — Лягушонок, стой, — сенпай отстранился, его голос казался странно хриплым. — Нам нельзя, ты ещё ранен. — Всё в порядке, сенпай. Я… Я хочу вас, — поняв, что я только что сказал, я покраснел и попытался отвернуться, но сенпай с рыком опрокинул меня на кровать и сам навис сверху. — Ши-ши-ши, ты сам напросился, — с этими словами сенпай прильнул к моим губам. Принц-потрошитель нежно провел языком по моей нижней губе. Я тут же приоткрыл рот, и сенпай углубил поцелуй. Я просто плавился от его жаркого дыхания на своих губах. Я обнял его за шею, запутавшись в золотистых волосах и еще сильнее притягивая к себе. Его рука поглаживала мое бедро, а вторая уже пробралась под ткань ночной рубашки, лаская соски, горячие губы сенпая ловили мои томные вздохи. Возбуждение уже казалось невыносимым. Я непроизвольно приподнял бедра и заерзал под сенпаем, призывая его к более активным действиям. Тот лишь лукаво улыбнулся, задирая мою рубашку. Так ненужное сейчас нижнее белье отлетело куда-то в сторону, а сенпай наклонился и начал осторожно массировать сочащееся смазкой колечко мышц. Я охнул, подаваясь вперед, и взглянул на сенпая затуманенными от желания глазами. Черт, почему он еще одет? Трясущимися руками я попытался стянуть с него джемпер, но у меня долго ничего не выходило, и я вымученно всхлипнул. Сенпай лишь усмехнулся и одним движением сбросил с себя предмет одежды. На секунду его челка поднялась вверх, и я увидел его плотоядный взгляд, он будто пожирал меня глазами. Я не успел опомниться, как Принц-потрошитель ввел в меня сначала один палец и задвигал им внутри, поглаживая стенки ануса. — Аах… — щеки залило красными, когда до меня дошло, что это именно я издал такой пошлый звук. Я попытался зажать себе рот рукой, но сенпай не дал мне этого сделать. — Ши-ши-ши, не сдерживайся, лягушонок, у тебя очень красивый голос, — принц и сам был уже на пределе, но старался, чтобы мой первый раз был как можно менее болезненным. — Ссенпай… пожалуйста… — простонал я, уже сам насаживаясь на пальцы, двигающиеся во мне. Хотелось большего, хотелось ощутить принца внутри себя. Бел-сенпай с рыком вошел в растянутую дырочку. Я обнял его ногами за талию, стараясь быть как можно ближе друг к другу. Я протяжно застонал от первого толчка и впился руками в плечи сенпая. — Быстрее… прошу, — это для него стало последней каплей, и сенпай начал вдалбливаться в меня, уже не сдерживаясь, с остервенением сжимая мои бедра. Его рука опустилась на мой член, я выгнулся от наслаждения, подмахимая в такт его толчками. Мои стоны, наверное, были слышны по всему особняку. Хорошо, что кроме нас сейчас в Варии никого нет. Чувствуя близкую разрядку, сенпай принялся мне надрачивать, и через минуту я со всхлипом излился в его руку, непроизвольно сжимая Бела внутри. Он с рыком впился зубами в мое плечо, оставляя метку и кончая внутрь меня. Находясь на грани между сном и реальностью, я ощущал приятное тепло и наполненность внизу живота, оно было таким успокаивающим, что я провалился в царство Морфея. Очередное утро, которое должно было принести мне лишь плохое настроение, оказалось довольно приятным и, разумеется, это не из-за спящего рядом принца, у которого чёлка набок, открывая вид на прикрытые глаза, не вовсе не из-за него, совершенно. Да кого я пытаюсь обмануть, конечно, я рад, что потрошитесь рядом, и то, что произошло ночью, был не сон. — Сенпай, вы такой милый, когда спите, — целую его в щёку. Ну, сенпаю как истинному принцу положено спать до обеда, так что я его не добужусь, поэтому следует принять душ. По окончанию водных процедур принц всё ещё дрых в постели, и я решил приготовить завтрак. Омлет получился довольно привлекательный на вид. Только я собирался идти относить завтрак, как входную дверь резко открыли с оглушающим воплем, и та впечатались в стену. — Вроооооой, мы вернулись! — в помещение вошёл сами знаете кто. — Боженьки, Франи, а это ты кому понёс завтрак? — Луссурия показал на поднос, который я держал в руках. — Ниикомууу, — я показал язык и побежал в комнату Сенпая, точнее в нашу. — Бел-сенпай, вставайте, а то всё на свете проспите! — я опустил поднос на кровать. – Ну, сенпай, просыпайтесь! — начинаю поглаживать его щёку. — Мммм, — он начал просыпаться, я слегка улыбнулся от увиденного. — Всё, сенпай, хватит дрыхнуть, Скуало и остальные приехали, — начинаю щекотать что есть мочи. — Ахахаха, лягушонок, прекрати, я уже встаю. — Я омлет приготовил, — указываю на поднос с едой. — Ши-ши-ши, какая у меня заботливая лягушка, — он пододвинул к себе поднос и начал уплетать содержимое тарелки. — Он такой же превосходный, как и ты прошлой ночью, — от его слов я непроизвольно покрылся румянцем. — Ши-ши-ши, ты мой милый лягушонок, — меня притянули к себе и поцеловали так нежно, что я был готов превратится в лужицу. Шли дни, недели, мы с сенпаем довольно сильно сблизились. Я и мечтать о таком не мог, вот вроде совсем недавно думал, что мне у никогда не удастся обрести своё счастье, что мы никогда не будем вместе, но, наверное, чёрная полоса прошла. — Врооой, Фран, как ты можешь это есть? — Ммм, а что такого? Вкусно ведь, — я внимательно посмотрел на свой бутерброд из колбасы, майонеза, морковки и яблока. — Хотите? — Нет, я откажусь, — он решил не смотреть на моё поедание сего продукта. Ну да, я стал частенько есть весьма несочетаемую пищу, но она казалась мне вкусной. Ну и ещё я не высыпался, сон просто ни в какую не шёл, да ещё и тошнило постоянно. Нет правда, меня так часто тошнило, что я мне уже казалось, что я отравился каким-нибудь очередным бутербродиком. -Франушка, можно тебя на минуточку? — в коридоре меня остановил Луссурия. — Да, а что случилось? — Я тут заметил, что тебя часто тошнит, а поскольку я врач, то должен тебя обследовать, вдруг что-то серьёзное? — Ммм, ну хорошо, я согласен — Лус-сенпай повёл меня в медкабинет. — Ну, что? — Пока я не могу ничего сказать, твои симптомы весьма… странные для твоего возраста, но я бы сказал, что беременный, но я не уверен. Может быть, это отравление, если хочешь, можем удостоверится и сделать тест. Его слова повергли меня в шок. Он наверное шутит, хотя, если подумать, симптомы похожи… Нет, это просто невозможно. — Нет, Лус-сан, не нужно, я просто отравился. — Я попытался успокоиться и спокойно ответить, не выдавая своё волнение. — Ну хорошо, заставлять тебя я не буду и, разумеется, говорить другим об этом тоже, но на всякий случай если ты передумаешь я дам тебе тест, — мне протянули коробочку. — Спасибо, Лус-сан, — я взял коробу и удалился из медкабинета. Всё оставшееся время я старался не думать о предположении Луссурии и убедил себя в том, что тот ошибся. Если я и вправду окажусь беременным, как на это отреагирует сенпай? Мы ведь только-только сблизились, да и мне всего шестнадцать, а вдруг он не захочет так рано иметь детей? Я поскорее отогнал плохие мысли из головы и направился на кухню. Проходя мимо гостиной, я услышал голоса Скуало и Сенпая. — Вроооой, этот чёртов босс уже в конец охренел. — Ши-ши-ши, что в этот раз? — Наследников ему видите ли захотелось, представляешь?! Сегодня заявился, говорит, что мы уже долго вместе, и он хочет сына и что это не обсуждается, а меня спросить, так хренушки! — Ши-ши-ши, попал ты у нас, капитан, — принц начал смеяться. — Ну, я. в принципе, и не против, просто бесит это его отношение, — акула устало вздохнул. — Это же наш босс, он по-другому не может. — Ха, а ты сам-то когда себе ребёнка заведёшь или всё так и будешь ходить один, пока не приспичит? — Эй, не сравнивай меня с собой! Я ещё молод, мне дети ни к чему — было видно, как напрягся потрошитель. От его слов стало так больно. — А если один из твоих бывших пассий залетит, что делать будешь? — Конечно аборт, а как иначе? Они просто подстилки на некоторое время, не больше, да и в прошлом это всё — я знал, что у Сенпая были и до меня много омег и бет, помню, как от этого сильно страдал, от бессилия что-либо исправить. Но не этот факт заставил меня оцепенеть от страха и вспомнить чувства, что я уже и не думал, что те вернуться. Аборт — даже слово само по себе вызывало отвращение. Я однажды задумывался о тех, кто забеременел и сделал аборт. Мне казалось и кажется это неправильным, если ребёнок от нелюбимого человека, пусть живёт, можно отдать, но не убивать. Вы не должны лишать жизни того, кто ещё даже не родился. Вот сейчас это слово, как паразит, застряло в моей голове и не собиралось покидать меня ни на минуту. А особенно меня огорчало то, кто сказал его. Мысли просто прогрызали во мне брешь. Я думал, что сенпай меня бросит. Что я такая же игрушка, кем были и другие его любовники. А если я окажусь беременным от него, он и вовсе возненавидит меня и заставить убить его ребёнка. От этого кружилась и болела голова. Ноги подкашивались. Я кое-как добрался до ванной и достал тест. Что бы тот показал результат, нужно было подождать. И я сидел на холодной плитке, утонув в своих размышлениях. С одной стороны я был бы счастлив иметь ребёнка от Сенпая, но в то же время не хотел, ведь он был бы ему не нужен, а убить ещё не родившегося ребёнка я не мог, как и отдать. И мне бы пришлось бросить всё, бросить Сенпая и сбежать вместе с малышом. Казалось, что мне всё это просто снится в очередном кошмаре, что время просто замерло. Но жестокая реальность вернула меня с небес на землю. Тест показал две полоски, и, не сумев удержать себя в руках, я зарыдал. Слёзы текли не переставая. Как бы я не старался перестать плакать. Сколько бы ни вытирал лицо, я не мог остановить их.