Проект Мэйнхеттен

Очередное утро Омега проводила за столом, вглядываясь в разложенные на нем фотографии. Они были весьма маленькой зацепкой за те тайны, которые ей приходилось разгадывать, но были самой явной подсказкой. Пегас провела взглядом по ряду фотографий, всматриваясь в каждую улыбающуюся мордашку. Немного позже взор остановился на первую прореху в их стройном ряде. Четвертая фотография отсутствовала с самого начала, как эти листки бумаги попали в копыта Омеги, оставляя догадываться, существовала ли она вообще или же кто решил, что Омеге незачем знать о ее владельце. Что, если именно он является причиной всех убийств, заранее позаботившемся о своей анонимности? Но была и другая подсказка, которая совершенно в другом свете представляла пропажу фотографии. После каждого убийства фотографии пропадали. По вине магии или же кто-то крайне хорошо был осведомлен о их жизни и позволял наблюдать за прогрессом своей работы? Кто знает мог ли быть владелец четвёртой фотографии не убийцей, а первой жертвой? Слишком много путаницы даже по меркам ее безумной жизни, начавшейся заново несколько дней назад. Копыто пони коснулось фотографии Деменса. — Или все же ты у нас организатор «вечеринки»? — Копыто медленно соскользнуло сначала с фотографии, а секундами позже и со стола. — Просто безумие… Вновь и вновь возвращаться мыслями к прошлому было больно и неприятно. Было очевидно, какая бы правда не стояла за этими загадками – она не была приятной. Омега тряхнула головой и вылезла из-за стола, вытянув успевшие слегка затечь крылья. Она зашагала в сторону кухни, дабы наконец, навестить с утра холодильник. На полках было не так уж много еды, но яблочный сок и пара морковок вполне подходили на роль завтрака. Вместо стола на кухне, пегас предпочла вернуться в комнату, со смешенными чувствами возвращая внимание к фотографиям. — Ну вот… заедаю стресс, — Омега позволила себе слабую улыбку и откусила кончик морковки, возвращаясь за стол. Деменс был для пегаса главным подозреваемым. Гланс имел алиби, так как был во время убийств с полицией. Было тревожным, что оба пони, к которым направил Деменс Омегу были мертвы. Сейчас было слишком наивно считать такие детали совпадением. — «И все же, это странный способ „умыть копыта“. Да и в конце концов, я так и не была поймана вместо него…» — Ужасающие воспоминания безумной гонки с ветром и предшествующей ей сцены, все же были весьма ярким доказательством, что не поймали ее исключительно благодаря голой удаче. Омега неспешно выглянула в окно, давая себе отдохнуть от гнетущих мыслей. Стоило сделать перерыв и хотя бы на пару часов не думать о проблемах, но у нее не получалось выкинуть их из головы хотя бы на пару минут. Из окна было видно навес кафетерия, в котором однажды встретилась с серым пони и начала все сильнее запутываться в клубке загадок. Эл — «Мистер Пунктуальность», на этот раз отсутствовал. Подсказки, что он как-то связан с этими смертями были тоньше паутин, но их было слишком много, что бы оставаться незамеченными. Он был первым, с кем Омега повстречалась и знал ли он о ней? О ее амнезии? Мог ли он быть тем, кто дал ей фотографии? После их короткого разговора пони не могла отделаться от мысли, что он знал больше, чем рассказал. Да и сказанное им ей ни чем не помогло. Пегас запуталась в своих теориях. Каждая из них по своему могла быть правдой и в то же время имела противоречия. — Записка! — В квартире Нотаба, в которой случилось последнее убийство она успела заполучить клочок бумаги, на котором, помимо практически не читаемой записки были приписаны три имени и адреса, без сомнения, принадлежащих кому-то из запечатленных на фотографиях. Первым было Леид. Следом было уже знакомое — Деменс. Последнее имя и адрес были также смазаны как и большинство текста, не пережившего ужасного обращения с бумагой... О визите к Деменсу не могло быть и речи, особенно если одна из ужасных теорий против него были хотя бы от части правдой. — Ну что же Лейд. Надеюсь хоть с тобой я смогу встретиться — Пегас направилась за своей сумкой, убирая в нее и записку. Только Омеге начинало казаться, что она достаточно изучила город как с земли, так и с воздуха, как ей вновь приходилось оказываться в кварталах огромного мегаполиса, которые несмотря на свою одинаковость были совершенно не располагающие к самостоятельным поискам. На улицах все чаще стали появляться пони в полицейской форме. Несмотря на опасения и нервозность, пегас, все же старалась не обходить их, зная что лишь привлечет больше внимания. Домик где жила Лейд, был на окраине города, недалеко от выхода к морю, на которое, без сомнения из половины домов открывался прекраснейший вид. Омега несколько раз постучала в дверь и услышала легкий цокот копыт за ней. Это уже было достаточно воодушевляюще, учитывая ее прошлые попытки с кем-то встретиться. Наверняка, хозяйка должна была быть такой же яркой и лучезарной, как рассвет, который видно по утрам из ее жилища. В ожидании Омега невольно стала подбирать, какая же из фотографий могла бы соответствовать такому образу, но дверь открыла единорог, с белой шерсткой и тускло розовой гривой. Уставшие, голубые глаза из под прически «горшка» неспешно направились в сторону гостьи. — О, это ты? — уставшим, тихим голосом спросила Лейд, через секундную заминку все же приглашая гостью внутрь. — Проходи. Я читала, что в особняке что-то произошло, может ты сможешь рассказать. Омега была удивлена таким теплым приемом после пережитых событий. И Гланс, и Деменс были не в самом лучшем душевном состоянии при их встрече, но похоже Лейд была в неведенье о опасностях, которые показали себя их компании. Единорог провела Омегу на кухню и заварила кофе на двоих. Во время этого процесса обе молчали. Одна из-за того, что не знала с чего начать; вторая же, возможно будучи скромной и не слишком эмоциональной в соответствии со своим окрасом. Когда хозяйка села за стол и поставила на стол две чашки горячего напитка, Лейд с добродушной улыбкой кивнула гостье на кружку, достаточно сильно показывая свою заинтересованность взглядом, что бы Омега начала разговор: — Мы так и не представились. Я — Омега. — Меня зовут Лейд. Очень приятно. Я так понимаю ты уже виделась с кем-то из собравшихся в особняке, раз нашла где я живу. Расскажешь мне, как закончилась встреча? — перехватила инициативу единорог. — Ни чем хорошим, насколько я знаю. Что бы с нами не случилось, у меня бывают провалы в памяти и я не помню большую часть происшествия. Собственно, это одна из причин по которой я тут. В городе происходят ужасные вещи и я слишком часто оказываюсь недалеко от них, что бы не быть уверенной, что они связаны с нами. Тебе известно, что-то про Sonar Industries? Или про остальных? — Увы, но после того спора, я не с кем не общалась, предпочитаю обставиться дома. Ну, и как мы тогда все выяснили, у нас у всех в памяти осталось не так много о прошлой жизни, так что я вряд ли смогу помочь тебе. Омега откинулась в стуле и закрыла глаза. Единственной мыслью было: «Это тупик». Больше негде и некого было искать. Пегас наклонилась над чашкой кофе и сделав глоток добавила: — Спасибо… — Кстати. Я когда уходила из особняка, по пути домой встретила еще одного пони. Он тоже торопился в особняк, наверное был как раз тем опоздавшим, которого мы не дождались. Я тогда была не в настроении много говорить, но мы все же обменялись адресами. — Лейд удалилась из комнаты, а Омега с трепетным ожиданиям проследила за той взглядом. Удары ее сердца участились, ожидая наконец, получить хоть что-то, по чему она могла двигаться вперед в своем расследовании. Немного времени спустя, единорог вернулась с небольшим клочком бумаги. — Я забыла как его зовут. Писала быстро, разобрать не выходит. Но вот адрес — Лейд вновь села на свой стул, магией протягивая листок Омеге. — Спасибо! Я тебе очень, очень благодарна. Ты меня… — Омега заметила, что Лейд несколько отрешенно глядит на свою чашку, будто собираясь заснуть за столом, отвлекшись на что то пегасу неизвестное, и осеклась. — выручаешь… Пегас тихо вышла из дома и закрыла за собой дверь. Удивленная странным поведением Лейд, Омега направилась по новому адресу. Путь предстоял долгий — почти в другой конец города. Но Омега чувствовала, что наконец может продвинуться в разгадке этой путаницы. Эту мысль омрачало лишь запоздалое чувство вины, что она оставила единорога в таком состоянии. Возможно и ее не обошли стороной побочные эффекты их забвения. Близилась ночь, улицы пустели. Омега медленно плыла, в становившихся все более холодными потоках воздуха наблюдая за тем, как меняется окружение. Все чаще ее взгляду попадались пустые улицы, а тишина была пугающей. На этот раз нужный дом нашелся куда быстрее, плоды нескольких прогулок и просмотренных карт дали о себе знать. За входной дверью был небольшой коридор заканчивающийся лестницей. Парадная очень сильно походила на такую же как и в ее собственном доме. Пройдя один пролет Омега остановилась перед преградившей ей путь стеной. Единственная дверь была ей до боли знакома, она не могла вести не куда, кроме как в ее собственную квартиру. Пегасу нужно было войти в нее, но она не решалась, медленно тянясь копытом к ручке и в конце концов неуверенно постучав, вместо того, что бы открыть ее. Двери открыл земной пони. На фоне его черной шерстки, темно-карие глаза практически сливались. И лишь белая грива средней длины, создавала контраст. — О, добрый день, ты Омега, верно? Прошу проходи, – Пони неуверенно обернулась, позади нее была еще одна дверь, одна из многих тянущихся по обе стороны коридора заканчивавшегося двухстворчатой дверью на лестницу. — Все в порядке? Омега неловко улыбнулась и кивнула делая неуверенный шаг за через порог. — Меня зовут Литс. Деменс рассказывал о вас! — Это имя вывело Омегу из оцепенения холодящими мурашками на шерстке. Она не была готова откинуть не одну из своих, пусть и казавшихся безумными, теорий. Омега замялась у входа, замедлив и без того не слишком решительный шаг. — Проходите, не стесняйтесь. — И… что именно рассказывал? — Омега неуверенно проследовала за Литсом. — Он рассказывал, что вы очень заинтересованы в сложившейся ситуации и в отличии от остальных проявили смелость, начав самостоятельное расследование. Я тоже думаю, что нам необходимо разобраться в случившемся. Это безрассудство, сделать вид, будто до этого у нас и жизни не было. — пони показал в сторону гостиной, где всюду были разбросаны газеты и журналы, а на столе лежали вырезки некоторых статей. — Мне даже удалось кое что найти, правда пока я не знаю, насколько это важно. Омега окинула взглядом, труды «домашнего» расследования, здесь действительно было много записей, пони даже заметила те, что касались совсем недавних убийств. — А на счет особняка? Вы нашли что-то о том, что там произошло? И связанно ли оно с убийствами? — Незадолго до встречи в особняке, произошло еще одно убийство. Это был детектив Роберт. Должен сказать, что этот инцидент сбивал меня с толку, да и до сих пор сбивает. Я так и не нашел ничего, что связало бы его с нашими… Ни дела, ни личная жизнь, никак не были связаны. — А с компанией Sonar Industries? – Омега до сих пор считала, что их судьба связана с корпорацией и если детектив умер из-за похожей связи, это бы расставило точки во многих догадках. — С Sonar? А при чем она? У Омеги не было никакого ответа для Литса, так и она сама строила свои догадки больше на предчувствии, но пони избавив ее от необходимости придумывать объяснения, сделав это за нее: — Многие считали, что были работниками лабораторий или что-то такое. Да, я пытался понять, где они могли работать, в том числе и там. У них довольно странная, я бы даже сказал очень скрытная политика, так что если они работали там, то должны были работать очень давно, не думаю, что сейчас к ним вообще можно устроиться. В остальном — они очень ценят научную работу, но имеют не так уж много средств. Не думаю, что в корпорации решили бы прибегнуть к таким радикальным мерам, — Литс начал рыться в стопках газетных листов, дабы подтвердить свои слова соответствующими статьями и записями. — Кто-то говорил, что возможно это из-за конкурентов, но у компании, которая занимается незнамо чем, таких не сильно то и много. Лично я начинаю все больше думать, что заговоры тут не при чем. Если мы все работали вместе, то скорее всего кто-то просто решил присвоить работу или выгоду от нее себе. — Если так, то зачем ты тогда впускаешь возможного виновника? — Мне удалось увидеть последствия… — Литс замялся. Явно не сильно желая продолжать говорить. — ...неудачной встречи Нотаба. Поверь тебе лучше никогда не видеть, что с ним сотворили, самое чудовищное применение телекинезу, какое только можно придумать. К тому же, — Литс добродушно улыбнулся. — не думаю, что хладнокровного убийцу можно остановить просто не открыв ему на стук . — Тут ты прав. Значит, ты можешь прикинуть, кто мог бы быть виноват. Ты говорил, что общался с Деменсом, он ведь единорог, так? Омега вновь аккуратно подсовывала Литсу очередную свою теорию, хоть пони явно проделал свою работу лучше Омеги и ушел дальше простых предположений. — О Деменсе у меня сложилось двойственное мнение. Он приветлив и добродушен. С другой стороны мне показался несколько скользким типом. Он говорил, что собирается все тут бросить и уехать. Если он так поступает, значит и бороться ему не за что. А может быть он хочет, лишь чтобы мы так думали. — А что насчет писем. Вам ведь тоже оно приходило, вместе с фотографиями. — Да, они тоже весьма любопытны. Литс вновь начал рыться в разбросанных по столу бумагах, но Омеге удалось прервать его поток размышлений в слух и увести в более конкретную тему: — У вас была фотография с четвертым ученым? — Четвертым... Нет, и я так понимаю у вас ее тоже нет? Признаю, что с предназначением фотографий тот, кто их отправил вряд ли сделал это только для того, что бы нам было проще друг друга узнать. В конце концов, он мог сам прийти и все нам рассказать, — Литс оглянулся на лежащие по всей комнате газеты и журналы. Его голос стал более сосредоточенным и тяжелым — В прочем, в любом случае, я собирался перейти от слов к делу. И теперь похоже, что чем раньше — тем лучше, — Литс сделал паузу оценивающе глядя на гостью, но после все же вновь заговорил. — Думаю, нам лучше начать держаться вместе, так ведь? Вот что, давай встретимся завтра? У меня есть что-то вроде плана и я думаю самое время им воспользоваться. Мы могли бы встретиться в кафетерии «Старый Мэйнхеттен», что возле вашего дома. В обед. Согласна? — Замечательно. Возможно, я тоже, что-то найду. После недолгих прощаний, Омега отправилась домой. Хотя убийца и мог знать где она живет, пока что ее квартира была достаточно безопасным убежищем и, что более существенно, единственным. На улице уже стояла ночь, но прохожих стало еще больше чем вечером. Ночная жизнь большого города была не на много менее активна и насыщена как днем. Увеличилось и число полицейских расхаживающих по тротуарам и заглядывающих в тёмные подворотни и дворы. Заглядевшись на одного из них Омега врезалась в единорога с бурой шерстью. Тот явно спешил в противоположную пегасу сторону: — Смотрите, куда идете! Но Омега не успела извиниться, как тот быстро развернулся и продолжил свой путь. Казалось, что жизнь стает с каждым днем все более серой и мрачной не только у пегаса, но и у остальных жителей. Словно, все ее переживания и тревоги разрастались и выливались на окружающих ее пони. Уставшая и измождённая Омега поднялась к своей квартире и открыла дверь. В ее жилище стоял погром. Казалось в этих небольших комнатах не было не одной вещи оставшейся на своих местах. Возле порога лежало небольшое письмо. Омега подняла его трясущимися копытами. Записка была написана ровным почерком на белом, сложенным вдвое, листке бумаги: «Я несомненно рад твоему стремлению докопаться до правды, но не знаю понравиться ли она тебе. Ты должна остановиться, если хочешь остановить новые смерти. Надеюсь ты сделаешь правильный выбор».