Привет из прошлого

Похмелье – зло. Открыть глаза – одна из самых сложных задач, но еще труднее шевелить телом. Я кое-как приняла позу сидя, схватилась руками о голову. Вспомнить вчерашний день... Так, вечеринка. Вечеринка в доме у Саске. Киба и Шино!!! Потом большой бар в доме Саске. Танцы. Поцелуи с Итачи. На последних мыслях я резко открыла глаза. О Господи, я чуть не переспала с директором школы! Или переспала. Да нет, я бы запомнила. Что ж я натворила!!!? Встав с кровати, я подошла к зеркалу. - О Боже... – голос как у заправского алкаша. Я умылась холодной водой. И все время думала об инциденте ночью. Как теперь вести себя с ним. Извиниться? Или лучше сделать вид, что ничего не было? Точно! Я не думаю, что ему тоже хочется вспоминать. Я вышла из комнаты, спустилась вниз и прошла на кухню. Там никого не было, но на столе стоял завтрак. Я аккуратно села на стул и приступила к трапезе. На кухню зашел Итачи, не замечая меня, так как читал какую-то газету. - Доброе утро, - голос стал получше, но не идеальным. Итачи немного вздрогнул, убрал газету и повернулся ко мне. На его лице была паника: - Доброе, - он пытался говорить как можно спокойнее. Мы смотрели друг на друга. Я не выдержала: - Извините меня за вчерашнее. Он нервно взглотнул. А я вспомнила, что хотела делать вид, что ничего не было, и проговорила: - Извините меня за то, что так напилась. Я обычно так не напиваюсь, честно. Это как-то само собой получилось. Надеюсь, я не доставила вам проблем, потому что я ничего не помню, - уж оправдываться я умела. - Да нет, все нормально, - Итачи отвернулся и стал наливать кофе. – Ничего не болит? - У меня похмелье, конечно голова болит, - на минуту я забылась, с кем говорю, - ой, простите. В смысле все нормально, - и я, как только могла быстро, направилась в комнату. - Я – кретин! Это ж надо было сказать! – бурчала себе под нос я. Я легла на кровать и закрыла глаза. Тут в дверь постучались и вошли. Я резко открыла глаза. Итачи стоял в проходе. - Можно? - Конечно... – немного растеряно ответила я. Он подошел к тумбочке у кровати и положил таблетки и стакан с водой. - Ты первая моя ученица, которой я приношу таблетки от похмелья. Я заулыбалась. Итачи тоже. - Извините, этого больше не повторится, - сказала я, глядя на него. - Ничего, со всеми бывает, - сказал он и вышел из комнаты. Я взяла таблетки и выпила их. И легла полежать, чтобы быстрее прийти в себя. Мысли о том, что произошло вчера вечером, не покидали мою голову. Как такое вообще могло произойти? Когда-нибудь это всплывет однозначно. И где гарантии, что после следующей моей пьянки дело не зайдет еще дальше? Но, помимо мыслей об Итачи, еще меня волновала ситуация с интернатом. С чего это бабуля решила Великое Переселение? Может, какие-нибудь проблемы? Надо обязательно позвонить ей или съездить. Я встала с кровати и прошла в душ. Надеюсь, холодная вода остудит мою голову. После душа я принялась сушить волосы, но телефонный звонок прервал меня. Сначала я не поняла, откуда он доносился, но потом обнаружила телефон на полу около моей кровати. Тут же вспомнила, что Итачи в машине дал мне его. Я подняла телефон с пола и посмотрела на экран. «Саске». - Алло. - Уже проснулась? – Голос у него был еще хуже, чем мой с утра. - Давно уже. Ты откуда этот номер узнал? - Эээ... вообще-то, ты вчера сама сказала... - А я откуда узнала? – Удивленно спросила я. - Посмотрела в телефоне. Мидори, соберись. Он записан у тебя в телефонной книжке, как и мой номер, и номер братишки. - Я же просила, не называй его так при мне! – После случившегося это звучало еще хуже. - Ладно, я чего звоню-то, в общем, сегодня у нас сбор у меня дома и... – я не дала ему договорить. - Нет-нет-нет, я пас, мне вчерашнего хватило, до сих пор перед Итачи-саном стыдно... - Ууу, и что же у вас вчера случилось? - Вообще-то, он директор школы, в которой я учусь. А он вчера меня на руках, пьянющую, нес до комнаты. - Не бойся, он на мне натренировался, - усмехнулся Саске. - Короче, сегодня я дома отдыхаю. - Ну, хорошо, тогда до завтра. - Пока. Я повесила трубку и продолжила сушить волосы. После я спустилась вниз. На кухне никого не было, поэтому я села за стол и решилась позвонить Цунаде-сама. Я набрала знакомый номер. Гудки шли, но трубку никто не брал. Я сбросила и снова набрала номер. Опять тоже самое: гудки идут, но трубку не берут. Я разволновалась. Пробовала еще и еще, но никто не отвечал. Я начинала злиться. В это время на кухню зашел Итачи. - Что-то случилось? – Спросил он, садясь напротив меня. - А? Да нет, ничего... – слегка улыбнувшись, ответила я и продолжала набирать Цунаде. - Кому это ты так усердно пытаешься дозвониться? – Спросил Итачи, садясь напротив меня. - Бабуленьке, - тихо сказала я, не отрывая взгляд от телефона. Итачи вопросительно посмотрел на меня. Я подняла глаза на него и пояснила: - Цунаде-сама. - Хм, а вы очень близки с ней, - Итачи смотрел пристально на меня. - Не только со мной, со всеми в интернате. Она нам как мама, - я мягко улыбнулась, вспоминая Цунаде. Я отвлеклась от своего телефона и посмотрела на Итачи. Наши взгляды встретились. В моей голове сразу проявлялись картинки нашего поцелуя. По телу побежали мурашки, а щеки покрылись румянцем. Я снова отвела взгляд в экран телефона. - Ты помнишь, что произошло прошлой ночью? – Вдруг спросил Итачи. Я на минуту остолбенела, не могла ни двигаться, ни дышать. - Судя по реакции, помнишь, - тихо добавил он. - Я могу все объяснить... – начала я, но понимала, что ничего сказать в свое оправдание не могу. - Ну, давай, я послушаю, - похоже, Итачи нравилась эта ситуация. Он скрестил руки на груди, уселся поудобнее, и пытался подавить смешок. Я посмотрела на него и улыбнулась: - А я смотрю, вам понравилось, - я осмелела в конец. Внутри меня все тряслось, и я уже не понимала, что говорю. Итачи не ожидал услышать такого, но поступил умнее: - Я надеюсь, такого больше не повторится, - его тон был серьезным, отчего мне становилось еще страшнее. Он встал и направился к себе в кабинет. Я облегченно вздохнула. Как гора с плеч, надеюсь, больше мы к этому разговору не вернемся. Только я собралась пойти в комнату, как меня позвал Итачи. Он оказался в зале. - Я обещал рассказать тебе про родителей, но нашел на днях кое-что интересное. Взглядом он показал мне на диван, я покорно села. Он достал кассету, и вставил в видик. Ого, какой раритет, я его как-то не замечала. - Эту запись мы сделали, когда тебе было 5 лет. Учиха взял пульт, сел рядом со мной и нажал play. На экране появилось изображение мамы. Я зажала рот рукой, слезы подкатили к глазам. Итачи увидел мою реакцию, сел поближе и приобнял аккуратно за плечи. Я не обратила на это внимание и продолжала смотреть в экран. Мама, которая что-то нарезала на кухне, не сразу заметила, что ее снимают. Но голос за кадром окликнул ее. Это был папа. Я узнаю его голос даже спустя 50 лет. Мама подняла взгляд в камеру и улыбнулась: «Зачем ты меня снимаешь? Иди лучше во двор». Папа отвел камеру в сторону и поцеловал маму. От этого мое сердце забилось еще сильнее. Я поджала ноги, а Итачи обнял еще сильнее. Далее было показано, как папа проходит через знакомый зал. Это был дом Итачи. Он прошел на задний двор. «Ну и что же вы удумали, сорванцы?» Тут на экране появилась я маленькая, и сидела на руках у... молодого Учихи-старшего. Я резко повернула голову на Итачи. Он же не заметил моего взгляда, а просто смотрел на экран и улыбался. Такая искренняя улыбка. Я, незаметно для себя, тоже улыбнулась и продолжила смотреть запись. «Итачи, надеюсь, ты не поджаришь ногу Мидори? Уж слишком небезопасно держать ребенка на руках и жарить мясо!». Молодой Учиха повернулся и ответил «Не беспокойтесь, все под моим строгим контролем». Улыбка такая же, как и сейчас. Папа протянул мне руку, я же протянула свою ему на встречу и положила на ладонь цветок. «Вот, это тебе» - очень звонко произнесла я. В этот момент я засмеялась. Итачи кинул на меня радостный взгляд и снова стал смотреть запись. «Спасибо, доченька» - сказал папа. В этот момент Учиха повернулся к камере лицом. «А это тебе!» - сказала я и протянула Итачи цветок. «Но это только сейчас я тебе дарю цветы, когда я вырасту, ты будешь мне их дарить! Потому что я буду твоей женой!» Я не выдержала и засмеялась во все горло. - Я хотела стать вашей женой? – сквозь смех спросила я. Итачи эта ситуация тоже заставила рассмеяться: - Я тебе больше скажу, ты даже свадьбу всю продумала. Я стала смеяться еще громче. В этот момент на экране появилась мама. Она что-то начинала говорить, но запись резко закончилась. Я вытерла слезы, которые покатились от истерического смеха. - Это все? – Разочаровано спросила я. Итачи убрал от меня руки, подошел к видику, достал кассету и убрал куда-то на дальнюю полку. - Было больше, но на других кассетах. У меня только эта. Я опустила взгляд и запустила руки в волосы. - Мне их не хватает... – тихо сказала я. Ком подкатил к горлу. Итачи молча сел рядом. Он, наверно, ждал от меня жуткой истерики, но я просто сидела и смотрела в одну точку. - Спасибо, что показали запись, - я улыбнулась и посмотрела на Итачи. Я встала с дивана и направилась в комнату. Итачи хотел что-то сказать, но я быстро ушла.