Морозом по коже

Любовь — это купание, нужно либо нырять с головой, либо вообще не лезть в воду. Если будешь слоняться вдоль берега по колено в воде, то тебя только обрызгает брызгами и ты будешь мёрзнуть и злиться. С. Есенин.

- На Руси первым крупным религиозным философом в одиннадцатом веке был митрополит Илларион. Он создал «Слово о законе и благодати», которое развивает идеи Августина Аврелия… Пожилая учительница с увлечением рассказывала о зарождении русской философии, прохаживаясь у доски с указкой в руке, которой она неосознанно похлопывала по ладони. Это была привычная скрытая угроза для учеников-разгильдяев, которые вздумали бы мешать проведению урока. Погруженная в свои мысли, я не могла сосредоточиться на рассказе учительницы. Антон вновь не ночевал дома. После встречи с Владом он не появлялся. Это-то меня и беспокоило. Я видела, в каком состоянии он ушел. Что, если он сорвется? А если с кем-нибудь подерется? Что-то мне подсказывало, что так и будет. Ян не знал, что послужило причиной гнева Антона, и мои волнения не разделял. - Ой, да что с ним станет? – отмахнулся вчера старший брат. – Погуляет, проветрит голову и вернется. Не в первый раз ведь. Промолчала, хотя и не была согласна с ним. В итоге я всю ночь ворочалась, прислушиваясь к каждому шороху и с затаенной надеждой ожидая услышать звон ключей за дверью. И так и не поспала толком. В школе сил не осталось ни на учебу, ни на волнение. Я просто переходила из кабинета в кабинет, кидала на пустующее место Антона свою сумку и укладывала голову на парту. А еще меня каждую перемену доставали девчонки. Нет, не Аня и не Катя. Они видели мое состояние и оставили меня в покое, не мешая отсыпаться. А вот остальные одноклассницы так и умирали от любопытства, желая узнать, кто такой Влад. - Это твой парень, да? – спрашивала Аня Чупова, хлопая своими большими голубыми глазами. - А может, все-таки родственник? – почти с надеждой уточняла Вика Мельник, теребя длинную каштановую косу. - Ну конечно, парень, - отрезала Алена Соловьева. Та самая Алена, которая ходила с Антоном на свидание. - Родственники так не обнимаются и тем более не целуются, - поддакивала Дина Завьялова. Вообще-то, Влад меня поцеловал только в уголок губ, и то невзначай. Так мог чмокнуть и родственник, но свое мнение я оставила при себе. В общем, я отмалчивалась, после четвертого урока попросила отстать от меня, и одноклассницы после угрожающего взгляда Ани все же свалили. - Если ты с ним расстанешься, дай мне его телефончик, - напоследок подмигнула Алена Соловьева и села на свое место. Вот же… шлюшка! Мало ей Антона, так она еще в будущем моего псевдопарня отбить хочет! Когда-нибудь я ей все волосенки крашеные повыдираю! Я удивленно моргнула, не понимая, откуда в голове появились такие кровожадные мысли. Нет, определенно, мне нужно выспаться, и как можно скорее. Последним уроком стоял урок ОБЖ, и Аня уговорила меня отправиться домой. - Иди-иди, а я обэжэшнику скажу, что у тебя голова болит, - заверила подруга. – А то ты выглядишь ужасно. - Вот спасибо на добром слове, - проворчала я, но совета подруги послушалась. Слишком я хотела спать, чтобы возражать. В квартире никого не было, Ян еще не вернулся из универа. Я сомнамбулой прошла к дивану, кинула сумку на пол и улеглась животом вниз. Сил не хватало даже на то, чтобы дойти до своей комнаты или раздеться. Я просто закрыла глаза и сдалась перед чарами Морфея. Мне снилась какая-то ерунда. Сначала я стояла на вышке и смотрела вниз, в поблескивающую воду бассейна. Было очень высоко, я боялась и хотела сделать шаг назад, к лестнице, но ноги меня не слушались. Живя своей жизнью, они разбежались и прыгнули. И вот уже я лечу к воде и знаю, что столкновение с водой будет болезненным, возможно, даже смертельным. Пытаюсь за что-нибудь зацепиться, размахиваю руками в воздухе, словно птица, но вода все равно приближается, еще мгновение, и… Я резко распахнула глаза и села, прижимая руки к груди, в которой раненой птицей билось сердце. Дыхание сбилось, и я подумала, что сон был каким-то чересчур реальным. Я прямо-таки чувствовала влажность и какой-то аромат, притягательный и едва уловимый. Я глянула на настенные часы над выключенным телевизором. Те бодро двигали стрелками и показывали половину пятого. Я проспала четыре часа, но они пролетели как мгновение, словно я только мгновение назад пришла со школы и заснула. Откинув тонкое одеяло, я спустила ноги на пол и… Стоп. Одеяло? Я не накрывалась им, это точно. Значит, меня кто-то укрыл. Но кто? Ян или… В кармане тихо прожужжал телефон. Это Ян прислал сообщение, предупредил, что вернется только в десять часов. Вот тебе и ответ, Дана. В привычных звуках квартиры послышался удар. Кажется, кто-то бил грушу. Глубоко вздохнув и набравшись смелости, я направилась в спальню Антона. Так больше жить нельзя. Мы должны поговорить. Постучавшись, я не дождалась ответа, но все равно открыла дверь и вошла внутрь. Антон действительно колотил грушу, причем со всей силы, со всей только яростью, на которую был способен. Он был босым, в спортивных штанах и с голым торсом. Влажные волосы растрепались. Очевидно, что недавно парень был в душе. - Антон… - начала я. - Убирайся, - не оборачиваясь, прорычал Жуков. Но грушу колотить перестал, теперь, тяжело дыша, он держался за нее обеими руками. - Нам надо разобраться. - Я проигнорировала грубость. – На самом деле Влад… - Ничего не хочу слышать о твоем дружке! – рявкнул Антон, оборачиваясь. Он все еще был зол и, кажется, едва контролировал себя. Антон с каждым новым словом делал шаг в мою сторону. Я испугалась и попятилась к стене. Парень воспользовался этим и уперся руками в стену с обеих сторон от меня. Наклонив голову к моему лицу, Антон процедил: - Не желаю слышать ни о тебе, ни о Владе, ни, тем более, о ваших отношениях. Это ясно? Глаза мои расширились, сердце застучало быстрее, но, что удивительно, не от страха. Я с трудом подняла взгляд от его мускулистой груди, усеянной капельками пота вперемежку с капельками воды. И тут же заметила здоровенный синяк на челюсти. Это меня взволновало, но я решила, что сначала нужно успокоить Антона, а потом выяснять, откуда синяк. - Влад не мой парень, - сообщила я. Ярость на лице Антона сменилась недоумением. - Что ты сейчас сказала? – тихо проговорил Антон. - Влад не мой парень, - повторила я. – Вообще-то, это идея Кати. Она предположила, что если ты увидишь меня с другим парнем, то выдашь свои чувства ко мне и… Антон не дал мне договорить. Он почти яростно прижался к моим губам. Одна рука обвила мою талию, прижимая к своему разгоряченному телу, вторая легла на мой затылок, не позволяя отстраниться. Впрочем, я и не хотела. Попеременно требовательно облизывая и безболезненно прикусывая мои губы, Антон прижал меня к стене своим телом. Все мысли куда-то запропастились, и я, без сомнений отдавшись эмоциям, раскрыла свои губы навстречу парню. Едва я это сделала, Антон зарычал мне в рот и, опустив руки к ягодицам, легко поднял меня. Мгновение, я лежала на кровати, придавленная восхитительным телом парня. Антон продолжил целовать меня страстно и исступленно, с такой же жадностью, с какой одинокий путник после путешествия по безжизненным пескам Сахары поглощает прохладную воду. И я отвечала, рьяно доказывая парню, как приятны мне его поцелуи. Я самозабвенно ерошила его волосы, прижималась всем телом, постанывала и изгибалась под его руками. В общем, наслаждалась мгновением. Постепенно парень расслабился, стал целовать меня медленней, если не со страстью, то с нежностью. И уверенностью, что я никуда не денусь. Наверное, это действительно нужно было ему. В конце концов, Антон с нежеланием оставил мои губы в покое и перекатился на бок. Свободной рукой он поглаживал мой живот, глаза серьезно изучали мое лицо. - Она была права, - усмехнулся парень. - Кто? – рассеянно уточнила я. Голова сейчас не работала, все мои мысли крутились вокруг руки Антона на моем животе. - Катя, - пояснил Антон. – Она была права насчет моей ревности. Ох, это так приятно – знать, что тебя ревнуют. Знать, что ты желанна настолько, что он не хочет тебя делить. - Я действительно влюблен в тебя, - устало произнес Антон. Вновь став отстраненным, он поднялся на ноги и отошел к окну. – Но ради твоего спокойствия я пытался оттолкнуть тебя. Значит, Соловьева – это только орудие. На душе стало легче. - Ну, после того, что ты сделал на озере, оттолкнуть меня стало невозможно, - вставая с постели, заметила я. Антон только хмыкнул, не отрывая взгляда от вида за окном. Я встала рядом и прижалась к обнаженной спине парня. Вдохнула его запах и шепнула: - Ты пытался оградить меня от себя из-за своего неконтролируемого гнева, не так ли? Антон дернулся, но я обвила руками его талию и не позволила обернуться. Спина под моей щекой стала напряженной. - Как ты?.. – начал Антон и замолк. - Разве это важно? – фыркнула я. – Главное, что я поняла, приняла это и все равно влюблена в тебя. Все еще хочу быть с тобой. Антон задышал глубже. Мне стало интересно посмотреть на выражение его лица, так что я отняла руки от его талии, хотела облокотиться о подоконник рядом, но парень не дал сделать этого. Антон резко развернулся и обнял меня крепко-крепко, что я едва могла вдохнуть. - Нет, милая, - шепнул парень мне в ухо. – Теперь я тебя не отпущу. - Так ты подумал, что я сейчас уйду? – удивилась я и, кое-как высвободив руки, обвила ими шею Антона. – Я теперь сама никуда тебя не отпущу. До самого заката мы лежали на его кровати, обнимались, целовались и просто наслаждались обществом друг друга. Мы почти не разговаривали, просто молчали, не разъединяя рук. И это было правильно. Мы без слов знали, что увлечены друг другом, и это было важнее всего. В половине одиннадцатого пришел Ян. Зазвенел ключами, посвистывая, а потом прокричал: - Есть кто дома? Я подняла голову от груди Антона, перестав слушать уверенный стук его сердца, и, положив подбородок на его плечо, вопросительно глянула. Встретившийся со мной взгляд Антона был уверенным и спокойным. Он не волновался, что Ян может узнать о наших только зарождающихся отношениях, кажется, даже был рад этому. И поэтому я тоже перестала беспокоиться. - Ребята, вы где? – Голос Яна был ближе. - Что тебе надо, Ян? – громко проговорил Антон. - О, ты дома, - обрадовался Ян. Он вошел в комнату. – Слушай, а ты не знаешь, где Дана? Её нет в ком… Святые ежики! В этот момент Ян заметил меня под боком у Антона и пораженно ахнул. Переводя взгляд с меня на Антона и обратно, он хлопал глазами, забавно открывал и закрывал рот, словно рыба. Антон усмехнулся и произнес: - Да, ты все правильно понял. Дана теперь моя девушка. Я улыбнулась. Мне нравилось слышать это словосочетание из уст Антона. Его девушка… Наконец, Яну удалось построить связное предложение: - А как же Влад? - А нет больше Влада, - отрезал Антон и прижал меня к себе еще крепче. – А теперь не мог бы ты оставить нас вдвоем? - Последний вопрос и я ухожу. Что вы планируете сказать родителям? Я глянула на Антона. Тот уверенно мне кивнул и улыбнулся. Таким безмятежным я его еще не видела. - Скажем им правду, - уверенно ответила я. – Все мы взрослые люди, и ничего ужасного в этом нет. На самом деле я не знала, как может отреагировать мой папа. Поэтому заранее боялась предстоящего разговора.